Мой римский цезарь

Глава 17

Прошло уже несколько недель, как я застал Марьяну с О’нилом. Первые эмоции поутихли. Да и Ноэль с матерью то и дело заводили разговор на эту тему, защищая Марьяну.

Все эти недели, прилетая на выходные к детям, я не смотрел на неё, стараясь очистить память от прежних чувств, стараясь не замечать её присутствие в моей жизни.

Я выбрал на должность помощницы специально красивую девушку, чтобы она помогла мне забыть Марьяну. Но из этого ничего не вышло. Девчонка влюбилась по уши, при этом ничего не тронув у меня внутри.

Я ожидал и даже надеялся, что Марьяна будет оправдываться, будет убеждать меня в том, что у них ничего не было с О'нилом. Но я ошибся.

Она вела себя спокойно и достойно, ни разу на заведя разговор на эту тему, когда мы оказывались рядом. Порой, когда я приходил к ней с Марком в спальню, мне хотелось, как раньше обнять ее. Прижать к стене и целовать, пока она не станет умолять меня заняться с ней любовью, пока, как и раньше, не услышу ее стонов удовольствия. Черт побери, я чувствовал желание, даже не глядя на неё. Ощущал физическую потребность в ней. Именно в ней. И только в ней.

Видя, как она уезжает в вечернем наряде из дома, я больше не мог сдерживать себя. Я знал, что моя женщина была для брата табу. Но черт его знает, что было на уме у Марьяны. Да и отправились они явно не по музеям гулять. А в ночной жизни города скрывались порой большие неожиданности. Поэтому отправив помощницу восвояси и узнав у водителя, куда он отвез Ноэля с Марьяной, я направился туда же.

***

Ноэль привёз меня в один из ночных клубов Ниццы. Ожидая увидеть там одну молодежь, я была удивлена тем, что публика была в основном средних лет. Солидные мужчины, красивые ухоженные женщины. Как пояснил мне Ноэль, видя мое удивление, здесь были не только ресторан с клубом, но и игорный центр.

Выпив аперитив, я пошла на танцпол, оставив Ноэля у барной стойки. Алкоголь медленно проникал в кровь, унося скованность из тела и тоску из груди. Я полностью отдалась потоку музыки. Звук ударных сливался со стуком моего сердца. Я без устали танцевала одну композицию за другой, проживая телом накопившиеся во мне эмоции и чувства.

Наконец, заиграла медленная музыка. Не желая останавливаться, я закрыла глаза и стала плавно двигаться под неё.

Неожиданно на моё плечо легла тяжелая мужская рука. Я открыла глаза. Резко развернувшись, я попала в объятия Ахмада.

- Что ты здесь делаешь?

Вместо ответа он положил мою руку себе на плечо и повел в танце.

Краем глаза я видела, как Ноэль привстал у барной стойки, наблюдая, что будет дальше.

- И где ты потерял свою пассию? – я подняла голову и посмотрела Ахмаду в глаза.

Он усмехнулся.

- Ревнуешь?

Я попыталась высвободится из его объятий, но он ещё крепче прижал меня к себе, до боли сжав мою ладонь.

- Что у тебя с Ноэлем?

На этот раз была моя очередь усмехнуться.

- Мне кажется, я это уже где-то слышала, - я вспомнила тот день. Как мы стояли также близко друг к другу на пляже. Казалось, с тех пор прошла целая вечность. – Будешь опять предлагать деньги, чтобы я исчезла?

- Не играй со мной, Марьяна.

- А то что? – кровь начинала закипать во мне. – Что ещё ты можешь со мной сделать? Выгонишь из своего дома? Снова отберешь сына? Кому будет от этого лучше? Точно не Марку.

Глаза Ахмада метали молнии, но я поняла, что попала в точку. Он ничего не мог мне сделать. Сейчас он руководствовался интересами сына, которому я была нужна. И он хорошо это понимал.

Я высвободилась из его объятий. Мы стояли посреди танцпола. Медленная композиция заканчивалась. Я смотрела в глаза Ахмаду и видела в них боль и тоску. Неужели он понял, что ошибся? Неужели поменял свое мнение?

- Возвращайся к сыну и займись своими прямыми обязанностями. Твои выходные отменяются.

С этими словами он развернулся и пошел к выходу.

Я поискала глазами Ноэля. Он пробирался сквозь толпу ко мне.

- Всё хорошо?

- Да, всё в порядке. Но мне пора возвращаться. Поедем?

Ноэль молча взял меня за руку и, освобождая передо мной путь, повёл к выходу.

Домой мы возвращались в тишине. Проводив меня до двери, Ноэль распахнул её, пропуская вперёд.

- Спокойной ночи.

- Разве ты не идешь? – удивилась я.

- У меня ещё дела, - он развернулся и направился к автомобилю.

Я пожала плечами и вошла в дом.

Поднявшись к себе в комнату, я проверила спит ли Марк. Малыш мирно посапывал в своей кроватке. Вложив указательный палец ему в кулачок, я погладила его ладошку.

Облокотившись о бортик кроватки, я склонила голову на руку и заснула.

От неудобной позы у меня затекло всё тело. Потянувшись и размявшись, я окончательно вышла из полудрёмы и почувствовала, как от голода у меня заурчал живот.

В темноте, стараясь не шуметь и никого не разбудить, я пробралась на кухню. Часы показывали час ночи. Соорудив бутерброд из того, что нашла в холодильнике, я поставила чайник.

В ожидании пока тот закипит, я жадно поглощала сандвич.

- А ещё такой найдется?

Я вздрогнула.

В дверях кухни стоял Ахмад. Он был в той же одежде, что и в клубе, только ворот рубашки был расстегнут, а рукава закатаны. Видимо, он ещё не ложился.

- Работал в кабинете. Услышал шум на кухне. Не сделаешь для меня такой же?

Я с трудом проглотила бутерброд. Передо мной стоял совершенно иной Ахмад. Таким я его ещё не знала. Он говорил не с высока, как обычно. Сейчас бы я в нём не узнала заносчивого президента нефтяной компании, который был к тому же чертовски зол на меня. Смена настроения Ахмада снова оказалась непредсказуема.

- Да, конечно.

Я встала из-за стола и подошла к холодильнику.

- Чай будешь? – спросила я, открывая дверцу и доставая ингредиенты.

- Мгм…

Я взяла разделочную доску и стала нарезать сыр и помидоры. Ахмад вплотную приблизился ко мне сзади. Я почувствовала, как он склонился надо мной, вдыхая аромат моих волос, я замерла. Моё тело трепетало от его близости.