Мой ужасный профессор

Пролог. Новые правила

Алиса Дарквуд

— Сделаешь это сейчас, или у тебя и твоей сестрёнки будут большие проблемы.

Голос Люцины Вент, дочери ректора, королевы академии и моей главной мучительницы, впивается в виски, будто ржавый гвоздь. Сегодня она загнала меня в угол в коридоре, окружив верными шавками, и поставила ультиматум: спуститься в запретную библиотеку или познать настоящую боль.

Выбора у меня не было.

Ключ со скрипом поворачивается в замке, тяжёлые дубовые двери расходятся, и я чувствую, как сердце рвётся из груди. Это самое опасное место в Академии Ночи — и я, величайшая дура во всём Эдемхейме, сейчас шагну прямо в пасть к гиене.

Потому что боюсь их.

Боюсь до дрожи в коленях, до ночных кошмаров, до того, что готова сдохнуть от унижений, лишь бы они не тронули Лидию.

Тёмные шкафы, набитые древними фолиантами, смотрят на меня с немым укором. Воздух густ от пыли и чего-то ещё — магии, злобы, вековых тайн. Каждый шаг здесь может стать последним.

Но Люцина знает, что я уже была здесь.

И дело не в том, что я такая храбрая. Всё из-за бабушкиного дневника, доставшегося мне в день, когда мама умерла. Я рыдала над его страницами, проклиная судьбу: наш род вычеркнули из истории, отца объявили предателем только за фамилию Дарквуд, мама не выдержала и…

А потом я порезала палец о страницы — и они ожили.

«Всё не так, как они думают. Ключ скрыт под Академией Ночи.»

Я добилась того, чтобы меня взяли сюда, надеясь найти правду. Вместо этого получила ад.

Полукровкам в Эдемхейме не рады. Особенно предательницам. Особенно Дарквудам.

Но когда я всё-таки пробралась в библиотеку, следуя подсказкам из дневника, Люцина выследила меня и не дала закончить дело.

И теперь я снова здесь. Только на сей раз работаю на нее.

Нужно достать рецепт любовного зелья — или мне не жить.

Хотя куда уж хуже, чем сейчас? Сегодня утром я нашла дохлую крысу на пороге. Но в этот раз Люцина пообещала доставить проблем мой младшей сестре, Лидии.

«Зелья, влияющие на разум» — мой взгляд цепляется за потрёпанный корешок.

Пальцы касаются переплёта — и пол уходит из-под ног.

Щелчок.

Не сразу понимаю, что сработала ловушка.

Я падаю, цепляюсь за край провала, ноги болтаются над бездной. Капля крови с разбитого подбородка капает вниз — и исчезает в темноте.

Оттуда доносится лязг.

Цепи.

Если сорвусь — навсегда останусь под Академии, закованная в них. Если сорвусь — Лидия останется одна. Если сорвусь — правда о том, что случилось с моей семьей на самом деле исчезнет навсегда.

Я подтягиваюсь, мышцы горят, пальцы скользят по остаткам пола.

А вокруг — шевеление.

Книги оживают, страницы сливаются в чешуйчатые тела, свиваются в змей. Они чуют меня. Чуют мою кровь. Как и вчера!

Только вчера я сбежала. Сегодня — не смогу.

— Скрытый, приди! Дарквуд зовёт тебя! — выдыхаю я те слова, которые были написаны в дневнике, чувствуя, как холодные кольца обвивают запястья.

Бабушка писала, что нужно произносить слова как следует подготовившись к обряду, прочитав заклинание, сосредоточившись, и в тишине. Они откроют мне правду. Но вторая часть заклинания -- призыв, ее можно прочитать быстро, что я и делаю, рассчитывая на то, что тот, кто придет поможет что-нибудь сделать со змеями!

Глупость надеяться на такое. Но сейчас мной руководит отчаяние.

Стены вспыхивают алым.

Змеи рассыпаются в прах.

По камням ползут кровавые руны.

“Что я наделала?” – проносится в голове. Заклятие заключало в себе куда больше силы, чем я думала. Она сейчас сотрясает Академию до самого основания.

Я звала того, кто расскажет мне тайну.

Но проснулось что-то другое.

В глазах на мгновение темнеет, что-то с огромной силой тащит меня обратно. За шкирку, как беспомощного котенка, а потом швыряет на плиты, которые уже встали на свои места.

Я бьюсь спиной о гранит едва успев вдохнуть перед тем, как ледяные пальцы ложатся на мою шею, придавливая меня, как тряпичную куклу. Глаза застилает пелена, но я все равно вижу его — того, чей портрет висел в каждом классе академии.

Каин Велентар.

Герой войны, которого предательски уничтожила моя бабушка.После чего все и проклял и род Дарквудов на веки вечные. Почему он тут?!

Я приглядываюсь Каину, не веря в то, что глаза меня не обманули. Но зрение твердит мне об обратном. Его черты слишком совершенны, чтобы быть человеческими - резкие скулы, густые темные ресницы, обрамляющие глаза цвета зимнего неба — такие бывают у всех чистокровных аристократов, которых после войны осталось по пальцам сосчитать. Но сейчас в его взгляде нет ничего, кроме холодной ярости.

И тут до меня доходит: это не тайна, это… еще большие проблемы.

Бабушка не убила Каина, она заточила его под Академией! И хотела чтобы я произнесла какое-то другое заклятие?О Мать Ночи, пощади!

— Дарквуд, — великий герой произносит мою фамилию криво улыбаясь. — Ты все-таки осмелилась вернуться сюда? Вчера я слышал твои шаги и жаждал твоей крови.

Икаю.

— Я…

Велентар вдыхает воздух, чуть придавливая мое горло.

— Я... не знала… что… вы тут… — выдавливаю из себя, чувствуя, как воздух заканчивается. – Я искала… правду...

Каин снова усмехается, чуть-чуть ослабляя хватку.

— Нашла? Ты похожа на Викторию как две капли, но какая-то… жалкая, – отмечает он.

Услышав это, я напрягаю руки и Каин усиливает давление на мою шею.

— Виктория Дарквуд, кто она тебе? — он снова приподнимает руку и я чувствую как острые когти скользят по моей шее. Движение властное, оно заставляет меня чувствовать как по коже бегут мурашки.

— Бабушка! - признаюсь.

Каин улыбается, как будто вспоминает о чем-то приятном, отрешенно глядя вперед, но тут же его черты меняются, становясь напряженными, резкими.

— Триста лет темноты, — его голос, как будто наполненный сталью, эхом отражается от стен. — Триста лет, когда я мог чувствовать только боль от цепей, которыми опутала меня твоя… бабушка, надеясь сделать слабее, сговорчивей.