Молот и меч

Глава 37-38

Глава 37

            Рудоакр  выслушал  рассказ  Эрдубаса  молча. Он  не  кричал  и  не   ругался,   как  того  ожидал  молодой  бастарн,  но  видно  было,  что  внутри  его  клокочет  вулкан  ярости.  Его  грубое  лицо  покрылось  пятнами,  а  костяшки  сжатых  кулаков  побелели  от  напряжения.  Рудоакр  с  шумом  выдохнул  и  с  едва  скрываемой  злостью  сказал  Эрдубасу:

- Я  дал  тебе  сто  лучших  моих  воинов   и  половина  из  них  не  вернулась.  Где  были  твои  бастарны,  почему  ты  не  взял  их  с  собой?  Или  они  способны  воевать  только  с  женщинами  и  стариками? 

- Я  думал,  что  хватит  твоей  сотни.    Не  думал,  что  рокосы  сумеют  так  подготовиться.

- Думал,  не  думал… мальчишка.  Если  бы  ты  не  был  сыном  моей  сестры,  твоя  голова  уже  красовалась  бы  у  моего  шатра,  одетая   на  березовый  кол.  А  ты  не  подумал,  что  рокосами  руководит  офицер  римской  армии,  да  еще  имеющий  опыт  войны  в  наших  лесах.

- Да  какой  офицер!  Центурион – это  всего  лишь  командир  сотни.

-  Иной  командир  сотни  стоит  полководца.  Во  сколько  мне  обошлась  твоя  поездка  в  Рим  два  года  назад,  ты  не  задумывался?  Вместо  того,  чтобы  изучать  военные  и  другие  науки,  кутил  с  продажными  девками…  Почему  не  провел  разведку,  прежде  чем  нападать?

- Этот – Эрдубас  показал  на  сидевшего  в  стороне  колдуна – ушел  в  деревню  и  не  вернулся.  Я  ждал  его  до  утра,  а  дальше  ты  знаешь.

Рудоакр  мрачно  посмотрел  на  Волховина,  но  ничего  не  сказал.  Эрдубас  загорячился:

- Пусть  скажет,  где  он  был  всю  ночь.  Может  это  он  предупредил  Славиуса  о  нашем  нападении?

- Глупец,  латинянин  знал  о  твоем  приближении  и  без  него.  Его  разведка  работает  не  в  пример  твоей.

Эрдубас  ненавидяще  взглянул  на  колдуна  и  только  теперь  заметил,  что  оба  глаза  у  того  набрякли,  покрытые  синевой.  Бастарн  радостно  захохотал.

- Вижу,  Славиус  тебя  встретил  дружелюбно,  Волховин!  Угостил  хорошим  тумаком!

Рудоакр  взбесился  легкомысленностью  племянника  и  заорал:

- Хватит!  - и  уже  спокойно - Завтра  жди  меня  со  своим  отрядом  у  деревни  Ордогоста.  Латинянин,  конечно,  уже  увел  своих  людей,  так  что  не  строй  планы  мести.  Все,  иди.

Когда  Эрдубас  вышел  из  шатра,  колдун  подвинулся  ближе  к  низенькому  столику,  стоящему  перед  Рудоакром.  Положив  в  рот  несколько  сушеных  ягод,  он  медленно  жевал  и  думал  о  своем.  

-«Пустоголовый  Эрдубас  сделал  все,  как  и  ожидалось.  Даже  разбей  он  отряд  чужестранца,  это  ничего  бы  не  дало,  потому  что  племя  уже  ушло.  Но  все  вышло  как  нельзя  лучше.  Только  Рудоакр  может  вернуть  рокосов  и  сломать  хребет  старому  Ордогосту.  Нелегко  было  втянуть  германца  в  дела  славян,  и  он  в  любую  минуту  мог  выйти  из  игры.  Теперь, когда  он  потерял  почти  пятьдесят  лучших  воинов,  сердце  его  горит  злобой  и  жаждой мести.  Надо  только  вовремя  подливать  масло в  этот  огонь.   Рудоакр  умеет  думать,  но  сейчас  его  голова  наполнилась  желчью  обиды.»

  Колдун  перестал  жевать  и  сказал  германцу:

             - Эрдубас  глуп  и  горяч,  за  ним  нужен  глаз.

- Вот  ты  и  поезжай  к  нему  и  проследи,  чтоб  не  наделал  глупостей.

- Сколько  воинов  берешь  с  собой,  Рудоакр?

- Тебя  это  не  касается,  баранья  голова.  Тебе  пора  приниматься  за  дело  всерьез.  Думаешь  чужими  руками  жар  загрести?

- Я  отправлю  людей  к  рокосам,  чтоб  сеяли  слухи,  рождающие  страх.  Но  ты  должен  спешить,  Рудоакр.  Нельзя  дать  Ордогосту  уйти  за  Данаприй[1],  там  его  след  потеряется.

- Знаю – и,  заканчивая  разговор –  ждите  меня  с  Эрдубасом  в  условленном  месте.  

- Ты  придешь  завтра?

- Я  приду,  когда  посчитаю  нужным.  Когда  закончу  другие  дела.

Глава 38

            Двое  суток  прошли  в  томительном  ожидании,  но  германцы  никак  не  давали  о  себе  знать.  Утром  третьего  дня  Славиус  отдал  приказ  построить  дружину.  Обоз,  по  его  расчетам,  прошел  половину  пути,  и  теперь  нужно  было  торопиться. 

Неполная  сотня,  три  турмы,  получившие  боевое  крещение,  застыли  в  строю  перед  своим  воеводой.  Молодые  и  зрелые  мужики,  вчера  оторванные  от  сохи,  стали  воинами,  узнали  вкус  победы.  Многие  из  них  считали,  что  нужно  идти  искать  встречи  германцам  и  окончательно  разбить  тех.  Но  о  том,  чтобы  высказать  свое  мнение  воеводе,  не  могло  быть  и  речи.  Славиус  с  первого  дня  ввел  строжайшую  дисциплину,  и  его  слово  имело  силу  закона.  По  его   знаку  Здравен  отдал  команду,  и  первая  турма  начала  движение.  С  флангов  и  с  тыла  отряд  сопровождали  конные  дозорные.

            Это  не  было  бегство  или  отступление,  а  операция  прикрытия,  задачей  которой  было  не  подпустить  врага  к  обозу  рокосов.  Германцы  следовали  за  дружиной  в  некотором  отдалении.  Дозорные  докладывали   воеводе  обо  всех  действиях  неприятеля,  и  Славиус  сделал  вывод,  что  Рудоакр  разгадал  его  планы.  Германцы  понесли  большие  потери  и,  скорее  всего,  собирали  подкрепление.  В  бою  у  деревни  Славиус  ясно  видел  Эрдубаса,  но  среди  убитых  не  было  бастарнов.  Теперь  же  воинство  Эрдубаса  должно  влиться  в  ряды  германцев.  Рудоакр  не  будет  спешить,  ведь  рано  или  поздно,  преследуемый  отряд  выведет  его  на  основной  обоз.  Дружина  рокосов  представляла  реальную  силу,  в  чем  он  лично  убедился.  Но  он  рассчитывает,  что   в  непосредственной  близости  от  родичей,  когда  тревога  гражданской  части  племени  передастся  воинам,  они  потеряют  твердость  духа.  Скорее  всего,    Эрдубаса  со  своими  разбойниками  встретится  с  германцами  в  заранее  намеченном  месте.