Мой вечно голодный Босс

Глава 32

В следующий раз меня пригласили в Художественную галерею на выставку современного искусства.

Находилась она в соседнем небольшом городке, в котором я так и не удосужилась побывать, но много слышала.

Впечатала название в поисковую строку и обрела новое полезное знание. Надолго ли оно задержится в моей памяти зависит от эмоций, которые мне организует на месте идейный вдохновитель нашей поездки.

Я даже выставкой поинтересовалась. Она была посвящена животным и музыкальным инструментам, которые не то сравнивались между собой, не то противопоставлялись.

Оказалось, свои работы представляют современные молодые любители выразить себя через искусство.

Самовыражение поражало воображение. Наповал. Оригинальностью - по-другому и не скажешь. Каждая работа просто кричала, нет, вопила о том, что она оригинальна.

Смелостью - смелости в использовании, точнее в порче, исходных материалов этим творцам было не занимать.

Находчивостью - презентовать непонятно что, как объект, несущий в себе глубинные проблемы человечества, определенно требовалась находчивость.

Глубиной мысли - чтобы осмыслить все это творчество, приходилось оооочень глубоко копать в своем миропонимании.

Я, конечно, не великий искусствовед и к диванным критикам не отношусь, точнее отношусь к ним весьма плохо, а себя таковой не считаю, но все эти непонятные экспонаты еще и со сложностями в виде заумных концепций, уникальных композиций и весовых соотношений напрягают. И не только правое полушарие, а всю нервную систему целиком.

Куда интереснее рассматривать предметы и изображения, которые практически точно передают реальную картину мира в прошлом. А то найдут наши далекие потомки этакую кракозябру с выставки и мозг сломают, пытаясь сообразить с какой целью ее сделали и как использовали.

Ну, это мое очень скромное мнение и я нескромно поделилась им с Егором сразу после того как мы отстали от экскурсовода и нашей группы, так как на нас уже начали косо смотреть - я постоянно что-то уточняла, а мой кавалер выдавал свою уморительную версию с таким серьезным видом, что я едва могла удержаться от смеха.

— Господи боже, это что?! - то и дело восклицала я, останавливаясь перед очередным экспонатом.

Егор зачитывал мне сопроводительную информацию и мы вместе с очень умным видом пытались «выйти за рамки реальности и расширить границы восприятия», как нам советовали. Или наоборот, я пыталась угадать, чем является представший перед нами предмет, а Егор зачитывал правильный ответ и потом мы вместе, чаще всего тщетно, искали подтверждение написанному.

— Скажи мне, пожалуйста, что это просто кусок пластика, который кто-то случайно не донес до мусорного контейнера.

— Узко мыслишь, дорогая, - не отрывая взгляда от странной кособокой невысокой разноцветной фигуры с парой непонятных отростков, проговорил Егор. - Это произведение декоративно-прикладного искусства называется «Гитара с собакой».

И многозначительно замолчал. Я тоже не нашла, что сказать. Мы дружно смотрели на нечто, лежащее на небольшом кубе и дразнящее нас своей непостижимостью.

Недоумение можно было черпать ложкой.

Я наклонила голову вправо, потом влево. Отошла на пару шагов, потом приблизилась, обошла куб по кругу и развела руками.

— Не вижу, - потом добавила. - Начнем с того: зачем гитаре собака, у неё же зубы, когти, лапы, неудобно же играть. Может, чтобы подвывала в нужных местах?

— На этом же и закончим, - не стал развивать мою умную мысль мой спутник-интеллектуал.

— Эх вы, - раздался знакомый голос с явно звучащей в нем насмешкой. Ваше скудное воображение, Егор Александрович, - Кирилл, а это был именно он, подмигнул мне и продолжил троллить своего лучшего друга, — плохо сочетается с вашим выдающимся интеллектом. Досадно, но поправимо, не так ли, милая Лина?

Надо чаще бывать на таких мероприятиях.

Его вопрос в принципе не требовал ответа, но я решила прокомментировать, наблюдая за тем, как абсолютно спокойный Егор, пропустив все обидные реплики мимо ушей, крепко пожал протянутую руку.

— Многоуважаемый Кирилл, ни за что не поверю, что вы видите здесь хоть какой-то музыкальный инструмент или тем более домашнего питомца.

— Милая Лина, это совсем не обязательно. Любое искусство работает по принципу: я - художник, я так вижу.

— К чему тогда был пассаж про воображение?

— О, Егорка, она тебя уже защищает, - Кирилл слегка шлепнул друга по плечу и опять подмигнул почему-то мне. - Цени, брат. Не каждая на это способна.

— Да нет, брат, она свое воображение защищает, - ехидная улыбка скользнула по губам моего ссс…спутника. - Плохо ты в женщинах разбираешься, сердцеед.

— Вот это ты зря сказал. Девушка и обидеться может, - не остался в долгу Кирилл и выжидательно посмотрел на меня. А я не заставила себя ждать:

— Девушка не обидчивая, девушка мстительная и память у нее плохая - отомстит, забудет и снова отомстит. А воображение у меня отличное. Да. И это не намек, это прямым текстом.

Кирилл расхохотался, да так, что на него зашикали мимо проходящие посетители, даже благонравная старушка-смотрительница зала направилась было в нашу сторону, но Кирилл вовремя её заметил, и, жестами изобразив извинения, уберег нас от нудной беседы о правилах поведения в подобных местах. Смеяться он перестал, но в глазах резвились смешинки и некрасивое лицо озаряла на удивление открытая магнетическая улыбка.

— Так его, милая Лина. Этот черствый высокомерный сноб заслужил каждую букву твоей пламенной речи. Пойдем, - он протянул мне руку. - Я покажу и расскажу тебе много интересного. Ты, конечно, не станешь знатоком современного искусства, но, по крайней мере, сможешь отличить концептуализм от абстракционизма.

Я бросила вопросительный взгляд на Егора и в ярко-голубых глазах его на мгновение плеснуло что-то темное и вместе с тем обжигающее из-за чего по жилам побежал холодок, но тут же схлынуло, оставляя за собой сомнения, а не показалось ли…