Мой уравнобешенный Эльф

Глава первая. И бабушка!

Глава первая. И бабушка!

Последний слуга  ушел от нас три месяца назад.

И даже не попросил деньги за работу.

- Есть еще в мире хорошие люди! – сказала тогда бабушка. – Благородные и понимающие!

Слуга протянул руку на прощание. И мы ее пожали. Все. По очереди.

Расставаться было грустно. Но что поделаешь?

Мы же говорили ему не хлопать дверью бальной залы. Иначе обвалиться потолок!  

Видимо, слуга хотел что-то сказать на прощание. Но из-за потолочной плиты, безвременно оборвавшей блестящий вороватый стаж, мы так не расслышали.  

Слуга тянул к нам слабеющую руку.

И мы снова пожали ее, искренне благодаря за работу почти без нареканий. Подсвечник мы вернули на место. Но мир больше никогда не будет прежним!

Бабушка была тронута до глубины сердца. И обещала пересмотреть свое мнение на счет людей.

Дедушка говорит, что мне хватает благородства. И поэтому меня не берут замуж! За пять лет к нам не поступило ни одного брачного предложения. Ни одного!

Хотя, вру. Одно было. Какой-то заезжий обнищавший аристократ решил предложить мне руку и сердце. А потом передумал. Не нужно было мне все-таки падать в голодный обморок! А бабушке вежливо улыбаться.

- ТИРАНИЯ!!! – строгий голос деда разносился по всему замку.

- Дедушка, не кричи так громко! Потолок может рухнуть! – крикнула я в ответ.  И тут же пинком спасла крысу.

Крыса бежала через весь танцевальный зал. Поскользнулась на льду. Влетела в щель. И застряла, бедняжка.  Видимо, не рассчитала! Я выпнула ее в дырку на улицу, тем самым спася ей жизнь.

- Беги, милая, беги! – кричала я ей в треснувшее окно, провожая глазами.

- ТИРАНИЯ!!! ТЫ ИДЕШЬ?!! – голос деда становился строже.

- Да иду я, иду! – ответила я, осторожно открывая дверь в коридор.

Посреди коридора лежал новый сугроб. Большой такой. Основательный. Искрящийся.

Рядом валялась  выпавшая из окна рассохшаяся доска. Я вернула доску на место, забивая ее ногой.

Быть благородной девушкой – очень приятно.

- ТИРАНИЯ! СКОЛЬКО ТЕБЯ МОЖНО ЖДАТЬ!!! – кричал дед.- БЛАГОРОДНЫЕ ДЕВУШКИ НЕ ОПАЗДЫВАЮТ!

- Я уже почти пришла! – крикнула я в ответ, прикидывая, чем заделать щель между досками.

Я содрала со стены остатки старинного гобелена, скомкала его и заткнула самую большую дыру. В соседнюю дырку я затолкала книгу.

Наш род всегда славился любовью к искусству.

Перепрыгнув через огромную дырень в полу, я толкнула рассохшуюся дверь. «Бдышь!»,  - отвалился кусок лепнины с потолка.

- ТИРАНИЯ! – голос деда охрип.  Но я уже была в его кабинете.

- Дедушка, ты меня звал? – спросила я, выбирая безопасное место, куда можно встать.

Дедушка сидел за столом и выкладывал на него монетку за монеткой.

- Да, звал. И у меня для тебя есть важная новость

Мой дед всегда был строг и суров. Еще бы! Он – охотник на вампиров.  Личность легендарная и героическая.

Однажды он даже поймал вампира. А потом убил его. Поймал он его случайно. Когда вампирша уже присосалась к его шее. А убил в первую брачную ночь, когда снял штаны: «Сейчас я вобью тебе кол в сердце!».

- Собирай вещи! Ты выходишь замуж! – скрипел дед, выкладывая золото в ряд, и что-то записывая себе. – Сто сорок один… Сто сорок два…

- Что? – обалдела я. Новость заставила меня покачнуться.

- Замуж, говорю, выходишь! Сто семьдесят восемь, сто семьдесят девять, - пробурчал дед, сдвигая монеты на край стола. – Я уже подписал все документы!

- А за кого? – спросила я, осматриваясь по сторонам. Мне срочно нужна бабушка! Меня тут замуж выдают!

- За канцлера его высочества! – послышался голос деда. – Канцлер, пожалуй, самый богатый и могущественный. 

- После принца? – спросила я. Воображение нарисовало пузатого дядьку с тремя подбородками и мешком золота.

- До принца. Двести один. Двести два… Двести три... С принцем еще можно поругаться. А с верховным канцлером нет. Двести девять… Двести десять, - заметил дед, пересыпая обратно золото в мешок.  

- Но мы с ним даже не видели друг друга! – возмутилась я, слыша звон монет.

- Да нет, как раз таки и видели! Двести двадцать, двести двадцать один, - ответил дед. – Помнишь, тот бал, на котором ты опозорила честь нашей благородной семьи?

Я и так дышу редко. А тут вообще перестала!

- Так вот, тот эльф и есть великий канцлер. И сейчас он изъявил желание на тебе жениться! – произнес дед, доставая еще один мешок с золотом. – Документы мы подписали. Так что иди и собирай вещи.

- О, нет! – заорала я, вспоминая тот день. – Чтоб я вышла замуж за ушастого мерзавца? За ту отвратительную эльфийскую сколопендру? О, нет! Никогда! Чтоб его родственники свечку в его руках потушить забыли!

Во мне бурлило столько негодования, что даже кулаки сжались.

- Чтоб его ночью один и тот же комар преследовал!  - возмущалась я, чувствуя, как меня все еще несет. – Чтоб его родственники подвинулись в фамильном склепе! Чтоб на его похороны никто не пришел!

Внезапно я услышала позади себя шаги. И замерла. Тук-тук, стучала трость за моей спиной.

- Поверьте, моя драгоценная, на мои похороны придут тысячи людей, - знакомый голос из кошмаров заставил меня окаменеть на месте. – Чтобы убедиться, что я действительно умер.

Я боялась пошевелиться. И на всякий случай сгребла руками подол платья, обмотав его вокруг ног.

- Эльфийская сколопендра просит с этого момента называть ее "любимый муж", - послышался голос за спиной.

У меня даже рот открылся от ужаса. Я скосила глаза себе за спину, чувствуя чей-то взгляд.  Взгляд того, кто мне пять лет снится в кошмарах!

- А пока у эльфийской сколопендры есть много важных дел. И эльфийская сколопендра отползает до вечера, - заметил голос. И дверь закрылась.

В ушах стоял призрачный смех. Ноги стали слабыми – слабыми. Руки тоже. Даже никого и не задушишь.