Молоко и мёд

Глава 2

Эмилия

Они не мои родители.
Не мои родители!

— Пожалуйста, Эми… не плачь, — тихо сказала Женя, моя соседка по комнате, осторожно гладя меня по плечу.

— Они не придут… — прошептала я, лежа на кровати. Слёзы катились по моим щекам, будто не собирались останавливаться.

— Тогда останешься у меня на выходные, — предложила Сарина.

— Нет, — покачала я головой. — Поеду к бабушке. Она должна мне всё объяснить. Я обязана узнать правду.

Я поднялась, вытерла лицо, и мы с девочками вышли из комнаты.

— Я голодна как волк, — протянула Сарина.

Мы были одеты в одинаковую форму: голубые футболки и чёрные джинсы. Так ходили все девочки. Парни тоже учились здесь, но им запрещалось подниматься на наш этаж.

Мы зашли в столовую и сели за свой стол в левом углу. Подруги обсуждали обед, как будто это был главный вопрос дня.

— Если снова дадут макароны, я этих поваров убью, — громко пожаловалась Нора, усаживаясь со своими подружками. Их троица называла себя «Тремя пантерами» и смотрела на всех свысока.

Я подняла взгляд — и замерла. У входа стоял парень и внимательно смотрел прямо на меня.

— Кто он? — прошептала я сама себе.

Но Сарина услышала:

— Давид. Говорят, он такой богатый, что мог бы купить весь этот пансион. Но всё равно живёт здесь, как обычный ученик.

Я снова посмотрела в его сторону. В этот момент к нему прижалась какая-то девушка, обняла его за плечи — будто пометила территорию.

— Эти картошки уже надоели! Кто-нибудь принесите кетчуп! — Нора вечно вела себя как принцесса, которой служат слуги.

Я молча встала, чтобы взять себе воды, как вдруг почувствовала укол в спину.

— Тупая! Я же просила кетчуп! — выкрикнула Нора.

— Я не твоя служанка, — ответила я спокойно. — Я просто пошла за водой.

Она грубо схватила кетчуп со стола, что-то буркнула и жестом отпустила меня.

— Иди, пока я добрая.

Я ничего не сказала. Но стоило мне сделать шаг, как Нора плеснула на меня весь кетчуп — и толкнула так, что я полетела вперёд, прямо туда, где сидел тот самый парень.

Я буквально врезалась в его грудь, утыкаясь в него и заливая его белую футболку красными пятнами. Щёки загорелись огнём. Вместо того чтобы сразу встать, я по инерции посмотрела ему в глаза.

— Встань, — холодно сказал он. — Ты не слышишь? Я сказал — встань!

*Какой грубый парень*, — пронеслось в голове.

Я поднялась. Его футболка была испорчена полностью.

— Простите… я не сама упала…

— Неуклюжая дура, — бросил он так, будто я не девушка, а мальчишка, с которым он дерётся на площадке. — Смотри, что натворила! И язык у тебя слишком длинный, да?

— Ты мог бы спросить у своих друзей, что случилось. Они всё видели. А ты почему-то решил орать на меня, — сказала я, удерживая голос ровным. — Я тут ни при чём.

— Ещё раз откроешь рот — я за себя не ручаюсь, — прорычал он. Богатый, наглый… и, как говорили девчонки, живёт здесь, как все.

— Я сказала, что это не я, — повторила я. — И мне не нравится, когда на меня вешают чужую вину.

Он резко снял футболку. Девушки вокруг ахнули — слишком откровенно. Он даже не обратил внимания. Просто сунул мне вещь в руки.

— Постираешь. Чтобы завтра не было ни единого пятна. Завтра увидимся, неуклюжая. И не вздумай пропускать занятия.

Я хотела сказать «нет», но, увидев его тяжёлый взгляд, поняла, что слова застряли в горле.

Он развернулся и вышел, а я стояла с его тёплой футболкой в руках. Все запахи столовой смешивались, но только один я почувствовала отчётливо — его аромат. Дикий. Сильный. Такой же, как он сам.