Мой Шторм

Глава 1. Контракт на мокром асфальте

Ночная трасса уходила вдаль, растворяясь в сырой пелене начинающегося дождя. Воздух пах озоном, разогретой резиной и тревогой.

Алиса терпеть не могла это шоссе.

Каждый раз, когда старенький «Фольксваген» выезжал на финишную прямую федеральной трассы, сердце пропускало удар. Слишком много воспоминаний. Слишком громкий визг тормозов в памяти. Но другого пути до кофейни не было, а смена начиналась через сорок минут. Опоздать — значит получить выговор от Ленки, администратора, которая и так считала Алису тихоней без амбиций.

Дождь усилился. Капли забарабанили по крыше, дворники заскрипели, размазывая грязь по стеклу. Алиса потянулась к магнитоле, чтобы сделать музыку громче, как вдруг фары выхватили нечто странное.

На обочине, метрах в двухстах впереди, стоял трейлер. Огромный, чёрный, без опознавательных знаков, с распахнутыми задними створками. Внутри угадывался силуэт автомобиля — низкий, приземистый, хищный. Рядом суетились трое мужчин в одинаковых тёмных куртках. Двигались они слишком слаженно, слишком быстро для законной сделки. Захлопнули створки. Последний, обернувшись, обвёл фарами пространство и заметил старенький «Фольксваген» на обочине.

Алиса инстинктивно сбросила скорость и прижалась к рулю. Поздно. Один из мужчин повернул голову. Она не видела лица, но почувствовала, как взгляд скользнул по лобовому стеклу, цепкий, нехороший.

Телефон в держателе пискнул — садилась батарея. Алиса потянулась за зарядным проводом, и «Фольксваген» вильнул. Колесо попало в выбоину на асфальте, машину тряхнуло. Палец скользнул по экрану, и камера телефона случайно сделала снимок.

Опустив взгляд на экран, Алиса похолодела. На фотографии был трейлер, мужчины и тачка. Но не это заставило кровь отхлынуть от лица. На номере машины внутри трейлера — частично заляпанный грязью, но всё ещё читаемый — символ, похожий на стилизованную молнию.

Точно такой же был на чертежах отца.

Трясущимися пальцами она увеличила снимок. Ошибки быть не могло. «Молния» — подпись отца, его гравировка, которую он ставил на все свои прошивки блоков управления. Маленький водяной знак хакера-автомеханика. Отец мёртв уже два года. Этого не могло быть.

Из трейлера вышли двое и двинулись в её сторону.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — прошептала Алиса, бросая телефон на пассажирское сиденье и вдавливая педаль газа в пол.

Старенький «Фольксваген» взвыл, срываясь с места. Сзади мигнули фары — их внедорожник сдавал назад, намереваясь перекрыть выезд на шоссе. Алиса крутанула руль, вылетела на трассу и понеслась, не разбирая дороги.

Дождь хлестал по стёклам. Сердце колотилось где-то в горле. В зеркале заднего вида плясали два огня — они преследовали её. «Фольксваген» был не приспособлен для гонок. Алиса вообще ненавидела скорость. Каждый обгон давался с ужасом, руки леденели на руле. Она видела только мокрый асфальт, размытые огни фар встречных машин и собственное отражение — бледное, с огромными от страха глазами.

Сзади засигналили. Внедорожник приближался.

Алиса до боли закусила губу и повернула руль вправо, уходя на просёлочную дорогу, которую знала ещё с детства. Старый асфальт, разбитый лесовозами. Здесь не будет встречных. Только она, преследователи и чёртов страх.

И тут фары выхватили препятствие. Поперёк дороги, загораживая проезд, стоял он. Чёрный, огромный, хищный. Внедорожник. Другой. Он перекрывал узкую дорогу, словно поджидая именно её.

Алиса ударила по тормозам. Мокрая дорога не простила. «Фольксваген» заскользил, визжа резиной. Алиса зажмурилась. Удар. Скрежет металла. Звон разбитого стекла. Подушка безопасности больно ударила в грудь, выбивая воздух из лёгких.

Когда она открыла глаза, дождь барабанил по разбитому лобовому стеклу. В салоне пахло горелым пластиком. Левая фара её машины разбита вдребезги, капот смят, а передний бампер целовался с задним колесом чёрного монстра, которому, казалось, было абсолютно наплевать на эту аварию.

Её преследователи исчезли. Видимо, не захотели связываться со свидетелями.

Алиса попыталась отстегнуть ремень, но пальцы не слушались. В ушах шумело. Вдруг дверь с её стороны резко распахнулась. В проёме возник мужской силуэт. Высокий, плечистый. Дождь стекал по тёмным волосам, по жёсткой линии челюсти. Он наклонился, и Алиса встретилась с его взглядом. Тёмно-карий, почти чёрный, с холодной, опасной искрой.

От него пахло дорогим парфюмом, кожей, сыростью дождя и едва уловимой угрозой. Взгляд скользнул по её лицу, по разбитой приборной панели и задержался на упавшем телефоне. Мужчина поднял его. Экран засветился в его руке — и на нём, прямо в центре, красовалась та самая фотография: трейлер, угнанный гиперкар и чёртова «молния».

Мужчина медленно перевёл взгляд с экрана на неё. Его голос, низкий, с лёгкой хриотцой, прозвучал как приговор:

— Ну и куда же ты так спешила, маленькая катастрофа?

Алиса сглотнула. Она не знала, кто он. Но одно было ясно: человек, который стоит под проливным дождём и смотрит на неё как на личную проблему, гораздо опаснее тех, кто гнался за ней по шоссе.

— Я... я просто ехала домой, — прошептала она, надеясь, что голос не дрогнет.

Он хмыкнул, и это не было похоже на улыбку. Скорее на обещание, от которого у Алисы внутри всё перевернулось.