Мой римский цезарь

Глава 18

Проснувшись на следующее утро, мысли о произошедшем этой ночью заполнили мое сознание. По телу разлилась сладкая истома. Наконец я была счастлива.

Развернувшись к Ахмаду, я рассматривала его спящее лицо. Даже во сне он сохранял грозный вид.

Я положила руку ему на грудь. За несколько недель, прошедших после его возвращения, он вошёл в прежнюю форму. Только на лице сохранялись еле заметные шрамы от ожогов, которые совсем не портили его. Напротив, они делали Ахмада ещё более притягательным. Он походил на древнеримского воина, вернувшегося домой с поля боя.

Внезапно Ахмад, не открывая глаз, схватил мою руку и передвинул её от груди ниже, прижав к своему паху.

- О, нет! – простонала я, еще не отойдя от этой ночи.

- Да! – прорычал в ответ Ахмад, переворачивая меня на живот и устраиваясь сверху.

Он впился в мою шею долгим поцелуем, покусывая тонкую кожу и царапая её щетиной. Его возбужденный член скользнул между моими ягодицами. Я вытянула руки, схватившись за спинку кровати. Он накрыл их своими ладонями, крепко прижав к прохладному дереву.

Наконец он проник в меня. Медленно. До основания. И также медленно вышел. Снова скользнул внутрь.

Я дрожала от возбуждения. От этих тягучих прикосновений. Мне хотелось продолжения, но он не торопился.

- Ахмад, пожалуйста…

Но он продолжал эту медленную пытку. Я хотела развернуться, чтобы взять инициативу в свои руки. Но он прижал меня за шею к постели, не давая пошевелиться.

Я слышала его тяжелое дыхание. Он растягивал удовольствие.

На моем теле выступила испарина. Жар охватил меня с головы до ног.

- Пожалуйста…- взмолила я, чувствуя приближающиеся волны экстаза.

Ахмад резко поставил меня на колени, продолжая вдавливать лицом и грудью в простыни, и с силой задвигался внутри.

Я хватала ртом воздух. Мое тело сотрясали спазмы.

Ахмад протяжно зарычал, достигая пика следом за мной. Я чувствовала, как вздрагивает во мне его пульсирующий член.

Мы оба рухнули без сил на постель.

- Ты сумасшедший… И я люблю тебя…

Ахмада лежал с закрытыми глазами, улыбаясь, но не отвечая мне.

- Ты слышал, что я сказала? – возмутилась я, легонько шлепнув его по плечу.

- Ммммм? – было мне ответом.

- Бессовестный! Я тебе признаюсь в любви, а ты…!

- Любовь моя, я не считаю правильным дежурно отвечать «я тебя тоже».

- Вот, значит, как!?

Суета за дверью спальни отвлекла меня и я не договорила.

- Месье Асад?

Это была одна из горничных.

Ахмад ответил ей что-то на французском, на что она быстро затараторила. Единственное знакомое слово в ее речи было «мадмуазель Марьяна». Я посмотрела на Ахмада.

Он улыбался, что-то отвечая горничной.

- Что случилось?

- Они потеряли тебя. Я сказал, что знаю, где ты, и что скоро ты придешь к Марку.

- О Боже! Я плохая мать! Совсем забыла о сыне.

Вскочив с постели, я бросилась в ванную. Быстро освежившись, я надела вчерашний костюм.

Ахмад продолжал лежать на постели, закинув руки за голову, и с улыбкой смотреть на мои суетливые сборы.

Я хотела уже выскользнуть за дверь, когда он окликнул меня. Держа дверь открытой, я обернулась к нему.

- Je t'aime, ma chère…

Я улыбнулась, наклонив голову к плечу.

- Скажи по-русски.

- Ещё скажу.

Продолжая улыбаться, я вышла за дверь.

Переодевшись и покормив Марка завтраком, я оставила его с одной из горничных, а сама направилась в столовую, надеясь еще застать там Ахмада.

За столом собралась вся семья. И по улыбкам Амалии и Ноэля, я поняла, что они уже в курсе нашего примирения.

Справа от Ахмада был накрыт стол, но место пустовало. Амалия взглядом показала, что оно предназначено мне.

Всё это время лицо Ахмада было скрыто за широко развернутой газетой.

- Я думала, что никто уже не читает бумажную прессу, - произнесла я, присаживаясь за стол.

- Я за сохранение некоторых традиций, - ответил мне Ахмад, сворачивая газету и приступая к завтраку.

Амалия подхватила наш разговор.

- Раз уж мы заговорили о сохранении традиций, то предлагаю не медлить и назначить дату свадьбы. Я уже дала распоряжение Франсуа, связаться с тем же агентством, что устраивало свадьбу Самаи и Сержа. И…

- А у нас кто-то женится? – прервал Амалию Ахмад, с невозмутимым видом пережевывая омлет.

За столом повисла тишина. Смолк звон приборов. Все вопросительно воззрились на Ахмада. Мое сердце пропустило удар.

- Я шучу. Просто шучу, - рассмеялся Ахмад. – Неудачная шутка.

Он взял мою руку в свою и произнес.

- Прости, дорогая.

У меня не было слов. Ни улыбаться, ни смеяться не хотелось.

Видя мою отрешенность, Ахмад встал из-за стола, не выпуская руки, и опустился передо мной на колено.

Мое сердце учащенно забилось, кровь прилила к щекам.

- Марьяна, ты станешь моей женой?

Взгляд Ахмада, устремленный в этот момент на меня, был абсолютно серьезный.

Моя душа кричала: «Да! Да! Да!». Но, сама не понимаю как, у меня вырвалось:

- Я подумаю.

И освободив свою руку из ладони Ахмада, я продолжила завтрак.

- Ноэль, не передашь мне соль? – как ни в чем не бывало, попросила я будущего деверя.

Ахмад уселся обратно на свой стул, сложив руки на груди и с ухмылкой глядя на меня.

- Один – один, моя любовь.

- Я не поняла, - Амалия с растерянным видом переводила взгляд, то на меня, то на сына. – Свадьба будет? Вы женитесь? Или так и будете партии разыгрывать?

- Я женюсь, - решительно произнес Ноэль, до этого сохранявший задумчивое молчание.

Теперь все взгляды были устремлены на младшего брата.

- Вчера я встретил женщину, - пояснил Ноэль, - Она… В общем, мама, пусть Франсуа в любом случае готовит свадьбу. Чем скорее, тем лучше. Вообще нам нужно не позже, чем через неделю. А теперь извините, мне нужно ехать.

На этих славах он встал и, поцеловав Амалию в щеку, вышел из столовой.