Мой сводный ангел

5 глава

Белая

— Привет, — отмираю от шока, кивнув головой. — Можешь отпустить меня?

Кирилл, тоже отмерев и убедившись, что я твердо стою на ногах, отпустил меня. С любопытством оглядываю его, гадая, что он тут может делать. Замечаю, что на припухлой щеке у него наклеен пластырь, а костяшки на руках в ранках.

— Как ты здесь оказалась? — грубо, не здороваясь, спрашивает он. — Ты дочка жены моего отца?

— Да, — утверждаю я, немного смутившись. — А ты, получается, его сын?

— Тебя это не касается! — ядовито выплевывает. — Не думай, что вы со своей мамочкой задержитесь здесь надолго!

Глупо хлопаю глазами, ничего не понимая. Почему Кирилл так зол? Когда мы только познакомились, он мне показался очень славным.

— Ты чего? — настороженно спрашиваю. — Я тебя...

— Знаешь, ты мне казалась хорошей девочкой, — резко перебил меня. — Но оказалась, как и все — продажной шкурой!

Дымя от злости, он развернулся и ушел, оставив меня в полнейшем изумлении.

Неужели Черный злится на то, что мы с мамой переехали сюда? Но причем здесь я? Я тоже не особо-то и хотела переезжать, а уж тем более переводиться в другую школу!

Нахмурившись, ухожу в свою комнату и сажусь в огромное кресло, забравшись с ногами. Открываю книжку и пытаюсь сосредоточиться на чтении. Но не получается.

В голове только оскорбления Кирилла и его ненавистный, пробирающий до дрожи взгляд. Отбросив книгу в сторону, тяжело вздыхаю. Хорошее настроение как ветром сдуло.

А я ведь так надеялась, что смогу подружиться со сводным братом. Но, видимо, моим надеждам не суждено сбыться.

С этих пор придется безвылазно сидеть в своей комнате, лишний раз не высовывая и носа. Натолкнуться на Черного снова совсем не хочется.

Прикрываю глаза и сама того не замечаю, как засыпаю.

А снятся мне до одури красивые, глубокие и черные глаза. Точь-в-точь как у моего сводного брата.

***

Тридцать первое августа проходит в спешке и суматохе. Сутра я забрала свою новую школьную форму, которая была сшита специально на заказ. Состояла школьная форма из черной, плиссированной юбки до колена, приталенного такого же цвета пиджака с гербом школы, белоснежной рубашки и галстуком-бантом бордового цвета, прямо в тон гербу школы.

Форма села, как влитая и смотрелась очень красиво. Уже не терпелось натянуть ее и пойти на учебу. Хотя волнение о том, что я не приживусь там, было куда сильнее.

Мне сложно заводить знакомства с новыми людьми, а уж тем более с отпрысками богатеньких родителей. Мне кажется, что на их фоне я всегда буду белой вороной, какие бы драгоценности я на себя не натянула.

Да и недавно я узнала о том, что мы с Кириллом будем учиться в одном классе. И это мне совсем не нравится.

После нашего с ним столкновения, Черный меня упорно игнорирует и, каждый раз, когда видит, одаривает таким презрительным и разочарованным взглядом, что становится не по себе. Поэтому наладить с ним общение мне так и не удалось.

Надеюсь, в школе он будет просто делать вид, что не знает меня, а я не знаю его.

Натягиваю на себя тонкое, шелковистое платье на лямках и придирчиво осматриваю себя в зеркале. Вздыхаю, понимая, что это бордовое, словно винный напиток, платье мне совсем не подходит.

Такие платья должны носить девушки с полными бедрами и большой грудью. У меня же нет ни того, ни другого. Оно только больше выделяет мою болезненную худобу и бледный цвет кожи.

Однако выбора нет. Мама вручила мне этот наряд сегодня, сказав, что вечером мы всей семьёй пойдем в ресторан. Она велела мне надеть именно его и привести свой внешний вид в порядок. Я даже не пыталась спорить с ней, ведь это бесполезно. Поэтому сделала так, как она просила.

Надела это платье, сделала яркий макияж, акцентируя внимания на бордовые, как и мой наряд, губы, и собрала свои кудрявые волосы в низкий пучок.

Осматривая себя в зеркале, сделала вывод, что это совсем не я. Безусловно, я преобразилась, стала выглядеть гораздо старше и больше не походила на невинную овечку. Но мне такой образ совершенно не нравился.

Я люблю больше пастельные, нежные оттенки, неброский макияж и предпочитаю распускать свои кудрявые, длинные волосы.

Однако моя мама этого не любит. А значит и я не должна это любить.

Тяжело вздыхаю и, схватив маленькую черную сумочку, спускаюсь в коридор. Через пять минут мы уже должны выходить.

Внизу уже стоят мама и ее муж. Мама раздражённо притоптывает ножкой, а Олег Дмитриевич с кем-то злобно разговаривает по телефону.

— Ну наконец-то! — придирчиво осматривает меня. — Да, всё-таки природа тебя красотой не наградила. Даже красивые вещи портить умудряешься.

Больно и до жути обидно. Но я привыкла. Мама говорит мне подобное почти каждый день, поэтому мне не впервой. Однако хоть раз хочется услышать от нее комплимент или похвалу. Но этого я никогда не получала. Стоит перестать надеяться на то, что она когда-нибудь скажет мне хотя бы одно доброе слово.