Мой жестокий форвард

ГЛАВА 1.

Люба

— Шайбу! Шайбу! Шайбу! — скандируют трибуны.

Я стою во всей этой бушующей массе и не могу отвести взгляда от игры.

На льду мощная пятерка и вратарь «Сибирских Орлов», но я смотрю только на одного, на форварда Демьяна Гранина.

Вся эта уверенность, этот кайф, с которым он скользит по катку, делает меня глупо залипшей. Да, я пришла сюда по работе: интервью для газеты, дружеский матч, никаких эмоций. Но оторваться от него невозможно, этот парень как будто светится изнутри.

Периодически он оглядывается, переговаривается с другими игроками, кивает тренеру. И вот именно в этот момент, когда он бросает шайбу через все поле с идеальной траекторией, я понимаю, что он далеко не обычный. Он чертовски харизматичный.

Я делаю вдох, стараюсь вернуть себе профессиональный вид, крепко стискиваю диктофон в руке. Дышу. Это интервью. Это работа.

Когда матч заканчивается победой «Орлов», игроки сходят со льда, а я спускаюсь ближе к раздевалкам. Мой беджик позволяет мне свободно заглянуть «на кухню» молодежки.

— Эй, журналистка!

Я оборачиваюсь. Демьян улыбается, опираясь о свою клюшку. Мокрые темные волосы прилипли ко лбу, щеки раскраснелись.

— Привет! — робко улыбаюсь я и подхожу к нему.

— Что ты тут вынюхиваешь? — он осматривает меня с головы до ног.

— Хочу взять интервью у победителей. Ответишь на пару вопросов? — убираю прядь волос за ухо, смотрю на него снизу вверх.

Он оказывается такой высокий, а я в кедах.

— Давай, если не испугаешься, — подмигивает он мне с вызовом.

Я улыбаюсь, хотя внутри все дрожит от волнения.

— Испугаюсь? — повторяю с легкой усмешкой и знаю, что уже попалась на его крючок.

— С чего начнем?

И вот так, посреди коридора, посреди звуков клюшек, скрипа коньков и запаха пота, я понимаю: работа – это одно. А этот человек…, это что-то совсем другое.

— Сначала классика. Какой твой любимый момент в сегодняшнем матче?

— Любимый момент? — он сногсшибательно улыбается, а я сразу же включаю диктофон, чуть ли не позабыв обо всем на свете. — Когда забрал шайбу у соперника за три секунды до конца игры.

Я понимающе киваю, а мой взгляд невольно зацепился за его плечо, за легкое движение руки с выпуклыми венами.

— Тебе нравится, когда весь зал на тебя смотрит?

— Иногда, — он отводит взгляд, но только на секунду. — Но мне больше нравится играть так, чтобы не заметили, а потом вырываешься из зоны невидимости, и шайба уже в воротах соперника.

Я улыбаюсь.

Да как его можно не заметить?

— Хорошо. Следующий вопрос: есть ли момент, когда усталость почти побеждает? — спрашиваю осторожно.

— Конечно, — Демьян слегка наклоняет голову. — Каждый раз. Но это часть игры и часть того, кем я хочу быть.

Я делаю шаг ближе, забывая про диктофон. Чувствую, как в груди что-то сжимается. Во мне бурлит слишком много эмоций для простого интервью.

— Ты как будто всегда знаешь, что делать, — говорю тихо.

Он улыбается, наклоняясь чуть ближе, но, не нарушая дистанции.

— Не всегда, но игра учит быстро ориентироваться, — он смотрит прямо мне в глаза, и мне становится жарко.

Я хочу задержаться в этом моменте, прочувствовать трепет, что зарождается в животе. И еще хочется, чтобы он спросил обо мне хоть что-то. Но я держу себя в руках.

— Хорошо, последняя фраза для статьи, — говорю я, делая шаг назад. — Скажи что-нибудь своим фанатам.

— Делайте то, что любите, и не бойтесь быть собой, — чуть наклонившись ко мне, тихо отвечает он.

Я выключаю диктофон, пора уходить, но ноги потяжелели, и я не могу сдвинуться с места.

— Кстати, мы сегодня будем отмечать нашу победу в клубе «Эрмитаж». Придешь?

Я замираю. Все внутри прыгает, как шайба, которая рикошетом от бортика влетела прямо мне в сердце.

— Я..., — пытаюсь не заикаться, стараюсь не выдать, что хочу крикнуть «Да! Да! Да!». — Конечно.

От его улыбки у меня бегут мурашки. Внутри все бурлит. Хочется прыгать от счастья, размахивать руками и закричать, но я стою, как вкопанная, и контролирую каждое движение.

Работа, Люба, напомни себе об этом! Где твой профессионализм?

Но сердце предательски бьется быстрее, а взгляд постоянно возвращается к нему. Он проводит рукой по своим влажным волосам, как будто специально медлит, и я ловлю себя на мысли: «Боже, он невероятен».

— Окей, тогда я буду тебя ждать, — говорит он спокойно.

Я киваю, пытаясь не выдать, что внутри я буквально летаю. И пока я иду к выходу, я уже мысленно представляю клуб: музыка, свет, смех и он.

Демьян Гранин будет ждать меня, будет рядом, и я до дрожи хочу быть в «Эрмитаже».