Мой желанный

1 Глава.

Будильник прозвонил в шесть тридцать.

Ирина открыла глаза сразу, без привычного торга с собой, без попытки украсть у утра еще пять минут. Рука нашла телефон на тумбочке раньше, чем мысли окончательно собрались в ровную линию. Экран осветил полутемную спальню: вторник, шесть тридцать, погода, два непрочитанных сообщения в общем рабочем чате.

Она выключила звук и села.

В комнате было прохладно. На спинке стула висел подготовленный с вечера костюм: темно-серые брюки, белая блузка, жакет. На комоде — часы, серьги-гвоздики, тонкая цепочка без подвески. Ничего лишнего. Ничего такого, что могло бы привлечь внимание или спровоцировать вопрос.

У Ирины давно были правила.

Не опаздывать.

Не оправдываться.

Не рассказывать о себе больше, чем необходимо.

Не задерживать взгляд на чужой улыбке.

И главное — не путать вежливость с интересом.

Она убрала постель, открыла окно на три минуты, пока в ванной нагревалась вода, и пошла умываться. В зеркале отразилось лицо женщины, которая умела выглядеть отдохнувшей даже тогда, когда полночи лежала без сна. Светлая кожа, спокойные глаза, аккуратно собранные волосы. Чуть заметная тень под глазами исчезла под тонким слоем консилера. Губы — нейтральный оттенок. Аромат — едва уловимый, чистый, прохладный.

Кофе она сварила крепкий, без сахара. Завтрак состоял из творога и половины яблока. На столе стояла маленькая вазочка, пустая уже третью неделю. Раньше Ирина покупала цветы по пятницам — не для настроения даже, а просто потому, что живые цветы делали квартиру менее похожей на номер для командировок. Потом перестала.

Она не сразу заметила, когда именно.

Квартира была тихой, аккуратной, почти безличной. Книги стояли по размеру, плед лежал сложенным на подлокотнике, чашки в шкафу — ручками в одну сторону. Все на своих местах. Все под контролем.

Ирина допила кофе, вымыла чашку, протерла раковину и надела пальто.

В восемь десять она уже входила в стеклянный холл бизнес-центра.

Офис компании «Альтаир Девелопмент» занимал два этажа с панорамными окнами, переговорными в серо-синих тонах и кухней, где кофе всегда заканчивался в самый неподходящий момент. Ирина работала руководителем проектной группы и знала: если прийти позже восьми пятнадцати, день начнет управлять тобой. А она предпочитала обратное.

— Доброе утро, Ирина Сергеевна, — поздоровался охранник у турникетов.

— Доброе, Алексей, — ответила она с той самой ровной улыбкой, которую коллеги считали признаком хорошего настроения.

На самом деле это была не улыбка. Это был инструмент.

В лифте ее догнала Марина из отдела продаж — рыжеволосая, шумная, пахнущая сладкими духами и чужими новостями.

— Ирина, представляешь, вчера опять совещание сдвинули на пятницу. Я уже не понимаю, у нас кто-нибудь вообще календарь открывает?

— Открывает, — спокойно сказала Ирина. — Просто не все умеют им пользоваться.

Марина рассмеялась.

— Вот за это я тебя и люблю. Ты ледяная, но справедливая.

Ирина чуть повернула голову.

— Я предпочитаю слово «последовательная».

— Ну конечно.

Лифт мягко остановился на семнадцатом этаже. Ирина вышла первой. Ее каблуки негромко стучали по матовому полу, и этот звук почему-то всегда помогал собраться: шаг, вдох, решение; шаг, вдох, контроль.

Рабочее место встретило ее стопкой документов, двумя стикерами от ассистента и письмом с пометкой «срочно», отправленным в двадцать три сорок восемь накануне. Ирина сняла пальто, повесила его на плечики, включила компьютер и открыла календарь.

В девять — планерка.

В десять тридцать — правки по смете.

В двенадцать — созвон с подрядчиками.

В пятнадцать — презентация по проекту «Северный квартал».

В семнадцать — внутреннее согласование.

Свободного времени не было. Ирина любила такие дни. В них не оставалось места для воспоминаний.

— Ирина Сергеевна? — в дверях показался Антон, младший аналитик, с папкой в руках и тревогой на лице. — Можно на минуту?

— Если ровно на минуту, — сказала она, не отрываясь от экрана.

Антон вошел, положил папку на край стола.

— Там в расчетах по третьему блоку расхождение. Я проверил дважды, но не уверен, что правильно понимаю, где ошибка.

Ирина открыла файл, бегло просмотрела таблицы. Пальцы быстро прошли по клавиатуре. Антон молчал, переминаясь с ноги на ногу.

— Ошибка не у тебя, — сказала она через полминуты. — Подрядчик прислал старую ставку на материалы. Видишь? Здесь коэффициент прошлого квартала. Запроси актуализацию и поставь меня в копию.

Антон выдохнул так, будто она только что сняла с него судебный приговор.

— Спасибо. Я думал, что сам напутал.

— В следующий раз сначала проверь исходные данные, потом сомневайся в себе. Так эффективнее.

Он улыбнулся.

— Вы всегда так спокойно говорите, будто вообще никогда не нервничаете.

Ирина подняла взгляд.

— Нервничать не запрещено. Запрещено делать из этого процесс.

Антон кивнул, хотя, кажется, не до конца понял. Но записал.

Когда он вышел, Ирина на несколько секунд закрыла глаза.

Она нервничала. Конечно, нервничала. Иногда ей казалось, что внутри нее все время работает невидимый двигатель, перегретый, упрямый, не знающий остановки. Просто она давно научилась не показывать дым.

На планерке она говорила коротко и точно. Раздала задачи, пресекла спор между продажами и юридическим отделом, вернула обсуждение к срокам, когда финансовый директор начал уходить в предположения. Коллеги слушали ее внимательно: кто-то с уважением, кто-то с раздражением, кто-то с тем осторожным любопытством, которое вызывали люди, не дающие трещин.

Ирина знала, как они ее видят.

Холодная.

Сильная.

Слишком правильная.

Она не возражала. Такие ярлыки были удобнее, чем правда.

К обеду на телефон пришло сообщение от неизвестного номера.