Молохи. Ключ первый

Глава 4

***

- Сказал же, отменяй! – зажав сотовый между ухом и плечом, Пашка копался в сумке в поисках свежевыстиранной футболки-поло, - Ванёк, расторгай договор! И пусть орут, пусть неустойка, заплатим… Приеду – объясню!

Что именно он объяснит, Пашка ещё не решил. Хотя впереди пара часов пути. За это время он успеет придумать вескую причину сгоревшего контракта на поставку. К примеру, неплатёжеспособность заказчика. А в том, что это не проверили заранее, пусть директор с финансовым отделом разбирается. Пашка был уверен, что выкрутится. Не впервой.

Ночью старуха так и не явилась. Объёмной тени с разноцветными глазами тоже не было. Стало быть, ему удалось избавиться от Варвары. Спал Пашка крепко, без снов, выстрелом не разбудишь. Мать растолкала его, когда солнце уже вовсю светило над горизонтом.

Деревня стояла Пашке поперёк горла. До жути хотелось вернуться обратно – в шумный город. Он скучал по своей невзрачной квартирке, по километровым пробкам, по очередям в магазинах и по возможности обходиться лишь карточкой, а не таскать в карманах кучу мелочи наличкой.

- Мам-пап-я-поехал! – распрощавшись с родителями на крыльце, Пашка опрометью кинулся со двора.

Всего час езды, и он опять будет в своей стихии. Совсем новенький, купленный пару месяцев назад белоснежный БМВ, смиренно дожидался его на улице, чуть дальше от калитки родного дома. Пашка распахнул дверцу и устроился на водительском сидении.

Любовно погладил панель, смахивая несуществующие пылинки. Провернул ключ в зажигании, плавно снял с ручника и резко дал заднюю. Покой сонной улочки разорвал пронзительный визг. Машина дёрнулась и подпрыгнула одновременно с сердцем водителя.

Заглушив мотор, Пашка нервно уставился в зеркало заднего вида. Чтоб ему провалиться! Не было ж позади никого! Влажные ладони соскользнули с кожаной оплётки руля. Ноги одеревенели. Так на полусогнутых он обогнул автомобиль и заглянул под задний бампер.

Среди редких пучков травы и мелкого гравия взгляд выхватил чёрную кляксу. Часто дыша, Барбос пытался подняться. Подёргивался, но так и продолжал лежать пластом. Задние лапы висели безжизненными плетями.

Пашка брезгливо поморщился. Под машиной наверняка дрых, вот и поплатился. Садовая улочка пустовала. Потоптавшись, Пашка вернулся за руль, и белоснежный БМВ, шелестя колёсами, выехал на дорогу. В зеркале заднего вида мелькнул силуэт Барбоса. Кот ещё шевелился.

Хмыкнув, Пашка переключил рычаг скоростей на вторую. Сдохнет всё равно, ветеринара в деревне не водилось. А ближайшая ветклиника далеко – в городе. Блохастый бы не дотянул.

***

Неустойку заказчику было решено выплачивать из зарплат сотрудников. Пашке тоже досталось. В ближайший месяц придётся затянуть пояс, но его это не волновало.

Рабочий день подходил к концу. Июньское солнце скрылось за грозовыми облаками, когда Пашка выходил из офиса. Вопреки резко меняющейся погоде ему хотелось пройтись. Домой не тянуло. В памяти ещё слишком свежо было пятно на стене. Возможно, он даже обои переклеит, чтобы поскорее забыть историю со старухой.

Недолго думая, Пашка завернул в ближайший парк. Столетние дубы важно поскрипывали массивными ветвями и перешёптывались листвой. Миновав мостик через ручей, Пашка направился к ротонде – белым пиком она торчала посреди поляны.

Дошёл вовремя. Едва ступил под округлый свод, зашелестел дождь. Воздух пропитался озоном. Вдохнув полной грудью, Пашка присел на лавочку под куполом. В кармане джинсов так не вовремя завибрировал телефон. Звонила мать.

- Ох, Пашка… - редко у Алевтины Андреевны был такой бесцветный голос, - с Барбосом беда. Носятся здесь по дорогам как угорелые, раньше такого не было! Сбили кота, у калитки прям! – из трубки послышался всхлип, - мучился как Варвара, упокой Господь её душу. Утром нашли, а дух испустил только полчаса назад.

- Ум… - Пашка буркнул что-то невразумительное, - да не переживай, ма. Мало ли котов на деревне! Расспросите, у кого недавно кошка окотилась, и возьмите мелкого.

- Твоя правда, - Алевтина тяжело вздохнула, - но попервой нужно Барбоса схоронить, а отец в сарае лопату никак не сыщет!

И не сыщет. Пашка впопыхах умудрился забыть её у могилки Варвары.

- Надо бы Варьке свечку за упокой поставить, - похоже, мать ударилась в воспоминания, - а то не поминает старую никто… Вот соберусь в город, так в храм зайду. Платок бы не забыть…

- Ма, зачем в город, - Пашка потянулся, закинув руку на изогнутую спинку лавки, - в деревне ж имеется церквушка.

- Да были времена, - хмыкнула Алевтина, - лет пять уж расхищена и заброшена, с той поры как батюшку Иннокентия схоронили. Не хочет никто ему на смену в такую глушь приезжать. Ну, побегу я, Паш. Отцу допомочь.

Пашка пялился невидящим взором в потухший экран мобильного, пока рядом не скрипнула деревянная седушка. Боковое зрение выхватило мужской силуэт в чёрном. Видать, не один он захотел укрыться от ненастья.

Очередным вдохом пришлось давиться. Терпкий свежий запах дождя перебил другой - сточной канавы.

- Трубу прорвало, что ли? – не обращаясь ни к кому конкретному, Пашка брезгливо цокнул, - От чего тут воняет?

- От вас.

Пашка поражённо обернулся на смутно знакомый голос. Святой отец, которому он исповедовался в деревенской глуши, и которого, по словам матери, быть там не могло, сидел рядом.

Сбитый с толку, Пашка украдкой принюхался к футболке. Ткань благоухала кондиционером для белья и цитрусовым парфюмом. Чистая она, только сегодня надел.

- Почему вы здесь? – приосанившись, Пашка одёрнул воротник.

- Потому что вы здесь.

Пашка непонимающе уставился на странного собеседника. Лишь теперь, при свете дня, он хорошо разглядел его лицо. И глаза, в которых словно перемешались небо и земля.

- Вам удобно?

Губы Пашки затряслись.

- Ч-что именно?

- Так жить. Полагать, что простят все грехи, стоит только покаяться в содеянном. Но покаяться – не значит обрести понимание. Поэтому, исповедавшись, люди совершают одни и те же ошибки вновь и вновь. Расплату за них никто не возьмёт на себя. Большинство осознаёт эту простую истину слишком поздно…