Молодой и дерзкий для разведенной

Глава 5 Отравленные связи

Адриан уже хочет нажать кнопку, чтобы остановить этот процесс. Я уверена, он так и поступит. Шагнет наружу.

Поэтому не отдаю себе отчета и говорю:

— Я тебе не одна из твоих девочек, которые готовы броситься к тебе в штаны.

Я резко разворачиваюсь и иду к двери.

— Да… Ты совсем не такая, — задумчиво цокает Адриан. — До встречи.

Слова на его губах звучат как угроза. Как обещание.

Лифт увозит его.

Я захожу в квартиру и прижимаюсь к холодной стене, пытаясь унять дрожь в коленях. В ушах стучит кровь, смешиваясь с эхом его последних слов.

«До встречи…»

Перед глазами всплывает его взгляд. Наглый, оценивающий. Как будто он читал меня, видел каждую мою постыдную мысль и запретную фантазию.

Мои пальцы непроизвольно тянутся к талии, где еще пылает след от его прикосновения. И я ненавижу это предательское тепло, которое разливается по животу и уходит вниз.

В руке вибрирует телефон. Богдан пишет, чтобы не забыла об ужине.

А я понимаю, что для Адриана это только начало. Он слишком настойчивый и будет делать все без спроса.

Я отбрасываю телефон на тумбочку. Прижимаю ладони к горящим щекам.

Что со мной? Я взрослая женщина, мама, а такие горячие реакции выбивают почву из-под ног.

Я вижу Адриана еще несколько раз. Но между нами приличное расстояние и другие люди, чтобы он позволил себе очередную дерзость в мой адрес.

В выходные Богдан не сдерживает обещание и мне приходится объяснять Виолетте, что папа слишком много работает.

Я стискиваю зубы, чтобы выдать ребенку очередную ложь за правду. Не знаю, в каком котле я буду гореть за то, что постоянно лгу дочке и что она живет в семье, которой нет, но знаю наверняка: в соседнем котле будет гореть Богдан.

Когда укладываю дочку спать, звонит мама. Долго смотрю на экран, знаю, что она хочет, но мне совсем не хочется с ней снова говорить. Вздохнув, принимаю звонок.

— Кристина, ты почему не берешь трубку? — врывается мамин голос в тишину.

— Я Виолетту укладывала.

— Как она? Как ей в садике? А Богдан как? Вы помирились? — как пулемет, мама задает вопросы.

— Ма-а-ам, — тяну я. — Не нужно про него, а? Ты прекрасно знаешь, — мой голос надламывается.

— Ты что, до сих пор не простила его?! — перебивает она. И в мамином голосе я отчетливо слышу нотки недовольства. — Как ты так можешь?!

— Это ты как можешь мне говорить простить его измены?! — взрываюсь я. — Это ты настояла на браке!

Я не сразу ответила Богдану на его предложение руки и сердца. Это сделала за меня мама, когда он пришёл к нам домой за ответом. Решила за меня.

Я попала в ловушку между ними. Я даже своей жизнью не успела пожить, она передала меня ему.

— Еще меня обвини в этом! — вспыхивает мама, но я уже прям вижу, как она прикладывает ладонь к сердцу и сейчас начнет причитать, что я заставляю ее волноваться, а у нее сердце… — Кристина, он видный мужчина! Такого мужика нужно держать при себе, а ты недоглядела.

— Мама, — предостерегающе говорю я. — Он. Мне. Изменил.

— Что «мама»? Ты меня сделала виноватой в вашем браке? Да ты посмотри, в каком доме живешь! На какой машине ездишь! А о Виолетте ты подумала? Как она страдает, видя все это между вами!

Дочь ничего не знает, но в чем-то мама права: эмоционально она чувствует напряжение между нами с Богданом. И видит, что мы даже спим отдельно.

— Ты сведешь меня в могилу, — шепчет мама. — Тебе же Богдан все покупает, обеспечивает вас. Еще и мои лечебные процедуры оплачивает. А мне они нужны.

— Я знаю.

— Тогда возьми себя в руки! И подумай! Если не обо мне, так о дочери…

Я закусываю губу, сдерживая слезы. И молча выслушиваю о том, что нельзя запускать лечение.

В этом мама тоже права. И жестокая правда в том, что если бы не Богдан, его деньги и знакомства, мама бы чувствовала себя иначе, а от таблеток счета были бы не меньше.

Бывший муж возвращается только вечером в воскресенье, проведя все выходные в загородном доме. Мне даже спрашивать не нужно. Я и без этого знаю, как он там «работал» и с кем. И даже могу предположить, сколько раз.

Его одежда насквозь пропахла женскими духами.

— Ужин есть? — он останавливается напротив меня.

Замечаю на его шее отметину. Красную, длинную — царапина.

— Тебя не покормили? Твои шлюхи не умеют готовить?

— Забыла, с кем разговариваешь?! Кристина, я, черт возьми, домой приехал и хочу нормально пожрать! — взрывается он.

Обхожу мужа, застывшего посередине кухни. Достаю противень с запеченным мясом и молча ставлю на стол.

— Жри.

— Дрянь!

— От кобеля слышу.