Мой волшебный друг

1 История ч.4: Пропала собака

– Меня видят только дети, и то, почему-то, не все. Говорю же я ещё маленькая, чего мне бояться. 

– Значит, я особенная? 

– Наверное. Мы только познакомились, тебе лучше знать. 

– Думаешь? 

Золотце вдруг насторожилась. 

– Тебя зовут, – сказала она. 

– Я ничего не слышала, – приврала Соня. Как было бы здорово остаться здесь с Золотцем до самого заката.

– Ещё бы, такими-то маленькими ушками. 

Сквозь шелест бурьяна и заливистые птичьи трели ясно доносился бабушкин голос, а из-за зарослей у начала китайской гаражной стены показалась седая макушка. 

– Ой, сейчас влетит! Я обещала, что недолго. Теперь точно только после обеда выпустит. 

Прислонившись спиной с теплому боку Золотца, Соня предложила: 

– Давай убежим? 

– А тебя не накажут? 

– Ерунда, ничего такого мне не сделают, подумаешь, вечером мама отшлёпает. А сладкое я и так ни капелюшечки не люблю. 

Золотце задумчиво посмотрела на Соню. 

– Если тучи не набегут, я пробуду здесь до вечера. А пока подремлю, но всё равно поторопись. А то передумаю на спине катать. 

Взвизгнув от радости, Соня развернулась и уткнувшись носом в шерсть прошептала: 

– Я мигом, ты и моргнуть не успеешь, а уже вернусь. – И вприпрыжку побежала к бабушке, то и дело оглядываясь.В этот раз она бы согласилась съесть на обед что угодно, даже варёный лук, лишь бы быстрее вернуться на пустырь. 

Дома выяснилось, что бабушка собралась в поликлинику, и Соня либо пойдёт с ней, либо будет сидеть в квартире под замком. Едва не плача, она отпрашивалась на улицу, но без толку. Бабушка пообещала скоро вернуться и ушла. 

По небу лениво плыли пухлые дождевые облака. Часы показывали половину четвёртого. Погода портилась, приближался вечер, а бабушки всё не было. Не находя себе места, Соня слонялась по квартире. Играть не хотелось, читать тоже. А после того как она проверила прогноз погоды, вообще ничего не хотелось. Пасмурно, постоянные дожди и так всю неделю, а значит, Золотце не придёт.

Наверное, она теперь считает Соню обманщицей. Может быть обиделась, или даже передумала дружить. Самый лучший день в жизни вдруг превратился в самый грустный. 

Гавкнул телефон, на экранчике высветилось сообщение от Вики – самой давней подруги и в школе, и во дворе. Она со всей семьёй уехала на море и каждый день присылала красивые или смешные фотографии. А Соне ответить было совсем нечем. Как жаль, что Золотце не получилось сфотографировать. Пока она читала Викины сообщения и изредка отправляла свои, на улице пошел мелкий дождь. А вскоре и бабушка вернулась, но торопиться было уже некуда. 

Вечером вернулись родители, с маленькой кроваткой для братика, и Соня решила не рассказывать им о солнечной собаке. Спать легла рано, чтобы ночь побыстрее прошла, и раньше наступило завтра. Может погодные учёные, как обычно, ошиблись, и утром будет ясно, а Золотце не сильно обиделась и придёт поиграть. 

*** 

Проснувшись под стук капель об оконное стекло, Соня тут же загрустила. Перевернулась на другой бок и накрылась с головой. Не будет сегодня ничего интересного. Встала она только, когда родители ушли на работу, и до обеда рисовала Золотце. Испортила пол-альбома, пока не получилось красиво. 

Днём дождь закончился, но плотные тучи так и не разошлись. Дома сидеть сил больше не было, и Соня отпросилась ненадолго на улицу, навестить Найду с детками, в дождь-то они уж точно вернутся в конуру. Пообещала бабушке далеко не ходить, с чужими не разговаривать, вести себя хорошо и отвечать на контрольные звонки. Обулась в желтые резиновые сапоги и, натянув дождевик, ушла гулять. 

В выбоинах асфальта собрались глубокие лужи. Тропинки на пустыре развезло. Жирная, густая грязь облепила сапоги. Дорога до конуры показалась длиннее, чем обычно. 

– Найда, Найда! Где же ты? 

В домике было пусто. Соня присела на корточки, заглянула внутрь. Убрала клочки шерсти, поправила подстилку и вдруг заметила, как под ней что-то блеснуло. В щелях между досками пола застряли две хрустальные бусины: одна круглая, другая в виде птички. Соня тут же вспомнила, где их видела. 

П р о д о л ж е н и е    с л е д у е т . . .