Молли Блэкуотер. Сталь, пар и магия

Часть 1. Глава 4

Глава 4

Если дома стало чуть лучше, то в школе Молли пришлось солоно. Нет, не то чтобы от неё разбегались в ужасе, но сторонились, и не просто сторонились.

Личная, хоть и краткая беседа лорда Спенсера в сочетании с официальным посланием Особого Департамента, разумеется, произвели на бедную директрису, миссис Линдгроув, поистине неизгладимое впечатление – так, что её пришлось отпаивать валериановыми каплями, и Молли вернули в классы без единого писка. Естественно, у неё согласились принять экзамены экстерном, «когда мисс Блэкуотер будет благоугодно».

Девчонки же разбегались от Молли по углам, глядя на неё широко раскрытыми от ужаса глазами. Все как одна. Учительницы с трудом заставляли себя взглянуть на неё; никто не задал ей ни одного вопроса, и сидела она в середине пустого пространства – свободно было не только место рядом с ней, не только парты спереди и сзади, но даже и справа и слева через проходы!

С виду всё в школе было как и раньше. Краем уха Молли слышала разговоры о внезапно участившихся случаях сонной болезни, но в их школе, к счастью, все оставались здоровы. Говорили также, что заболевших отвозили в специальную лечебницу в главном здании Особого Департамента; эти вести разносила Рози Уайлер, чей отец как раз и числился там мелким канцелярским клерком. Особый Департамент, видать, неплохо платил, если даже мелкий клерк мог позволить себе отправить дочь в дорогую частную школу!..

Но все разговоры разом смолкали, стоило Молли оказаться рядом, и девчонки торопливо расходились в разные стороны.

Не утерпев, Молли уже на следующий день решила, что в обществе и смерть, как известно, алого цвета («Na miru i smert’ krasna»), и, подметив зазевавшуюся Кейт Миддлтон, известную гламурную задаваку, пошла на таран, словно паровой бронированный ползун.

Кейт узрела опасность слишком поздно, Молли уже отрезала все пути к отступлению из угла с фикусом подле окна, где означенная девица Миддлтон рассеянно глядела на медленно ползущую череду роскошных локомобилей – в город с весной вновь пожаловала изрядная депутация пэров.

– Кейти! Эй, Кейт! Привет, как дела?

– А‑а‑а‑а‑а…. – Рот у бедняги Кейт открылся, она попятилась, судорожно цепляясь обеими руками за подоконник, словно Молли собиралась её хватать и куда‑то тащить. – М‑моллинэ‑э‑эр…

– С каких это пор я – Моллинэ‑э‑эр? – передразнила одноклассницу Молли. – Кейти, ты что, привидение узрела? Бледная, аки кафель в медкабинете у мисс Найтуок!

Кейт вжималась поясницей в подоконник, а со щёк её и в самом деле сбежала вся краска.

– Что происходит? – напирала на неё Молли. – Это же я. Я вернулась. Особый Департамент агроменную бумагу написал, что всё в порядке! А все, на кого я ни гляну, трясутся, чуть из панталон не вываливаются!

– О‑оста‑авь меня‑а, – простонала несчастная Кейт. – Я‑а сейчас в о‑обморок…

– Какие ещё обмороки, Кейти! – рассердилась Молли. – Что за чепуха, отвечай толком, не то…

– И‑и‑и‑и, – тихонько завыла Кейт, сползая на пол, словно ей подрубили ноги. – Только… только не трогай меня!

– А ты дело говори, тогда и не трону!

– Ты была в Особом Департаменте‑е… твою семью арестовывали… А вдруг у тебя… у тебя… она… эта самая…

– Ну, была я там! Они меня проверяли, если хочешь знать! И проверили, и отпустили! И нет у меня ничего, никакой «этой самой»! И сонной болезни нет тоже! Она вообще не заразная, папа мой говорит! А уж он‑то знает! И вообще, перед ним даже Особый Департамент извинился!

– М‑мало ли что извинился… – промямлила Кейти.

– Чего «мало ли»?

– А где ты вообще была? – вдруг выпалила Миддлтон.

– Как это «где»?! Была на бронепоезде, потом в лесах, потом меня егеря подобрали…

У Кейт забегали глаза.

– П‑послушай, Моллинэр… а… а ты… ты и варваров небось видела?

Молли сощурилась. Кажется, это был её шанс слегка сбить спесь с любительницы великосветского гламура.

– Ну, видела! Чего их не видеть‑то? И с бронепоезда видела, и когда с отрядом ходила!..

– А… а какие они? – с неожиданной жадностью спросила вдруг Кейти.

Она по‑прежнему сидела под подоконником, но уже не съёживалась. И видно было, что «они» её занимают, весьма и весьма.