Мой пятый принц

Глава 2 (часть 4)

Церемонию Малого прощания Ирвин отбыла то ли в полусне, то ли в полуобмороке, в общем, в странном состоянии. Накануне уснуть она так и не смогла, поэтому, наверное, чувствовала себя, будто не на кровати всю ночь ворочалась, а поле вспахивала, причём плуг сама волокла. Разум плавал в мутной зыби, выхватывая лишь куски церемонии: жрец, заунывно, усыпляюще талдычащий об избранности; толпа разряженных, позёвывающих родственниц Властителя; обиженное лицо демонстративно отвернувшейся от бывшей помощницы принцессы Лиры; коленопреклонённый Рэнар перед пустым троном – Властитель так и не удосужился появиться.

Ещё запомнился рыжий красавчик, от которого разило свежим перегаром. Этот наглец, смахивающий на альва, всю церемонию толкал Ирвин в бок, хотя место вокруг хватало и никакой необходимости пихаться не было. Далеко не сразу до девушки дошло, что красавец пытается оттеснить помощницу подальше, заняв её место за правым плечом пятого принца. К сожалению, возможности проявить вежливость и уступчивость просто не было, потому что тогда бы Ирвин пришлось подвинуть мрачного брюнетистого крепыша с бледным, даже землистым лицом. Этот коротыш, и так не выглядящий добрым, еще и щурился болезненно, будто даже полумрак, лишь слегка разжиженный светом канделябров, ему мешал.

Борясь с собственной мутностью и наглостью рыжего, Ирвин упустила момент окончания церемонии, не поняла, когда и куда подевалась толпа, оставив только принцев в количестве тринадцати штук, трёх супруг Властителя, да первого жреца, а в зале повисла неловкая, напряжённая тишина, которую даже шорох одежд не нарушал, лишь свечи едва слышно потрескивали.

– Ну что ж, – совсем неизящно кашлянув, подала голос вторая жена, – на самом деле пора прощаться. Я от лица всей семьи…

– Позволь мне, матушка, от собственного лица сказать, – перебил её кто-то из властительных сыновей. И из плотной, по-сиротски сгрудившейся толпишки вышагнул один, до изумления похожий на Рэнара – то ли близнец, то ли и вовсе отражение, только чуть постарше.

– Ваше пламенное высочество, – поклонился Огнекрылый.

За ним сложились рыжий благоухающий красавчик, болезненно поморщившийся коротышка и только потом Ирвин, разглядевшая таки на лбу «отражения» небольшой, но выразительный обруч, непрозрачно намекающий на то, что это не какой-нибудь принц, а первый сын Властителя и наследник трона.

– Не надо, Рэн, – чуть скривился первый сын и наследник.

– Не надо так не надо, – пожал плечами пятый, выпрямляясь, – я тоже не большой любитель формальностей. Ты что-то хотел сказать? А то меня там ждут, под дождём мокнут.

– Брат, клянусь, я никогда не считал тебя своим врагом, – тихо, так тихо, что расслышали его только те, кто рядом стояли, признался первый.

При этом он смотрел не на Рэнара, а куда-то поверх его плеча.

– Ты не считал, значит, другие считали, – равнодушно, но голоса не понижая, ответил Огнекрылый.

– Я не хотел тебе зла, – ещё тише сказал первый.

– Давайте только без пафоса, ваше владычество[1], – усмехнулся Рэн.

Старший брат заметно вздрогнул, скулы у него мигом покраснели, будто наследника в самом деле по лицу хлестнули. Он сглотнул – кадык прокатился по крепкому горлу.

– В знак моей любви к тебе и братской привязанности, – после едва заметной паузы громко и чётко возвестил первый, – я приказал отряду своих личных гвардейцев сопровождать тебя, дабы…

– Не надо! – выкрикнул звонкий мальчишеский голос. – Не нужно, – повторил явно тот же принц, только вот голос его неожиданно съехал на басовитую ноту, и вперёд протолкался парнишка, которому, будь он человеком, конечно, Ирвин и семнадцати бы не дала.

Мальчишка встал рядом с Рэном, по военному чётко развернулся на каблуках, лицом к наследнику, и, видимо, не зная, куда руки девать, сложил их за спиной, сжав кулаки. Щёки его, ещё по-детски припухлые, горели куда ярче, чем у первого сына, даже на взмокшем лбу яркие пятна проступили.

– Брат мой Рэнар, прозванный Огнекрылым, – на этого брата даже не покосившись, почти выкрикнул мальчишка. – Окажи мне честь и позволь мне стать твоим Кровным стражем. Клянусь, что пока Пламя не заберёт меня, ни одна капля твоей крови не падёт на землю, ни один клинок не коснётся тебя и даже тень тени не ляжет на твою честь. Пусть свидетелем моей клятвы, Крылатого по имени Ийур, не получившего ещё прозвища, одиннадцатого сына Властителя, станет извечный и нерождённый Огонь!

Эхо его голоса отразилось от сводчатого потолка, прокатилось под ребристыми древними стропилами, затихая: «Огонь, огонь, огонь…» Кто-то ахнул, кто-то пронзительно вскрикнул птицей, первый принц схватил парнишку за рукав, дёрнув на себя, Рэн процедил сквозь зубы: «Идиот!» А все свечи, все светильники, что были в зале, громко фухнув, взвились гигантскими столбами огня и тут же опали, сгорев почти до основания, едва теплясь умирающими пламечками.

– Клятва услышана и принята, – растерянно проблеял жрец, утираясь широким рукавом.

Мальчишка стоял гордый, улыбаясь эдак лукаво, будто знатную шутку отмочил. Только вот по его виску медленно ползла капля пота, Ирвин её отлично видела.

– И-ди-от, – раздельно и очень чётко повторил Рэнар, глядя на младшего брата почти с ненавистью. – Щенок. Сопляк. Выдрать. На конюшне. Розгами.

– Воля твоя, мой господин, – залихватски подмигнул Ийур. – Я же сказал, куда ты, туда и я. А ты: «Не получится, не получится». У меня всё получится!