Молоко и мёд

Глава 5

Эмилия

Час спустя нас отпустили, и я пообещала учительнице, что подобное больше не повторится.

— Надеюсь, Эмилия, твоим родителям я не скажу, но если снова нарушишь — придётся. Теперь иди в столовую, твои подруги тебя ждут.

Они больше не мои… не мои родители.

Я направилась в столовую и увидела, как мои девочки сидят и ждут меня.

— Значит, Давид — интересный парень? — улыбнулась Женя.

— Он совсем неинтересный, — конечно, солгала я. — Грубый и жестокий. — Не стану утверждать, что его поцелуи — искусство, а губы — пламя, пожирающее мои. — Держаться от него подальше — вот что нужно.

Когда мы возвращались к своим комнатам, я случайно подслушала разговор. Рядом с Давидом стоял один парень.

— Давид, ты её нашёл?

— Нет. Куда могла деться сиротка? Рано или поздно я её найду. Информация точная — она здесь.

Мы уже подходили к двери нашей комнаты, когда Женя сказала:

— Завтра, кажется, нас отпускают. Мы расстанемся на два дня, подруги. Это день прощания. Только не забудьте мне позвонить.

— Конечно, Женя, — ответила Сарина. — Не забудем.

— Я буду скучать, ребята, — сказала я, обнимая их. — У меня ужасно болит голова.

Едва мы вошли в комнату, как раздался стук. Я открыла дверь — и увидела ту самую девушку, что вчера выбросила футболку.

— Тебя ждут, — сказала она с презрением. — Если не хочешь проблем с подругами, спустись туда, где вчера Давид заставил тебя стирать его вещи под дождём.

Она ушла. Подруги смотрели на меня в недоумении.

— Ты нас обманула? — обиженно спросила Сарина.

— Я не хотела, чтобы вы волновались… Это не обман, просто… я боялась, что вы решите, будто я слабая.

— Знаешь что? — Сарина встала. — Мы спустимся вместе. Покажем этому дьяволу, кто здесь ангел.

Я согласилась.

Спускаясь к тому месту, где вчера Давид поцеловал меня, я думала: если он снова попробует — ударю. Вряд ли, конечно… но я не одна.

Когда я увидела толпу парней, рот сам приоткрылся от удивления.

— Хорошо, что ты с нами, — прошептала Женя. — Я же говорила: если парни собираются, ничего хорошего не жди.

— Не говорила, — буркнула Сарина. — Но защищать тебя всё равно придётся.

Я подумала: откуда девушка узнала, что вчера было?

— Пришла и не одна, — сказал кто-то. — Значит, правда была на улице? Тебя разве не наказали?

Почему? Почему все против меня?

— Давид, твоя зверушка здесь! — кто-то выкрикнул. — Надо её наказать.

Я увидела Давида — и учительницу, которая уже зашла внутрь и всё слышала.

— Эмилия, ты снова нарушала правила? — спросила она. Я опустила голову. — Завтра ты остаёшься здесь.

— Пожалуйста, миссис… Я должна поехать к бабушке. Я вас прошу… Я приму любое наказание.

За то, что верила красивому монстру.

— Нельзя её отпускать, — бросил Давид. — Сбежит, и наказания не будет.

Я усмехнулась.

— Куда? Я не богатая, как ты. У меня здесь только бабушка…

— Нет, Эмилия. Завтра ты не поедешь. А теперь — все наверх, и чтобы я не слышала ни звука.

— Какой кошмар! — сказала Женя. — Он полный урод!

Мы лежали в постели, но я не могла уснуть. Мне нужно было знать, почему он так делает.
Я пошла к другой лестнице и начала читать имена парней на дверях. У девушек тоже есть такой список.

На одной из дверей увидела имя зверя — и постучала.

Дверь открыли, и я увидела Давида… и его девушку в комнате. Чем они занимались — знать не хочу. Не моё дело.

Он увидел меня, что-то сказал девушке и вышел.

— Я поражена, Эмилия, какая ты смелая, — усмехнулся он. — Тебя стоит похвалить.

— Хвалить стоит чудовище, — я подняла руку и ударила его по лицу. — Не смей прикасаться ко мне, причинять боль и смотреть так! Оставь меня в покое!

Голос становился громче, но мне было всё равно. Давид приблизился, и я отступала… но он схватил меня за талию и притянул так близко, что я едва дышала.

— За что ты так со мной? — прошептала я. — Чего ты хочешь? Из-за тебя я не поеду к бабушке. Хочешь ударить? Давай. Только всех позови, как вчера, когда я стирала твою одежду.

— Как я уберу руки, если не хочу этого делать? — Его губы были в дыхании от моих. — С тех пор как я тебя увидел, я не могу перестать думать о тебе. Я не для этого здесь. Но ты проникла в мои мысли. Разум твердит: не отпускать тебя завтра. Я хочу, чтобы ты осталась. Почему я не могу перестать думать о тебе?

Я ему нравлюсь?..

— Поэтому ты мучаешь меня? — прошептала я. — Неужели нельзя не причинять боль?

Он коснулся моих губ пальцами.

— Хочу забыть, зачем я здесь. Просто дай мне целовать тебя, Эмилия…

— Иди целуйся со своей девушкой, — холодно ответила я. — Делай с ней что хочешь.

Он не отпустил. Вместо этого втянул меня в тот самый чулан.

— Отпусти, Давид! — я пыталась открыть дверь. — Открой!

В темноте мы начали бороться. Я хотела ударить его, но упала на него. Мы лежали на холодном полу, сплетённые в хаосе. Его пальцы коснулись моих губ, потом волос… и он притянул меня так близко, что наши тела слились.

— Хочу целовать тебя… только тебя чувствовать… Любить тебя чаще, сильнее, глубже. Люблю тебя, Эмилия.

Он снова играет.

— Не будет финала в твоей игре, Давид. Я в неё не играю.

Но спустя минуту его губы снова нашли мои. Он целовал меня жадно, глубоко, впиваясь так, будто в этом был весь смысл его существования. Я ответила. Я тонула в нём, в его дыхании, тепле, силе. Он целовал мою шею, будто хотел заполнить собой каждую клетку моего тела.