Мой сводный брат Том Рэддл

Глава 5. Бренди

Я сорвалась с места и, покинув мадам Фермер, решила незамедлительно вернуться домой. Как бы ни было страшно, как бы я ни опасалась, что по дороге меня могут убить, я была вынуждена опять скрываться. Обращаться в министерство со своими догадками не имело смысла, ведь они были лишь моими собственными домыслами и самовольно трансформировались в фобии. Сумку я держала максимально близко к груди, уже и позабыв, зачем так делаю. То, что хранила я в колбе, подальше от чужих глаз, вспоминать хотелось лишь имея союзников, но их у меня не было. Мой путь выдался длинным, утомительным, и казалось, что я теряю последние силы даром. Но зато, когда я вернулась в Мбалалу, меня неожиданно обрадовала серая косматая сова, кружащая над крышей и держащая письмо. За весь период моего отсутствия Джои неплохо заботился о саде, так что птице было где спрятаться. Недоумевая и даже удивляясь тому, как она легко приспособилась к этим условиям, я поняла, что птица находится тут довольно долго.

Моим первым радостным моментом после отъезда Сириуса стало письмо, написанное им самим. Получила я его в середине декабря, хотя, скорее всего, написано оно было гораздо раньше:

Здравствуй, Мор!

Мне до боли неловко признать, как я поступил с тобой. К сожалению, мой крестник (не буду называть его имени, чтобы не дать шанса министерству выследить меня) нуждался в поддержке, и я обязан был вернуться. Мне правда жаль, ведь время, проведённое с тобой, греет мне душу. Я скучаю по нашим приключениям, ведь ты единственный человек, с которым я действительно почувствовал свободу после тюрьмы. Мое сердце тянется к тебе, но увы, я не могу отозваться на его зов. Мой крестник влип в настоящую передрягу. Знаю, что ты не читаешь газеты, поэтому вкратце расскажу, в чем сыр бор. В этом году Хогвартс проводит Турнир трёх волшебников, и сын моего лучшего друга стал одним из чемпионов. Это нарушает правила турнира, однако не освобождает его от ответственности. Мне, как и другим, кажется, что за всем стоит некий преданный психопат. А предан он однозначно не команде Ирландской сборной, а самому Водан-де-Морту, чтоб его... Думаю, у моего крестника серьезные проблемы. Мы считаем, что на него охотится давний сторонник Того, кого все боятся называть по имени. Много чего происходит странного. Но ты не переживай. Живи полной жизнью и вспоминай меня хоть иногда!

Я решил подарить тебе эту сову по имени Бренди. Она отлично летает на дальние расстояния, и думаю, мы можем доверять ей, чтобы наше общение не прекращалось. Пиши мне, Мор, а я буду стараться тебе отвечать.

С любовью, Бродяга.

Отложив письмо в сторону, я не спешила с ответом. Глядя в глаза птице, мне одновременно было и смешно, и грустно. Смешно от того, какой Сириус нахал. А вот грустно — по причине опасений не только за свою жизнь. Теперь всё становилось на свои места: на Гарри Поттера явно охотится маньяк, и если ему удастся заполучить мальчишку, значит, он придёт и за мной. А возможно, он или она пугает нас по очереди, медленно сводя с ума. Опустив руку в сумку, я нащупала ту самую колбу с воспоминаниями и подумала: может, пришло время ими поделиться? Но стыд, который не давал мне возможности мыслить здраво, заставил спрятать колбу ещё на несколько лет. Сейчас я жалею об этом. Я жалею о том, что не рассказала Бродяге правду и слишком поздно открылась Альбусу Дамблдору…

После первого письма Блэка я получила ещё несколько ответов на наше взаимное желание общаться. Из них я узнала о Гарри чуть больше, чем могла бы потом рассказать Мадам Максим. Когда Орден Феникса заявил о возвращении Тёмного Лорда, а Министерство Магии всячески это высмеивало, я пригласила Блэка в свой дом, и он с радостью принял моё предложение, проведя пару месяцев в Мбалале. Но он не мог оставаться в стороне. Он не мог позволить своему племяннику остаться наедине со своими страхами и угнетениями со стороны волшебников. Никто не верил в возвращение Тёмного Лорда, кроме Ордена Феникса. Даже Мадам Максим проявила мужество и отправилась к великанам.

Я снова сидела за пустым столом с Брэнди, когда Блэк оставил меня наедине со своими воспоминаниями в колбе. Он вернулся в Лондон, доблестно предоставив свой дом для нужд Ордена. Сириус звал меня с собой, но я не решилась. Я не решилась встретиться взглядом с мальчиком, которого так желал прикончить мой брат. Я не решилась открыться и прямо сказать, кто я. Но если бы они знали, возможно, Сириус был бы сейчас жив. Однако я не думала, что моё молчание сыграет в рулетку, и пуля попадёт в самого лучшего друга и собутыльника. Я правда не хотела, чтобы этот заряженный пистолет достался ему...

Тем не менее, в дни, когда я снова сидела взаперти своего дома, читая письма Сириуса о том, как он не находит себе места, бродя из угла в угол своего особняка, в преддверии Рождества я получила сумасшедшую новость. Отец друга Гарри Поттера был сильно ранен змеёй Волан-де-Морта, и это известие стало отправной точкой, после которой Альбус Дамблдор узнал о моем существовании. Нет, я не отправилась в Лондон — на верную смерть, ведь знала, что Тёмный Лорд захочет меня убить. Я поступила умнее — отправила весточку Мадам Максим с сообщением, что у меня есть информация для директора Хогвартса. Из-за того что письма приходилось доставлять окольными путями, свой первый ответ от него я получила где-то в мае 1995 года, а затем, как известно, Дамблдор исчез. Для других он скрывался неизвестно где. Но я знала, где его стоит искать — на том самом втором этаже, где прежде скрывался Сириус Блэк.

Скорбное известие о смерти Бродяги стало вторым письмом нашей недолгой переписки с Альбусом. Я знала, как он хотел выудить больше информации после того, как я заявила, что у меня имеется некие знания о материалах и тайнах Волан-де-Морта, неизвестных даже самым преданным его фанатикам. А именно речь шла о крестражах. Я потребовала от него гарантий конфиденциальности и обещания, что никто никогда не узнает, откуда пришла данная информация. Альбус умело держал язык за зубами вплоть до того момента, пока Сириус не погиб в бою против Пожирателей Смерти и Тёмный Лорд по глупости не заявил о своём возвращении. Но даже несмотря на случившееся, я не могла доверить свои воспоминания сове. Брэнди вычёсывала перья, сидя на жёрдочке и ожидая от меня понимания. Летать туда-сюда — нелёгкая работа для такой маленькой птички. Смерть друга очень расстроила меня и даже разозлила, но больше всего бесила та секретность, с которой я позволила себе относиться к директору школы Хогвартс.