Мой жуткий новогодний роман

Часть 5

До Нового года оставалось ещё три дня, но подготовка кипела вовсю. Алиса разошлась по полной, размах банкета прогрессировал каждый час, внезапно из десяти человек нас должно было стать двадцать, и это явно был не предел. К шумным посиделкам у меня никакой антипатии не было, Алиса у нас человек-праздник, с ней всегда так. Незнакомцы в компании тоже не вызывали дискомфорта, я просто волновалась за невестку и старалась по максимуму разгрузить её, а ещё почаще оставлять их наедине с мужем. Сегодня убежала якобы по очень важному делу надолго, а сама не знала, чем себя занять, поэтому решила прогуляться по торговому центру, взяла в автомате кофе и села на лавочку рядом с развлекательным уголком для детей. Их хохот и веселье делали меня счастливее, я завидовала им, они так легко и непринуждённо заводили себе друзей, чистые и прекрасные эмоции, мне их не хватало в своё время.

Взгляд как-то сам собой зацепился за девочку, странную и немного жуткую. Меня от одного взгляда на неё бил озноб. Размазанный по лицу грим, шарик, как у клоуна из фильма ужасов, перепачканная одежда, два хвостика не спасали взрывной переполох в волосах. В целом девочка выглядела неопрятно и немного отталкивающе. Она просто стояла на одном и том же месте и злобно следила за остальными детьми, никто её не замечал. И вот наблюдая за ней некоторое время, почему-то увидела её в другом свете. Это просто одинокий и брошенный ребёнок, до неё никому не было дела, ни детям, ни родителям. Мама ни разу к ней не подошла, чтобы привести дочь в порядок и разузнать о причине такого поведения. Разве кто-то из детей может стоять двадцать минут не шелохнувшись? Я такого не видела. И вот уже кажется, что это не злой взгляд, а грустный, просто всё портит этот ужасный грим, она печальна настолько, что её не трогают никакие развлечения, наверное, плакала, тёрла лицо ручками. Хотелось подойти к ней, поговорить, но как это выглядело бы со стороны? Чужой ребёнок, родители сочтут ещё за извращенку. Как ни крути, а покоя мне эта девочка не давала, решила рискнуть. Здесь столько родителей и детей, что пойми, где чей ребёнок. Уж как-нибудь объясню свой интерес в случае скандала. Как раз пришли две женщины, одна из них, глядя на площадку, расплакалась. Некоторые люди подошли к ней, завязался разговор, и я воспользовалась ситуацией. Решительным шагом подошла к ребёнку и присела, старалась держать дистанцию, чтобы не испугать малышку.

– Привет, я Вика. А как тебя зовут? – обратилась к девочке, но она не ответила. – Почему ты тут стоишь и не играешь с остальными? – снова молчание. – Тебе нужна помощь? – тишина.

– Тётенька, а Натя не асговаливает с того дня, – так внезапно ко мне подкрался другой карапуз, что я испугалась.

Рядом стояло чудо лет трёх в розовом платьице и хлопало на меня глазками.

– Ты её знаешь? – спросила кроху.

Девочка кивнула, а Настя, судя по всему, наконец ожила, улыбнулась и взяла подошедшую малышку за руку.

– Натя, а посему у тебя такие хаодные уки? – спросило чудо, а Настя смотрела мне за спину и протянула руку вперёд, указывая пальцем куда-то.

Я машинально обернулась и сразу же вернулась взглядом к Насте. Вдруг осознала, что, кажется, видела знакомый лавандовый взгляд в толпе. Обернулась снова, но там ничего не было. Встала, прошлась. Даже не знаю, что это такое было, но у меня возникло стойкое чувство, что я что-то попустила, потеряла или забыла, хлопнула себя по карманам, вспоминая, что делала. В голове всплыл образ Насти, я бросилась к тому месту, но там её уже не было, но девчушка в розовом была, держала в руках шарик Насти.

– Привет, – присела перед ней, не знаю, зачем поздоровалась, – а где твоя подружка?

– Она усла с касивым дядей, – громко поведало мне чудо.

Я лишь попыталась найти след Насти в толпе, но чудо, не выговаривающее слова, внезапно закашлялось и упало без сознания на пол, к её руке был привязан красный шарик, он зловеще колыхался от сквозняка, вызывая очередную порцию мурашек.

Мама девочки бросилась к нам, подхватила дочь на руки и заплакала. Бегло, но придирчиво осматривала её, даже ротовую полость не упустила. Люди набирали скорую, кто-то бросился оказывать первую помощь, а я стояла и дрожала от ужаса. Столь сильного потрясения от сегодняшнего дня не ожидала. Никогда не думала, что можно превратиться в статую, просто стояла и не могла пошевелиться, лишь когда практически мгновенно подоспевшая скорая помощь увезла их, смогла нормально дышать. Такая маленькая, такая хрупкая, её бледное личико врезалось в память, словно кто-то высек его из камня и оставил как напоминание перед глазами.

– Вы не видели, что произошло?

– А-аа, что? – посмотрела на женщину потерянным взглядом. Кажется, именно она плакала тогда.

– Я вас видела рядом с пострадавшей девочкой, думала, может, вы заметили, как Ксюша что-то с пола подняла, или знаете то, что сможет её спасти, поэтому осталась здесь, а не поехала с ними.

– Нет, мы говорили только о Насте, её подруге.

– Вы знаете Настю? – расплакалась женщина.

– Нет, я её видела сегодня первый раз. Ксюша сказала, что она ушла с каким-то дядей, нужно его поискать, может, он знает что-то.

– Я уж думала, вы о моей Насте. Две недели назад мы с ней пришли в этот центр, моя доченька неудачно упала и теперь находится в коме. Я не видела никого рядом с вами и Ксюшей, если вы опишите мужчину и девочку, согласитесь помочь их поискать, мы, возможно, спасём Ксюше жизнь.

– Конечно, я только рада, я волнуюсь за Настю. Понимаете, мужчину я не видела, Ксюша мне сказала, что он красивый, а девочка… На вид ей около четырёх, возможно, пяти лет. Растрёпанные хвостики, белое платье из трикотажа с красной окантовкой внизу и на карманах. У неё была брошь заколота на груди, в форме вишенок, а ещё у неё на лице был грим, но она, судя по всему, его размазала руками, а потом вытерла грязные руки о платье… Ах да, у неё в руках был красный шарик, хотя нет, она перед уходом отдала его Ксюше.