Мой роман - моя жизнь

41

Мария.

Иду по улицам, совершенно не понимая, кто я и где. Одни пейзажи сменяются другими, а ноги всё идут. Меня накрыло унынием, руки опускаются. Хочется понять, что происходит и что я делаю здесь, но совершенно ничего не получается. Устала, дико устала играть чужие роли, хочется жить своей жизнью. Пытаюсь успокоить себя каким-то непонятным замыслом небес, что все происходит, согласно их плану. От этого ни капли не становится легче, словно мне на плечи водрузили целый мир.

Возвращаюсь домой ближе к ночи. Меня встречает Олег, вижу по его взволнованному лицу, что он переживает обо мне. Пофиг. Это всего лишь герой чертовой книги, это чувства, выдуманные мной.

- Снова задержалась на работе? – спрашивает. А у меня нет сил отвечать, объясняться и вообще говорить с вымышленным персонажем. Игнорирую его и иду в кровать. Не раздеваясь, падаю в нее. Лежу. Вот так бы пролежать до своего возвращения, не терзаться проклятыми мыслями, не думать вообще ни о чем. Олег снимает с меня одежду, укладывает на кровать, как маленького ребенка, накрывает одеялом. Я лежу, смотрю в потолок, а по щекам стекают немые слезы.

- Алиса, ты меня пугаешь, - говорит тихо он, гладит меня по волосам, - Что случилось?

- Смертельно устала бороться, хочу вот так лежать, - произношу убитым голосом.

- Я купил нам путевки, дорогая, завтра же увезу тебя отсюда, - успокаивает меня он, а мне становится только хуже от этого. В реальности нет такого человека рядом со мной. Одиночество – это, когда ты привыкаешь делать все самостоятельно, при этом радуясь каждой своей победе. Славно, не правда ли? Только понимание своей несостоятельности приходит, когда ты ложишься в больницу на какую-нибудь важную операцию. Врачи дают тебе бланк, на котором ты должен указать контакты, с кем можно связаться, если с тобой что-то случиться. А тебе просто некого вписать в эти самые контакты. И остаются только коллеги, которым плевать на тебя и друзья, которые даже не навестят тебя в этой самой больнице. И тогда ты понимаешь, что во всем мире нет ни одной души, которая заберет твой хладный труп и похоронит. Жизнь чертовски сложная штука, а когда ты в ней остаешься в одиночестве, понимаешь, что любые твои попытки лишь приближают тебя к концу. Зачем создавались раньше семьи? Именно для того, чтоб идти по этому бескрайнему полю препятствий рука об руку, поддерживая друг друга, оберегая от опасностей. Лучше сберечь родного человека, чем потом лечить его от ран…. Именно родной человек по духу ли, по крови придет к тебе в больницу, принесет горячей лапши, расскажет какую-нибудь позитивную историю, обнимет, в конце концов. И этот мир станет хоть капельку приветливее и уютнее. Задуматься только, почему с возрастом становится все меньше родных нам людей? Почему мы в одиночестве хреначим по минному полю? Почему так боимся дарить заботу и теплоту? Что в этом такого страшного? По-моему, ты становишься лишь счастливее, когда хоть один человек в этом мире берет тебя за руку и ведет за собой. Все эти мнимые сильные люди прячутся всю свою жизнь под масками безразличия, а по факту там столько ран и трагедий. Сильный – это не тот, кто может все сам решить в своей жизни, а тот, кто не боится стать близким и родным. Человек существо социальное, ему нужно быть рядом с другим человеком. Иногда, чтоб просто оказаться в пустынном поле и вместе орать от того, что опустились руки, а иногда, ребячится, смеяться и прыгать по лужам. Порой стоит ценить моменты, которые как вспышки мимолетны. Не стыдно почувствовать себя слабым и не способным преодолеть какие-то препятствия, а стыдно оказаться одним, потому что дальше только безысходность. Пустые стены квартиры, работа, которая съедает много времени и сил, телефонная книга, заполненная контактами. При этом пролистываешь всех этих людей, а написать некому. И простое ничего не значащее «Доброе утро!» создает настроение на целый день, а глагол в повелительном наклонении «Приезжай» спасает чьи-то жизни. Мчимся, суетимся, несемся куда-то, при этом в глазах пустота.

- Не волнуйся, вот увидишь, завтра все изменится. Говорят, море лечит раны. Если хочешь, на руках тебя отнесу прямо к морю. Пока не дождусь твоей улыбки, будешь сидеть на берегу и смотреть вдаль, - приговаривал Олег, а слезы все лились, не переставая.

- Почему ты такой хороший? – вырывается вопрос, который я задаю в пустоту, - Так больнее, понимаешь?

- Ну, ты чего? Надумала себе всякого, глупая! Я люблю тебя, поэтому очень хочу увидеть улыбку на твоих губах. Мне самому сейчас горько от твоих слез, хоть самому садись и реви рядом. Пожалей мои чувства, я ведь мужчина, мне плакать стыдно будет, - обнял меня Олег и убаюкивает, укачивая на своих руках, - Неужели нашелся мужчина, из-за которого ты так рвешь свое сердце?

- Мне очень больно, я устала, - говорю, прижимаясь к груди мужчины, при этом цепляюсь за его плечи, словно за спасательный круг. И пропадает та неловкость, неприязнь, отстраненность. Кажется, что так и должно быть. Именно это правильно.

- Если устала, то это пройдет, - говорит Олег, целуя меня в макушку, как маленькую капризную девочку, - А вот если влюбилась, то только время поможет залечить твои раны.

- Я не стану плакать ни из-за какого мужчины! – вздергиваю подбородок я, а Олег улыбается, хоть и вижу на его глазах непролитые слезы, словно и в правду мои ранили его больше, чем меня саму:

- Это обнадеживает, жена! Не придется оформлять лицензию на оружие.

- Спасибо, Олег, - улыбнулась я на его фразу, - Не думала, что смогу выйти из этого состояния.

- Не выходят только из состояния биологической смерти, а остальное все поправимо, - щелкает меня по мокрому носу Олег.