Молчаливая любовь

Глава 8. По волнам воспоминаний.

Артём.

- Кстати, - произношу следующие слова, не отслеживая реакцию Киры.- На следующей неделе мы возвращаемся в наш город.

Следую строго по курсу в сторону по минимум оборудованного спортзала. Слышу за спиной следующий за мной негромкий топот её ножек.

Захожу в зал, оставляя дверь открытой.

Стягиваю с себя футболку и, оставаясь стоять боком к Кире, поворачиваю лицо в ее сторону.

Замечаю, как она на мгновение теряется из-за моего обнаженного торса, и как быстро она возвращает свои глаза к моему лицу.

- Ты серьезно? – по-детски интересуется она.

Разминаюсь перед тем, как приступить к тяге железа.

Кира же садиться на рядом стоящую скамью, устраиваясь в турецкую позу.

- Абсолютно серьезно. Можешь собрать только все необходимое. Остальное доставят позже, - делаю махи руками и растягиваю мышцы шеи. – Собраться необходимо к среде.

- Почему вдруг возвращаемся? – такое чувство, что в ее глазах плещет восторг и страх одновременно.

- Настало время, - мой ответ короткий и загадочный. Как обычно.

- Ну, блин, Кутерин, не будь так скуп на информацию, хотя бы со мной, - она дует губы, как делала, когда была подростком. А спустя мгновение, ее словно озаряет. – Петров где-то лажанул?

- Да. С фирмой.

- Черт, - ворчит, опустив голову. – Так и знала, что в итоге он все погубит. Дай угадаю, это комплекс, который запланирован к стройке полтора года назад?

- Ну, если мы говорим об одном и том же, то да. С грунтом в итоге пошла какая-то лажа, наполовину отстроенный комплекс в данный момент не может быть достроен. Там явные нарушения. В лучшем исходе его лучше снести. Но, Петров пытается придумать другой вариант. Хотя, на мой взгляд, как ни крути, деньги будут потеряны.

- Говорила же, что это плохая идея, - Кира прячет лицо в своих ладонях, и бормочет в них еле слышно. – Господи, как же меня угодило с ним связаться?

- О, этот вопрос интересовал меня многие годы, - язва мое второе имя.

- Кутерин. – предупреждающе бурчит Кира, бросая на меня грозный взгляд.

- Молчу-молчу… присоединишься к тренировке?

- Нет, у тебя будет толстая жена.

Вскакивает со скамейки и скрывается за дверью.

Да плевать мне, какая будет моя жена. Толстая, худая. Неважно.

Но, такой была Кира первый месяц нахождения здесь, нескоро сотрется из моей памяти. Худая, вся в синяках, слабая, как травинка.

С момента нашего знакомства большую часть времени, я поддевал Киру славами и издевками, но, она никогда не давала мне фору.

И в тоже время… в наших задиристых отношениях, в трудные минуты мы всегда были друг у друга.

В день, когда проходили похороны моей мамы, я разрывался тоской и скорбью. Я не имею претензий к отцу, его тоже разрывало горе от потери любимой женщины. Но, смерть родителей и любимых для меня все-таки имеет различия в боли и тоске.

Тогда Арсеньевы приехали к нам.

Естественно взрослые были участливы и к моему горю, но в какой-то момент, я оказался один. Бродящий в одиночестве по нашему дому. Отданный на растерзание своей утрате. Я сдерживал слезы весть день, потому что не желал погружаться в эту тьму окончательно.

Мне было пять, но когда мне сообщили о смерти мамы, я словно вырос на несколько лет.

Услышав возню в одной из комнат, я зашел внутрь.

На большой кровати среди скрученных одеял и подушек, лежала маленькая Кира. Видимо, ее уложили спать, но она уже проснулась.

Кажется, ей был год с небольшим.

Я забрался на кровать, посмотреть на нее. Завидев меня, она уселась на кровати и уставилась на меня своими зелеными глазами.

Так. Словно заглядывала в мою маленькую душу.

Я сам не понял, как ее маленькие ручки обхватили мою рубашку по бокам, и она прижалась своей маленькой щекой к моей груди.

Мои руки сами непроизвольно обняли ее, и сдерживаемые слезы, хлынули по моим щекам.

Не знаю, почему мою память стали охватывать с ней воспоминания, но есть события, которые мы никогда не сотрем из нашей памяти. Есть что-то, что я всегда буду делать для нее.

- Артём, я ни черта не успеваю на её выпускной, - разносится голос отца из телефона, стоящего на громкой связи. – Я уже позвонил Кире. Она сказала, что ничего страшного и все понимает, но черт…..это же Кира. Она всегда говорит, что у нее все хорошо.

Смотрю в сторону на машины вокруг, стоящие, как и я в пробке.

- Я сказал ей еще вчера вечером, что у меня встречи весь день, - произношу эти оправдательные слова, но в душе скребут кошки.

- Мы – засранцы, - резюмирует отец.

- Бизнесмены, - хр*новый контраргумент с моей стороны.

- Засранцы, сын.