Мой жестокий герцог

Глава 2. Жених

Ну что сказать, Людовик умеет произвести впечатление. В зале повисла тишина. Герцог Орлеанский пошатнулся и снял маску, в его глазах застыло недоумение. Видимо, он не знал, какой приятный сюрприз готовит ему старший братец. Я его очень хорошо понимала, ведь о Луизе и принце Конде знал весь Париж. Кстати, о принце! Он тоже выглядел впечатленным, губы его сжались в узкую полоску, желваки заходили на выразительном лице. Мой отец был первым, кто пришел в себя. Выступив вперед, он отвесил королю низкий поклон и поблагодарил:

– Это большая честь для рода де Пуриан. Спасибо, Ваше Величество!

Моя мачеха от этих слов чуть не скончалась на месте, она побледнела, побагровела, от злости ее лицо заострилось, и она стала похожа на крыску.

– Вот и славно! – хлопнул в ладоши король, – Отметим свадьбу через неделю.

Герцог сжал кулаки. Я наблюдала за ним пристальнее всего, сила его чувств ко мне внушала страх, ведь совсем скоро я стану его женой, практически собственностью.

– Благодарю, Ваше Величество! – с нескрываемой горечью заговорил мой жених, – Вы, как всегда, очень заботитесь обо мне. Право, я этого не заслужил. Раз свадьба через неделю, мне нужно срочно заняться приготовлениями. Я вас покину.

В повисшей тишине неожиданно громко откашлялся принц Конде и шагнул вперед, к трону. Встав рядом с моим отцом и отвесив низкий поклон королю, он медленно заговорил, явно подбирая слова:

– Ваше Величество, вы всегда заботитесь о своих подданных, и мы благодарны вам за это. Но у вас и других государственных хлопот много, поэтому вы, вероятно, не знали, что я и мадемуазель де Пуриан испытываем друг к другу чувства. Я как раз хотел обговорить все детали с графом. Вы же не будете разбивать сердца двух влюбленных?

Король нахмурился, а я начала пробираться вперед. Меня так и подмывало громогласно и в грубой форме высказать свой протест. Пусть уж лучше меня ненавидит герцог, чем любит принц. Луиза бы на моем месте ждала, пока другие решат ее судьбу, но я не она. Поэтому выступив вперед я присела в реверансе и проговорила:

– Ваше Величество, принц Конде выдает желаемое за действительное.

По залу прошелся вздох недоумения, я заметила, как Гастон бросил на меня удивленный взгляд, а король хохотнул.

– Граф де Пуриан, скажите, у вас были с принцем Конде какие-либо договоренности касательно брака вашей дочери?

Отец бросил на мачеху быстрый взгляд, но с поклоном ответил королю:

– Нет, Ваше Величество.

– Вот и славно, – потирая руки, объявил король, – Через неделю мы отметим свадьбу герцога Орлеанского и мадемуазель де Пуриан. А вы, принц, в следующий раз будьте порасторопней!

Я видела, как побледнел принц. Такого унижения он точно не простит… мне. Сможет ли защитить меня от его гнева мой будущий муж, большой вопрос! Да и захочет ли? А королю как будто понравилось издеваться над подданными, и он решил добить принца или своего брата, а может, и обоих:

– Гастон, ты-то меня не подведи, не упусти этот прекрасный цветочек, подойди к невесте, вырази ей свои чувства!

Пришла моя очередь бледнеть. Я-то знала чувства жениха и совсем не хотела, чтобы он их выражал.

Гастон подошел ко мне, больно схватил за руку и притянул меня к себе.

– Я очень счастлив, что эта распустившаяся роза станет моей женой, – зло выплевывая слова, объявил мой жених, и только дурак не понял бы его намека.

Теперь и я сжала кулаки.

«Как он изящно обозвал меня при всех шлюхой! Гад!» – со злостью подумала я.

Конечно, его можно было понять: все вокруг шептались, что Луиза из платьев выпрыгивает перед принцем Конде. Думаю, парижан задевал не сам факт нашей возможной близости с принцем, подобное было, есть и, думаю, будет нормально для любого высшего общества, а то, что делалось это все открыто, как будто напоказ. И тут меня осенило. Мачеха могла действовать так нагло специально, чтобы не допустить моего брака с герцогом Орлеанским. Ведь у отца действительно важная роль при дворе, обе противоборствующие стороны хотели бы заполучить его себе в сторонники.

«Куда я попала?» – ужаснулась я.

Благодаря стараниям мачехи моя репутация была не просто подмочена, меня еще не втоптали в грязь только потому, что принц проявлял ко мне благосклонность. Оттого, что я знала, чем обернулась эта благосклонность для Луизы, вся эта ситуация казалась еще гаже.

Пока я мысленно поражалась местным нравам, мой жених под пристальным взглядом короля схватил меня за подбородок, наклонился и впился в мои губы с такой злостью, будто хотел покусать. Я попыталась отстраниться, но он крепко обхватил мой затылок своей широкой ладонью, не давая мне шансов отвоевать свободу. А мои попытки оттолкнуть его он даже не заметил. Его губы сминали мои по очереди, но язык в ход он не пустил. Вокруг раздались аплодисменты, послышался звук удаляющихся шагов, кажется, принцу не понравилось представление, устроенное королем.

Когда герцог меня отпустил, я от волнения едва не упала, ему пришлось придержать меня под локоть, но он тут же отступил от меня.

– Я вижу вы прекрасная пара, – усмехнулся король, – Можете идти готовиться к свадьбе.

Гастон тут же решительно направился прочь, оставив меня стоять перед троном одну, к счастью, отец был рядом. Он взял меня под руку и тоже повел к выходу.

Семейство де Пуриан покинули дворец в гробовом молчании. Но стоило нам сесть в карету, как мачеха влепила мне пощечину, я не успела себя защитить, а она уже визжала, как молочный поросенок, убегающий от шеф-повара:

– Нахалка, гулящая девка! Когда ты успела соблазнить герцога? Неужели тогда в парке?

«Парке? Когда это Луиза успела встретиться с герцогом…» – удивилась я про себя, потирая пострадавшую щеку. Бросив быстрый взгляд на отца, я тихо спросила у него:

– Дорогой папа, а вы тоже недовольны милостью, которой одарил вас король?

Граф де Пуриан от неожиданности вздрогнул, видимо, Луиза не баловала его своим вниманием, и известие о том, что у нее есть голос, потрясло пожилого человека.