Молот Исчадий: Тёмный орден

Глава 13: Матёрый волк

—Да — коротко ответил Клиффорд — а затем развернулся, и указал головой в сторону Мии и Эллизы, стоявших на мосту, и обнимавших друг друга.
—Надо думать — предположил купец — затем, чтобы подкупить стражников?
—А ты догадливый — ответил Клиффорд — ну, хватит разговоров. Давай золото… И не бойся, всё я у тебя не отниму, мне нужно ровно столько, чтобы мать и дочь смогли покинуть город.
—Хм… — купец задумался — по-хорошему, было бы неплохо доложить страже о грабеже, чтобы тебя бросили в темницу, а затем вздернули — но… Я как отец двоих дочек, и муж своей жены, понимаю твой порыв помочь своей семье.
—Они не моя семья — ответил Клиффорд — я всего лишь помогаю им перебраться на ту сторону.
—Вот так просто? — задал вопрос купец — ни с того ни с сего, решил им помочь? Надо же, какое благородство.
—Мы с ними уже были знакомы, до того, как в городе воцарился хаос — ответил Клиффорд — но я не имею ни малейшего желания перед тобой оправдываться. Давай золото, сейчас же — тон Клиффорда повысился, а его сердитое лицо говорило о том, что он больше не намерен ждать. И если купец не отдаст ему золото по своей воли, он отнимет его у него силой.
—Ладно-ладно! — сказал купец, а затем снял мешочек с золотом со своего пояса, и передал его в руки Клиффорду — тот забрал мешочек у него из рук, отсыпал себе в руки ровно столько золота, сколько считал нужным, а остаток отдал обратно купцу.
—Хм… — задумался купец, принимая мешочек золота из рук Клиффорда — а ты и впрямь не типичный вор… Видимо, ты и впрямь хочешь помочь этим несчастным женщинам… Ладно, вот что… Я понимаю, сейчас обстановка в городе очень неспокойная, и каждый выкручивается как может… Поэтому, я не стану докладывать о тебе страже… А ты пообещай, что найдешь честную работу, и не станешь больше мутузить простых бедных людей, зарабатывающих себе на жизнь честным трудом!
—Это ты то бедный и несчастный? — ухмыльнулся Клиффорд — для твоего просветления, купец. Я являюсь членом охотничьего ордена. И еще какой-то час назад, я стоял на южных стенах, оберегая простых жителей, и твою деловитую жопу в том числе.
—А, вот оно что… — вновь удивился купец — это объясняет твой потрепанный вид, гнусный запах, и запекшуюся кровь на лице… В таком случае, прошу прощения, господин охотник… Спасибо тебе за службу… Надеюсь, ты сумеешь помочь девочке и её матери.
—Угу — ответил Клиффорд, а затем развернулся, и отправился обратно к Мие и Эллизе.
Он подошел к ним, и не став тянуть, сказал:
—Нам пора уходить отсюда — коротко сказал Клиффорд, обратясь к Эллизе.
—Было бы хорошо… — ответила Эллиза — но я не думаю, что стражники нас пропустят… Разве что, вы нашли способ с ними договориться, господин Клиффорд?
—Можно и так сказать — ответил Клиффорд, отведя взгляд от Эллизы, словно испытывая чувство стыда, за то, что ему пришлось обокрасть купца. Эллиза заметила это, задумалась, и поняла, что к чему.
—Я узнаю этот отвод взгляд — слегка заметно улыбнулась Эллиза — мой супруг, Ильмир — также делал, когда говорил не правду.
—От части, это правда — сказал Клиффорд — ведь я раздобыл золото, которое поможет нам подкупить стражников, и пройти на ту сторону.
—Надеюсь вы не делали ничего противозаконного? — смутилась Эллиза.
—Как сказать… — ответил Клиффорд, слегка замешкавшись.
—Я поняла — ответила Эллиза — если вы не хотите говорить, то я не стану настаивать… Для меня самое главное сейчас — это безопасность моей дочки.
—Совсем скоро вы оба покинете этот город — сказал Клиффорд — и уедете как можно дальше от этого кошмара. Клиффорд подошел к Мие, которая в этот момент одиноко играла с куклой, погрузившись в свои мысли. Увидев Клиффорда, её хмурое личико тут же повеселело.
—Дядя Клиффорд! — обрадовалась девочка — вы вернулись! Мы покидаем город?
—Да, девочка — ответил Клиффорд — перед тем, как мы пройдем через эти ворота — обернулся на секунду Клиффорд — я должен попросить тебя об услуге.
—Конечно, дядя Клиффорд! — сказала Мия, внимательно приготовясь слушать, что ей скажет Клиффорд.
—Как только мы покинем город — сказал Клиффорд — ты и твоя мать сядете на конскую повозку, и отправитесь в один город… Название ему — Флоренбург, там вы сможете пребывать в безопасности. Там будет новая для тебя обстановка, возможно твоя мать будет тосковать по дому — ты должна её утешить, и быть храброй, что несмотря ни на что, будешь сильной девочкой… Что скажешь?
—Хорошо — ответила Мия — не важно, куда мы поедем, самое главное, что мы будем вместе! — девочка сделала паузу — давай с нами, дядя Клиффорд! Клиффорд ничего не ответил, а лишь молча уставился на Мию, та повторила — ну давай! Пожалуйста! Мы не можем ехать без тебя, ты ведь мой друг! И мамы тоже!
—Прости, Мия — ответил Клиффорд, словно неся в себе какую-то ношу — я нужен своим друзьям, охотникам. И жителям этого города. Чем больше чудовищ я убью, тем больше людей спасу. Это мой долг.
—Они справятся без тебя, вот увидишь! — настояла на своем девочка — пожалуйста, дядя Клиффорд! Я боюсь ехать в новый город… Там ведь будет всё другое! А с тобой, нам с мамой ничего не будет страшно! — тон Мии был эмоциональным, и встревоженным, она уставилась на Клиффорда щенячьими глазками. Это не было хитрым маневром, а подлинной реакцией невинного ребёнка. Холодное сердце Клиффорда начало таять, совсем немного. Но он не подал виду, не улыбнулся, и даже не переменился в своем сердитом лице. Однако в душе, больше всего на Свете он хотел с ними уехать, начать новую жизнь, зажить как простой нормальный человек — но он не мог этого сделать. Он был членом охотничьего ордена, стражем, что берег простых людей, от тварей, что досаждали людям, пытаясь полакомиться их свежим мясом. А до того — солдатом, выполнявшим свой долг. Он до того привык до подобного образа жизни, опасного и рискового, что уже не представлял себя в роли кого-либо другого. Он поставил руку на плече девочки, а затем оскалил зубы, словно пытаясь выдавить из себя улыбку, что получилось у него не очень. Впрочем, девочка оценила жест.
—Прости, Мия — искренне сказал Клиффорд — я бы очень хотел поехать с вами… За то недолгое время, что я с тобой и твоей мамой знаком — я успел привязаться к вам, словно вы моя родня… Но я не смогу с вами поехать… Мой долг остаться в городе, и защитить его, и своих собратьев по оружию, во что бы то ни стало.
—А ты приедешь к нам? — сильно расстроилась девочка, её красивые глазки стали слезиться, вот-вот должна была выдавиться первая слезинка.
—Обещаю, приеду — ответил Клиффорд — не могу же я вас бросить одних.
—Ура! — искренне обрадовалась девочка — ура, ура! Спасибо, дядя Клиффорд, ты лучший! — девочка тут же бросилась в объятия к Клиффорду, и крепко его обняла. Тот обнял её в ответ, его нахлынули воспоминания о его былой семье, которую он утратил на войне. Это воспоминание било по нему сильнее, чем какие-либо заострённые когти чудовища, или клыки вампира, впивавшиеся в шею — всё это было ничем, по сравнению с тем, какую душевную боль он испытал, когда потерял для себя самое дорогое на Свете — семью. Вспомнив об этом, Клиффорд перестал обнимать Мию, затем встал, и промолвил — идём. Мия и Эллиза тут же двинулись за ним. Все вместе они подошли к северным воротам, к самому началу очереди. У ворот по-прежнему стояло несколько стражников, вооруженных алебардами. Их лица были на редкость довольными — ещё бы, ведь они чувствовали себя очень хорошо, получая свою долю золота от стражников, что пропускали людей через ворота за определенную плату. Стражник, с жужжащим голосом, у которого с Клиффордом случилась размолвка, по-прежнему любезно принимал золото у людей, отчаянно пытавшихся выбраться из города. К слову, звали его Ронди. И как только он увидел Клиффорда, идущего к нему на встречу, он тут же насторожился, хоть и не подал виду. Вместо этого он вновь решил показать, какой он смелый, и стал лыбиться, как идиот, светя своими полусгнившими зубами.
—Надо же, вернулся! — ухмылялся Ронди — что, мало тебе было прошлого раза, забулдыга? Я же сказал, нет проходной грамоты, значит проваливай в конец очереди, и не мельтеши тут, как комар, Беренберг тому свидетель!
Клиффорд уставился на Ронди испепеляющем взглядом. Больше всего на Свете ему в тот момент хотелось придушить Ронди, выдавить его глазницы своими руками, наслаждаясь каждой секундой страданий жалкого и ничтожного типа, по Имени Ронди — но, ещё больше он хотел помочь семье Гринбертов, а потому смолчал. И вместо споров сразу перешел к делу, достав из-под плаща тугой кошелек с золотом, и посветив им перед Ронди. Тот, увидев мешочек, сразу сказал.
—М-м… — сказал Ронди — возможно нам удастся договориться, хе-хе... Пожалуйте за мной, господин охотник. Стражник ушел из пропускного пункта, оставив после себя замену, в виде рядом стоящего стражника. Он прошел через полуоткрытые ворота, и оказался по ту сторону северных стен. Клиффорд двинулся за ним, и оказался рядом со стражником.
—Здесь нет глаз, и ушей — сказал Ронди — ну-с… Что-то там у тебя, показывай, хах…
Клиффорд вновь достал мешочек из золотом, и передал его в руки стражнику. Тот уцепился в мешочек своими латными перчатками, словно хищная птица, и резко выхватил его у Клиффорда из рук. Он нащупал содержимое мешочка, прикинул, сколько монет в нем находится.
—Вот это по-нашему! — вновь ухмыльнулся Ронди, улыбкой, присущей шакалу, который видит израненного животного, и бежит к нему на встречу, чтобы полакомиться его свежим мясом — что-ж… Золота вполне достаточно, чтобы ты, и эта твоя спутница всей твоей жизни, ха-ха — смеялся Ронди, и её мелкая досада, попали на ту сторону, и уехали отсюда как можно дальше… Таков ведь был изначальный план, верно?
—Хватит — сказал Клиффорд, его чаша терпения вот-вот бы переполнилась, если бы Ронди не заткнулся, он бы порешал гада прямо тут, на месте.
—Понял, больная тема — ухмыльнулся Ронди — да не боись ты, охотник, я же тебя просто подначиваю — смеялся Ронди, стукнув Клиффорда по левому плечу. Давайте, проходите на другую сторону, только быстраа — нарочно исказил слово Ронди, продолжая ухмыляться. Клиффорд на секунду вернулся обратно к внутренней стороне ворот, разыскал на мосту стоящих Мию и Эллизу, и провел их по ту сторону северных ворот. Ронди, убедившись, что те прошли — кивнул головой, в знак того, что сделка выполнена.
—Ну-с… — сказал Ронди — удачи на пути, значится, ха-ха! — усмехнулся стражник на последок, говоря своим противным жужжащим голоском, а затем поспешил вернуться обратно на пост, проверяя у людей подорожные грамоты.
—Как же мне хотелось замочить этого выродка — сказал Клиффорд, не сдерживаясь.
—М-да уж — поддержала Эллиза — тип на редкость неприятный… Но вот мы по ту сторону стен… Не могу поверить, что это правда… Спасибо вам большое, господин Клиффорд.
—Не стоит благодарностей — ответил Клиффорд.
—Нет, правда — настояла Эллиза — столько сколько вы сделали для нашей бедной семьи, не сделал даже собственный отец Мии… Я перед вами в неоплатном долгу.
Клиффорд кивнул головой.
—Это ещё не все — сказал Клиффорд, переведя тему — теперь нужно посадить вас на повозку, которая ведет во Флоренбург…
—Прошу вас, не надо — сказала Эллиза — вы, итак, потратили на нас очень много золота… Не могу позволить, чтобы вы потратили ещё… Я заплачу кучеру сама… У меня тут есть приданое…
—Бросьте, Эллиза — отказался Клиффорд — у меня есть золото… Я каждый день вишу на волоске от смерти, я, итак, уже ходячий мертвец… А золото в загробном Мире мне ни к чему.
Эллиза не нашла слов, чтобы ответить. Как раз в это время к северным воротам прибыла повозка, за которой сидел кучер, держа поводья, и ведя своих лошадей. Он аккуратно подъехал на обочину дороги, ведущей вдаль от города, и остановился, дав сигнал лошадям. Клиффорд тут же приблизился к кучеру.
—Во Флоренбург едете? — спросил Клиффорд, обратясь к кучеру — тот был пожилой мужчина, с седой бородой, весь в морщинах. Однако несмотря на годы, у него была ровная осанка, и солидные черты лица.
—Само собой еду — ответил кучер, не говоря ни одного лишнего слова — но не за бесплатно.
—Ясен пень — ответил Клиффорд — за бесплатно даже мул не встанет.
—Я похож на мула? — смутился кучер.
—Вы похожи на человека, которому я хочу засадить в глаз — ответил Клиффорд, не сдерживаясь — везете во Флоренбург, золото имеется. Да или нет?
—Везу — ответил кучер, осадив.
—Отлично — ответил Клиффорд, а затем обернулся в сторону Мии и Эллизы — запрыгивайте, я заплачу.
Мия и Эллиза подошли к повозке, Эллиза сразу же поднялась вверх по ступенькам, и оказалась внутри. Мия, сначала хотела сесть в повозку, но остановилась, и посмотрела в сторону Клиффорда, словно чего-то ожидая.
—Чего расстроилась? — спросил Клиффорд.
—Дядя Клиффорд, нам с мамой будет тебя не хватать! — искренне ответила девочка.
—Мне вас тоже — ответил Клиффорд, а затем слегка приобнял Мию на несколько секунд, а та в ответ крепко его обняла, её глаза намокли от грусти, которые слегка намочили плащ Клиффорда.
—Пока, Мия — сказал Клиффорд, глядя в заплаканные глаза девочки — надеюсь, скоро мы с тобой свидимся.
—Пока, дядя Клиффорд! — эмоционально ответила Мия, тут же вытерев слезки со своих маленьких глаз, пытаясь их не показывать — а затем тут же запрыгнула в повозку.
—Я надеюсь, вам есть куда ехать? — спросил Клиффорд, обратясь к Эллизе.
—Да — ответила Эллиза — во Флоренбурге моя двоюродная сестра… Характер у неё, конечно, не из лучших… Но нас с Мией она примет у себя на какое-то время… А там дальше мы уже разберемся…
—Хорошо — ответил Клиффорд, кинув головой — а затем подошел к кучеру, открыл кожаный подсумок, и нащупал там последние монеты, которые у него были. Он отдал их в руки кучеру, а тот быстро их принял, и поместил к себе в кошель.
—Ну, двинулись! — сказал кучер, тут же хлопнув поводьями, и лошади, до недавних пор стоявшие, тут же сдвинулись с места. Мия и Эллиза стали махать Клиффорду, а тот в ответ выставил ладонь, в знак прощания, и спустя время её убрал. Повозка стала отдаляться, а Мия выкрикнула Клиффорду напоследок:
—Пока, дядя Клиффорд! — кричала девочка.
—Пока, Мия — ответил Клиффорд, повысив тон. Повозка с каждой секундой отдалялась всё дальше, пока в конце концов не исчезла на горизонте. Как только Клиффорд убедился, что они благополучно уехали, он поспешил вернуться обратно в город, на помощь к своим товарищам.

***
В городе царил хаос, пылали дома, по улицам города бежали люди, которых преследовали кровожадные чудовища. Скитальцы, наблюдали за всем этим с высоты третьего этажа.
-Святой Беренберг – выразился Баринхард – в городе настоящий хаос… Простых бедных людей рвут на части, улицы города усеяны трупами, а мы просто стоим! Мы должны помочь им, сейчас же!
-Нет, Баринхард – осадил пыл товарища Флориус – мы не можем так рисковать. Помни, зачем мы здесь.
-Чтобы совершить убийство архиепископа Ютибора… Чтобы затем получить плату за это, как простые наемные головорезы… Но наша истинная цель – спасать людей, а мы стоим, и бездействуем, пока люди умирают.
-Я понимаю твое смятение, брат – обеспокоенным тоном ответил Флориус – но у нас нет другого выхода… Совсем скоро сюда должен прийти Эстеральд, и дать нам сигнал к началу операции.
-Знаешь что, Флориус – стремительно подошел к своему товарищу Баринхард – мы знакомы долгие годы, и все эти годы я был с тобой, несмотря ни на что. Был готов пойти за тобой, в огонь, и в воду… Вместе мы сразили столько чудовищ, спасли множество людей… Но сейчас, я тебя не узнаю… Город гибнет прямо у нас на глазах, а мы, вместо того, чтобы помочь страждущим, что является исконной целью нашего братства – просто стоим, и ждем сигнала мутного типа в черной мантии, который вертит нас как хочет, используя в своих грязных интригах как простых наёмных головорезах… Я не могу просто наблюдать за этим.
-Послушай теперь ты, Баринхард – повысил тон Флориус – всё, что я делаю, это ради нашего братства! От и до… Ты правильно сказал, что мы спасли много людей, убили множество кровожадных тварей на своем долгом пути… И какую благодарность мы получили в ответ? Мы теперь в бегах, нас все ненавидят, плюются при виде нас… Не такой судьбы мы заслуживаем. И если людям все равно на нас, то почему бы не ответить им взаимностью? К тому же, архиепископ Ютибор этот, гнусный тип, который давно заслуживает смерти… Убьем его, получим заслуженное вознаграждение, и уедем в Телванию, или Элтрию, хрен с ним… И тогда, имея достаточные средства на руках, сможем помогать простым бедным людям, как и раньше.
-От части я могу понять тебя, брат – продолжил стоять на своем Баринхард – но чутье мне велит, не участвовать во всем этом. Убив этого архиепископа, мы запятнаем свою честь и репутацию настолько, что уже никогда не отмоемся…. И только утвердим лживые слухи о нас…. Еще не поздно остановиться.
-И что ты предлагаешь?! – спросил Флориус – броситься в бега, охотиться на чудовищ за гроши, питаясь кашей с еловыми опилками, дожидаясь своей смерти от охотников, рыцарей, или кого либо еще… Или один раз согрешить, поступиться со своей гордостью, и зажить так, как мы того всегда заслуживали.
-Братья, не ругайтесь – вставил свое слово Дориан – Баринхард, я уважаю тебя, твою преданность нашему делу. Я восхищаюсь тем, что ты всегда руководствуешься своим моральным компасом, и готов идти на любые жертвы, ради спасения людей… Но, пусть это прозвучит несколько грубо – ты наивен, и Флориус в этом прав. Мы столько лет помогали людям, спасая их от чудовищ, слонялись по большаку, за сущие гроши… И единственное, что придавало нам сил и веры, это то, что благодаря нашим поступкам люди будут жить. И ни сколько будут благодарны, сколь признательны… Но в ответ мы получили лишь плевки, проклятья в нашу сторону… И мало того, теперь мы в бегах… Потому что решили поступить, по совести, как и всегда… Поэтому, пусть лучше мы убьем этого ублюдка Ютибора, получим деньги за работу, и уедем куда подальше отсюда, и сможем помогать людям там… В Гриссее нам делать больше нечего.
-А я согласен с Баринхардом – сказал Ронхард – идеология нашего братства всегда заключалась в помощи людям. Мы давали клятву, что будем беречь простых мирных людей, несмотря ни на что. Пускай даже в нас плюют, ненавидят… Главное, что благодаря нам люди остаются живы… И те, кто имеют голову на плечах, никогда не забудут о своих спасителях. Так что, мы творим добрые дела не зря.
-Так или иначе, я законно избранный лидер нашего братства – сказал Флориус – и покуда это так, я, и только я буду принимать решения, как поступать нашему братству, а как нет… Так что, мы идем выполнять порученную нам работу, вы мне за это еще спасибо скажите… - пристально взглянул в глаза Баринхарда Флориус, увидев в тех разочарование своего товарища.
В это самое время, в комнату вошел Эстеральд и Клюйвин. На плече Эстеральда сидел ворон, поглядывая в разные стороны, и периодически каркая. Эстеральд снял с себя капюшон, ухмыльнулся, а затем обратился к скитальцам.
-Неужели у вас возникли разногласия, господа скитальцы? – спокойным голосом задал вопрос Эстеральд – мы тут тайком с Клюйвином подслушали суть вашего спора… Уверяю вас, господа, совсем скоро вам не придется сомневаться, держа в руках целый мешок набитый золотом… Имея столь внушительные средства на руках, вы будете вольны уехать куда угодно, хоть на конец Света, если того пожелаете – улыбнулся Эстеральд.
-Что происходит в городе? – задал вопрос Баринхард – неужели, тёмный орден сумел пробиться силой?
-Именно так – ответил Эстеральд – в городе воцарился настоящий хаос. Люди берут с собой драгоценности, близких, и пытаются найти пути к выходу из города. По улицам бредут чудовища, раздирая людей на части… А мародёры, не теряют возможности, чтобы ограбить дома своих бывших соседей… Они также обирают трупы на улицах, прибавляя их количество… Мы сумеем все это остановить, если к власти придет орден сияющей звезды.
-И каким же образом? – задал вполне логичный вопрос Баринхард.
-Как только мы уберем Ютибора, и назначим епископа Адемитрия на его пост, через него мы сможем управлять городом. И обеспечить ему полную безопасность, и тогда, будьте уверены, никакой тёмный орден впредь больше не попадет за стены этого города… А сейчас, пожалуй, все зависит от сил защитников. Будем надеяться, что город устоит.
-Я отказываюсь участвовать во всем этом – категорично сказал Баринхард.
-Баринхард – сказал Флориус – я понимаю причины твоей злости… Понимаю, как все это выглядит… Но пожалуйста, доверься мне еще раз, брат… - сказал Флориус, положив руку на плечо Баринхарду, в его глазах была видна искренность его намерений.
Баринхард тяжело вздохнул, задумался, а затем ответил – ладно, будь по сему… Я доверюсь тебе, Флориус, еще один раз… Но знай, что мне очень не нравится то, во что мы ввязываемся.
-Вы еще измените свое мнение, господин скиталец – сказал Эстеральд, по-прежнему улыбаясь - благодаря вам, и вашим собратьям, мы сумеем добиться лучшего будущего для нашей Страны. Во всяком случае, мы возведем крепкое начало для этого.
Баринхард ничего не ответил, однако его взгляд предельно дал понять, что он не верит словам Эстеральда, и видит их не искренними, а его самого как двуличного человека.
-Итак – сказал Эстеральд – перейдем к сути дела, господа, зачем собственно говоря, мы все здесь собрались. Сейчас архиепископ Ютибор засел в главном храме святого Беренберга, в окружении своей личной гвардии, состоящей из двадцати паладинов. Он опасается, что кто либо проникнет в храм, либо ратники тёмного ордена, либо разбойники, в попытке расхитить храмовую сокровищницу, и неспроста, взирая на то, что сейчас происходит в городе. Ваша задача, проникнуть внутрь храма, для этого вы должны попасть в колокольню. В нее вы попадете благодаря веревке, которую вам сбросит воспитанник Клюйвина. Ясна ли вам суть изложенного мной плана? – улыбнулся Эстеральд, он продолжал вести какую-то игру, словно, руководил пьесой в театре.
-Да, нам все ясно – сказал Флориус – парни, вы готовы приступать?
-Разумеется – ответил Дориан, выразив поддержку лидеру скитальцев.
-Не нравится мне все это – промолвил Ронхарт - но, раз ты считаешь, что так правильно, то я с тобой, брат.
-А ты, что скажешь, Баринхард? – обернулся Флориус, глядя в недовольное лицо Баринхарда, и нахмуренные брови. Он сложил руки, затем провел рукой по подбородку, словно раздумывая, и сказал:
-Я доверюсь тебе, Флориус – сказал Баринхард – как и прежде… Но будь уверен, если ты еще раз попытаешься втянуть нас в подобную авантюру, тем самым изменяя нашим принципам, и морали, я буду вынужден уйти.
-Как скажешь, брат – сказал Флориус – ты ведь знаешь, что силой тебя здесь никто не держит. Так или иначе, мы братство, и должны помогать друг другу выжить, ибо только мы есть друг у друга.
-Будь по сему – сказал Баринхард, а затем обернул свой взгляд на стоящего Эстеральда, как только он на него взглянул, улыбка с лица Эстеральда улетучилась, будто ее и не было, однако едва заметная ухмылка все же виднелась на его лице – мы согласны… Когда мы должны выдвигаться?