Молодые волшебники

Глава 1 - Экскурсия

Александру Розенбергу,

Анастасии Корневой,

И всем неунывающим рыжим посвящаем.

Авторы

Эта история началась с простой школьной экскурсии, выпавшей на начало лета. Жёлтый, длинный и немного пузатый автобус с табличкой «осторожно, дети!» подкатил к пещерам и высадил десант из школьников возле манящего тёмного зева. Толпа одноклассников тут же ломанулась в прохладу пещер, изнемогая от начинающейся жары на улице и поминая едва работающий кондиционер в самом транспорте.

– Ну жара! – жаловались девочки.

– Да я чуть не сдох! – делились мальчики.

Топотом многочисленных ног перебило волшебное эхо гротов и расщелин. Голоса «7-Б», «7-А» и «7-В» классов стойко досаждали трём учительницам, инструктору-проводнику и друг другу с эффектом повторяющегося звучания. От чего у Ирины Сергеевны, ответственной за «7-Б» поднялось давление, и она схватилась за виски.

– Так, давайте потише, – сказала она, но это было бесполезно. Школьники разогрелись и ещё не скоро остынут, и придут в себя.

Экскурсия в пещеры с классом – занятие на любителя. Но раз родительский совет решил развлечь ребят, то ничего не попишешь. Езжайте и терпите, сказали. Каждый по отдельности – золото, а не ребёнок. Просто вместе очень шумные. Но так будет на любой экскурсии, хоть в поле их вывози или в лес. Кричать на берёзы.

Григорий Карасёв никак не унимался, толкая голубоглазую девчонку то плечом в спину, то руками в бок.

– Ташкина, ты дочь стекольщика, что ли? – напирал он. – Ну-ка растворилась быстро! Мне не видно торчащих камней!

– Пока мы смотрим лишь на учительницу, – ответила Настя Ташкина.

– Мне всё равно не видно! – упёрся рогом он.

Всё, что угодно, лишь бы зазнайка в себя пришла и, наконец, позволила посмотреть эти пещерные красоты, о которых талдычили в автобусе. Вроде не толстая. Даже тощая глиста. Ветром сдувать должно. Но не пошевелится. А всё потому что упорная и упрямая, даже когда совсем не надо. Вот и сейчас что ей мешает отойти?

– Ты подрасти сначала, потом внимания требуй к своей особе, – ответила Настенька и добавила через губу. – Мелочь пузатая!

«Вот ведь твердолобая», – подумал рыжий сорвиголова. «Не отойдёт, не уступит. А потом вечно списать просит».

– Уйди, говорю! – твердил он.

Но однокласснице до низкорослого почитателя не было никакого дела. Ещё не хватало обращать внимания на каждого мальчика в школе, который хочет добиться её внимания!

«Ладно бы блондины в друзья набивались. Ну или хотя бы чернявые. Но рыжие? Фу»! – подумала девочка, у которой были свои предпочтения и вкусы по жизни.

– Мало того, что рыжий, ещё и низкий, – тут же добавила блондинка вслух. – Не везёт же некоторым. Да, Карасёв?

– А я что поделаю? – справедливо возмутился рыжий и повторил запрос. – Мне не видно! Уйди!

– А от меня ты что хочешь? Чтобы за уши тебя вытянула и моментально подрос? – хмыкнула девочка и упёрла руки в боки. – Знаешь, что? Все вопросы к родителям! Я не при делах. А не хочешь расти, так страдай молча.

С обзором Карасёву не везло. Никто из одноклассников не желал уступать место поближе к учительнице. Состраданием в средних классах и не пахло. Зато пахло мятной жвачкой от Настеньки, что только больше бесило Жору, который за время в пути проголодался.

«Постоянно достаёт где-то еду и жуёт-жуёт-жует»! – раздумывал сорвиголова, готовый измазать одноклассницу в грязи, чтобы перестала красоваться перед остальными.

Жору Карасёва всегда ставили в конец линейки на физкультуре. Замыкающим. Хотя бегал он на зависть многим, проявляя гиперактивность на деле.

«Я должен был вести за собой в пещеры всех этих дохлых рахитов», – считал подросток: «Но зазевался у автобуса и всё – последний».

В силу наличия шила по известному адресату, одноклассник справедливо возмущался:

– Ну дайте же посмотреть! Что там говорят? – не унимался он. – Эй вы, впереди! Хоть передавайте слова! Таша! Слышишь? Кому говорю? От тебя хоть какая-то польза должна быть в классе!

– С чего вдруг?

– Предпоследняя стоишь, дылда ты бестолковая. Так помогай последнему.

– Что я тебе, сломанный телефон? – буркнула Настенька и добавила победно. – Не мельтеши, продует… мелкий.

Осознав горькую истину, что придётся прыгать всю экскурсию, чтобы хоть что-то увидеть, Жора отступил.

Никаких сил не хватит. Ещё и ноги оттопчет. Сначала он, потом ему.

«Тут мне за прыжки в высоту пятёрок точно не наставят», – прикинул Карасёв, мечтая только о перекусе.

Но в пещере не было ни одного ларька. Не дотянулась ещё цивилизация.

– Таша-а-а! Ну чего тебе стоит? – взмолился рыжий.

– Мне лень, Карась. Сам отойди, – отмахнулась Ташкина. – И желательно на улицу. Не мешай экскурсии… малявка.

Она была на полголовы выше одноклассника и прекрасно видела учительницу. Но из-за шума, поднятого толпой, и пещерного многоголосого эха, тоже не могла разобрать ни слова. Это как смотреть на рыбу, рот которой просто открывается, но речи нет. Можно додумать, конечно. Но толку мало. Сталактиты и сталагмиты сами о себе не расскажут.

Вокруг стоял гвалт. Инструктор по технике безопасности стоял неподалёку, что-то показывая учительницам. Но ничего не разобрать самим детям. Слишком большая группа устремилась в пещеру, чтобы всем было комфортно.

А классная руководительница что? Известно, что! Ирина Сергеевна лишь разводит руками, ожидая, пока все успокоятся. Сама учительница ещё в автобусе голос сорвала и теперь могла только жестикулировать. Выразительно, но не информативно.

«С другой стороны, в пещере кричать нельзя. Сталактиты обрушатся. Или они сталагмиты? Кто, вообще, эту чушь запоминает без интернета»? – подумала Настенька, сочувствуя по паре секунд то учительнице, то рыжему недомерку, то себе из-за тоскливой экскурсии и загубленных выходных. Лучше бы дома сидела, музыку слушала.