Молодая мама

Глава 2

Глава 2

Я смотрела на телефон, только чтобы узнать время — оно неумолимо бежало вперед, а тот, кто понимался, далеко не Глеб. Я как ненормальная подскакивала с места и заглядывала в лифт, намереваясь увидеть парня. На меня даже стали странно поглядывать его соседи, но молча уходили к себе в квартиру. Было очень неудобно. Особенно сидеть на холодном пороге. Когда пятая точка уже болела, я накручивала круги, то поднимаясь по лестнице, то спускаясь к его двери. Смотрела в окно, наблюдала, как молодые мамочки гуляли со своими детьми. Но больше всего меня тронула картина, как папа пытался справляться с двумя малышами. Он умело держал их за руки и помогал подняться по ступенькам на горку и тут же бежал их страховать, когда они скатывались вниз. И у него выходило это так легко, будто и не создавало труда.

Глеб будет таким же папочкой. Уверена. Я видела, как он мило улыбался, когда видел детей. И мы пару раз говорили о наших, но я всегда отшучивалась. Нужно было вначале получить образование и только после этого думать о свадьбе и детях.

Но сейчас моя беременность сломала все наши планы. И больше всего я волновалась из-за реакции Глеба. И от того, что он решил меня бросить. Потому что никаких больших скандалов у нас не было. И проблемы, которые он видел, даже не от меня зависели.

За окном стало темнеть, но не из-за того, что я просидела в подъезде до вечера. А из-за туч. Значит, Глеб скоро вернется. И мы сможем поговорить. Если они поехали на озеро или на пруд, то под дождем не останутся.

Я разблокировала экран и успела только посмотреть, что уже почти половина шестого, и он отключился. Все. Теперь я без связи. И уйти страшно, вдруг я только отлучусь, как приедет Глеб? И мы не сможем поговорить. Или…

Черт, я даже думать не хотела ни о чем плохом. Сейчас придет Глеб, я с ним поздороваюсь, мы поговорим и все будет хорошо. Я скажу ему: «Милый, нам нужно поговорить. Давай пройдем в кухню». Сделаю ему чай или кофе и признаюсь, что беременная. Он, конечно же, начнет меня кружить на руках, целовать и звать замуж. Он же любит меня. Я знаю это. Хоть и в тайне от моих родителей, но для всех мы пара. И уже приличное время.

Я вернулась на ступеньки и подложила под попу сумку.

За окном потемнело сильно, дождь тихо забарабанил по стеклу. Кабина лифта вновь оживилась и стала спускаться вниз. Я прислушалась, но услышала только смешки, и разобрать по голосам, кто там внизу — было нереально. Мне было страшно, что это Глеб, и в тот же момент хотелось, чтобы он поскорее пришел.

И стоило открыться кабине, я вышла из своего укрытия и посмотрела.

Там стоял Глеб с какой-то незнакомкой и что-то ей говорил. Кто она? Матвей и Семен заметили меня и сразу толкнули друга.

— Есь, привет, — в один голос поздоровались они, а я лишь кивнула, продолжая стоять в шоке.

Глеб перевел на меня взгляд и нахмурился:

— А ты что тут делаешь?

Я даже ответить не смогла. Тот план, который я рисовала себе в голове, рушился на глазах. И я не понимала, как реагировать. Ругаться, плакать или все же рассказать ему о моем положении.

— Что это? — оправившись от шока, еще онемевшими губами спросила его.

Глеб вышел из лифта, не обращал внимания на девушку, а лишь испепелял взглядом меня:

— Мат, открой хату, — он кинул ключи другу и сделал шаг ко мне.

Глеб не позвал меня домой. И не послал друзей ради меня. Он лишь подошел ко мне такой злой, что я даже сделала шаг назад. Он никогда не смотрел на меня так, всегда обнимал и говорил, что я самая лучшая, не такая как все!

И я думала…

— Глеб, — выдохнула. Он у меня вспыльчивый. — Давай не будем ругаться, — я хотела его обнять, но он меня оттолкнул.

— Ты мне не нужна. Скажи, что непонятного я сказал по телефону?

Меня будто ледяной водой окатили. Он поднял на меня руку? Хоть и не ударил, но толкнул. Меня… За что? За то, что хотела обнять? Поцеловать?

— Что с тобой? — обхватила себя руками, резко стало так холодно, сильнее, чем в зимнюю стужу.

Будто сейчас и не лето…

— Со мной? Знаешь, что? Иди туда, откуда пришла. Я больше не хочу с тобой даже говорить. Мне противно. Правильная такая, слушаешься маму и папу… Вот и беги к ним.

Он стал разворачиваться, желая уйти, но я схватила его за руку, которую он сразу же выдернул. От такой силы меня оттолкнуло к стене. А он лишь усмехнулся.

— Ты не можешь со мной так поступить, Глеб, — повысила голос, еле сдерживая эмоции.

Я больно ударилась локтем, глаза жгло от подступивших слез. Но я старалась дышать глубже, чтобы позорно не разреветься перед ним.

— Уйди, — брезгливо произнес он и даже не посмотрел на меня.

Злость резко сменилась слабостью.

— Я беременна, — сквозь зубы проговорила.

Он остановился и посмотрел на меня. В глазах что-то непонятное. Страх, смятение, злость? Сложно понять, когда у самой внутри почти агония.

— Не позорься. Исчезни из моей жизни.

Он вошел в квартиру и закрыл дверь.

Глеб не поверил? Он решил, что я просто пыталась его удержать?

Нужно было завтра прийти с утра. Чтобы без всех нормально все обсудить. А так он, понятное дело, на взводе. Еще и про беременность ляпнула.

Моя злость на него так быстро испарилась, стоило только все разложить по полочкам и понять, почему Глеб так отреагировал.

Глупая. Вот я глупая!

Я вызвала лифт, и створки тут же только распахнулись… как и дверь квартиры Глеба. Он вышел ко мне:

— Вот деньги на аборт. Мне ничего от тебя не нужно, — брезгливо и слишком грубо сказал и сунул мне купюры в руки, резко развернулся и опять захлопнул дверь за собой, так что даже стекла задребезжали в подъезде.

Аборт? Он серьезно?

Я продолжала пялиться на массивную железную дверь, переваривая его слова.

— Мне что… На что? — растерянно посмотрела вниз, деньги жгли руку, хотелось быстрее от них избавиться.