Монархическая чета.

Глава 6.

Глава 6.

Как говорится: «Один в поле не воин, но вполне себе партизан». Решив следовать за каноном древней, как умершие мамонты, мудрой пословицы, приподняла длинный подол платья, чтобы не задевать в связи со своей шпионской миссии кусты с цветами, и двинулась в путь, чуть ли не носках, в сторону предполагаемого источника шума. Мои камыши в тот момент как бы не колышело, что меня, в принципе, могут аккуратно так чикнуть ножичком в живот для избавления от нежелательной свидетельницы, чтобы дальше спокойно продолжать творить своими преступными руками беспредел. И кинуть бездыханное и безобразно красивое тело в не очень чистый и не очень красивый пруд с плотоядными рыбками. А схватятся чересчур любознательной и крайне сумасбродной Императрицы только через месяц, когда состоится официальный прием заморских послов для переговоров. К тому времени от не когда соблазнительного тела останется совсем не соблазнительные обгрызенные хищными рыбами мутные кости. Один существенный плюс в этом крамольном деле все же есть, не придется инсценировать свою смерть. Она уже будет крайне настоящей и крайне болезненной. Ведь если не пырнут в живот, а ударят по голове оглушив, и все также бросят в злощасный пруд к зубастым тварями на поклон, то….. Буквально телом почувствовала, как вцепляются в плоть и отрывают кровоточащие куски любвеобильные и довольные рыбки. Брррр. Даже додумывать не хочется, куда придется следующее прикосновение, как бритв, зубов - в лицо или в шею.

Тем не менее, такая красочная фантазия с картинами моей весьма кровавой расправы не мешала двигаться в сторону предполагаемого вооруженного правонарушителя. В народе бытует мнение: «Любопытство не порок, а большое свинство». С такими словами не поспоришь, особенно когда движимая этим состоянием, бросаешься прямо в скорые объятья неминуемой смерти. Нет, чтобы стражу позвать или помощь в лице кого-нибудь, хотя бы тех же слуг, так нам опасность подавай! Такие мы бессмертные и неуязвимые, верующие в свою исключительность.

Уже подходя к месту оглушительного копошения и шуршания в абсолютной тишине темноты ночи, сообразила, что как бы орудия самообороны Наше Величество не имело. Надобно исправлять сие недоразумение. Лихорадочно метая взгляд в полусогнутом состоянии от одного куста к другому, не нашла ничего лучше одиноко валяющегося камня с размером с полмизинца под самыми корнями кустарника. Сейчас я буквально благословляла садовников, не увидавших небольшой изъян практически безупречного императорского сада. С быстротой сокола-сапсана прибитого к земле многокилограммовым платьем, подняла священное оружие, воздавая благодарственную молитву Богу, сотворившему садовников с куриной слепотой.

Неожиданно вместо шороха и шуршания послышались шаги, приближающиеся к месту моего временного партизанского укрытия. Паника, резко охватившая меня, вразрез шла с моими планами контратаки на нежданного ночного визитера. Поэтому, не придумав ничего гениального и умопомрачительного, за что бы закостенелые бесчисленными боевыми стычками бывалые генералы похвалили бы мою скромную персону, практически ничего не смыслящею в этом пикантном деле, очень резво выпрямилась, как негнущееся палка. И громко так, с расстановкой крикнула в пустоту фразу, за которой, по сюжету фильмом ужасов следует леденящую душу картина:

- Кто здесь!? – прохрипело императорское горло.

Голос на последнем слове предательски дрогнул. В этой ситуации меня утешало то, что некоторые на моем месте уже давно бы без чувств упали в обморок или вообще бы побежали звать стражу или слуг, что не делает особой чести моей сообразительности.

Шаги резко остановились, как и резко усиливающиеся в грудной клетке сердцебиение, грозящиеся сломать решетку ребер и во всей красе продемонстрировать отличное кровообращение, забрызгивая все вокруг горячей красной кровью. Бедные многострадальные садовники! Им придется саморучно убирать это безобразие, вышедшее из-под кисти безжалостного душегуба.

- Это владения Императорской семьи! – повторно выкрикнула, в надежде, что охрана или прислуга услышат мой голос. – За несанкционированное проникновение в резиденцию Его Величества по закону Асторской Империи карается смертной казнью! – на последних словах повысила звук на несколько децибел.

После моей реплики, настало время перезагрузки. Видимо нарушитель покоя мирных жителей и ничем не виноватых кустов, осмысливал мои слова, обращенные к темноте. После изрядной нервотрепки за сегодняшний день, коим конечным гвоздем, забитым на мою нервную систему стала эта опасная для моей жизни ситуация, пришел подозрительный покой и апатия. Судя по всему, нервы, достигнув своего предела, решили отдохнуть. Мол, мы на такое не подписывались, поэтому подруга давай дальше сама.

Меня же порядком начало наскучивать это молчаливое представление цирка, состоящее из пантомим. Как ни как на часах начало третьего ночи, и я очень устала за этот насыщенный событиями день. Ноги, втиснутые в неудобные выходные туфли, ныли, а чересчур усердно затянутый фрейлинами корсет не давал нормально функционировать дыхательной системе, из-за чего немного кружилась голова, причиной которого служило кислородное голодание.

Я уже готова была простить этого визитера кем бы он не был, но по всей вероятности, именуемый преступник, нарушавший мое уединение, не обладал чувством стыда и быстротой реакции, оставшись в состоянии ступора. Либо он косил под дурачка, типа никого тут нет, тебе просто показалось, что выставляло меня слабоумной, кем я явно не являюсь, либо этот кто-то попался весьма заторможенным. Нужно как-то выходить из этой до нелепости смешного сюжета, а то сценаристы уже даваться от слез. Не всю же ночь в гляделки играть в самом деле! Я сделала небольшой шаг в сторону в «гостя». Этой бесхитростной манипуляции хватило, чтобы в темноте зашуршало и приспустило в бега. Я бы помахала платочком вдогонку, но только забыла его в комнате.