Монстр с нежным сердцем

Часть 23. Один сложный год

Полз по миру семьдесят восьмой год, изредка встряхиваемый жиденькими скандалами тут-там по поводу хаотичного перемещения автобуса «Ночной рыцарь», который вместо прямого наказа доставить пассажира из Лондона в Уэльс, сначала за каким-то надом скакал в Абердин, чтобы подобрать-высадить мадам Марш… Зеленые пассажиры, выползшие из недр автобуса, обняв и поцеловав родненькую матушку-землю, с чувством убеждали всех, кто слушал:

— Прав был Гарри де Нели, когда говорил, что незачем внедрять в магмир маггловский транспорт!

Чиновники, получив очередную тонну писем с возмущениями, в свою очередь отфутболивали их идиоту Дугалду Макфейлу, бывшему Министру, которому и пришла в голову идиотская идея внедрить относительно новое «автобусное сообщение» магглов, благодаря чему долбанный прыгун таки появился на дорогах в шестьдесят пятом году. Макфейл с ругательствами выбирался из-под бумажного завала и бежал жаловаться своему преемнику, Министру магии Фэрису Спэвину. Тот вяло выслушивал своего предшественника, теребя дырявый собственный нос, проткнутый когда-то стрелой кентавра, дожидался конца слезного спича и мрачно отрубал:

— А нефиг было протаскивать интересную игрушку только на том основании, что ты Министр и она тебе нравится. Надо было общественным мнением поинтересоваться…

Вот и на этот раз: прибежал, нажаловался, выслушал упреки и запротестовал.

— Ну Фэрри! Ну запретили бы!.. — жалобно прохныкал незадачливый новатор.

— И правильно запретили бы! — кувалдой отбил суровый Дыронос, подчеркивая слова внушительным грохом кулака о стол. — Тащились бы маги в поезде полдня вместо того, чтоб нормально скакнуть туды-сюды при помощи родной трансгрессии, воплоти мы идею глупой Отталин. Тебя почему не остановили? — напустился он вдруг. Макфейл судорожно сглотнул, пальцем оттянув воротник, и жалко проблеял:

— А я того… в обход попечителей… К школе же автобус никакого отношения не имеет…

— Угу, не имеет, — мрачно согласился Дыронос. — Зато как Абраксас обрадовался, когда на него стошнило папу, который приехал к сыну на автобусе…

— Ох… — обморочно съежился Макфейл, обильно покрываясь потом. — Надеюсь, Септимус Малфой не очень сильно пострадал?

— Тут вопрос в том, насколько сильно задеты чувства молодого профессора, облеванного посреди двора на глазах у всех студентов. Увы, Малфой не выдержал позора и порвал контракт с Хогвартсом, отказавшись преподавать изящную словесность. А говоришь — отношения к школе не имеет! — передразнил Дыронос Макфейла. Тут эмоции перевесили, Министр потянулся через стол, схватил помощника за лацканы и начал трясти, как тигр удава. — И вообще, где ты видел, чтобы к Золушкам феи-крестные в лимузинах приезжали? На фига волшебникам колеса???

Несмотря на это, прыгающий чокнутый автобус всё же утвердился в Англии, став единственным магическим транспортом. Пусть неудобный, зато прикольный! Пофигистичной молодежи с крепкими желудками, стальными нервами и отличным вестибулярным аппаратом «Ночной рыцарь» нравился, и его частенько рекомендовали друзьям, попавшим в сложные жизненные ситуации, так что этот лейтмотив скоро стал чем-то вроде девиза компании Шанпайк и Прэнг. Увы, больше не рискнули выпускать в производство даже усовершенствованные машины, первый плачевный опыт так и остался первым комом. А про летающие автомобили Гарри предпочел умолчать, подозревая, что в будущем до этого и без его помощи додумаются.

Так что лорд Малфой, можно сказать, стал первым подопытным кроликом в среде аристократов. Кроме него, никто из лордов и графов так и не решился опробовать новое средство передвижения. К слову, над Абраксасом никто и не хихикнул — студенты меру знали и бедного профессора почти сразу же очистили, не подвергая его ущемленную гордость ещё большему испытанию.

Весной умер Рихард Хирш. Его смерть послужила яркой иллюстрацией того, как появляются мифы и легенды, подчеркивающие людские суеверия…

На закате дня в Большой зал влетел Патронус и надрывно прокричал голосом Гермионы:

— Помогите! Отец ушел в помутнении рассудка, он в беде, движется в сторону поселка Грантаун. Я ранена, очень боюсь за папу.

Джон, Брайан, Соломон, Гарри и ещё с полсотни волшебников тут же сорвались с мест и рванули на помощь. Молодую учительницу нашли быстро — по ориентиру в виде костра. Его развели гномы, вместе с Гермионой разыскивающие профессора Хирша. У них спасатели и узнали подробности: у Ричи случился сильный приступ, от которого он впал в острый неконтролируемый психоз, всех раскидав, обезумевший профессор кинулся под лучи предзакатного солнца, не отзываясь на крики дочери. Гермиона и несколько гномов попытались задержать Ричи, но тот, как одержимый, понесся в лес. А когда Гермиона рискнула удержать отца насильно, тот напал на неё, ударив по голове. После чего скрылся в направлении поселка.

— Плохо, — Дамблдор озабоченно посмотрел на темнеющее небо. — Надо найти Ричи до того, как его обнаружат магглы.

Гарри представил, как на людей несется нечто упыреобразное, и передернулся от ужаса — да его ж убьют сначала и только потом спросят, а кого они зашибли?..

— Так, дочка здесь, волосы при ней, если скоренько приготовить зелье Поиска… — начал прикидывать Уолли Принс, профессор зельеварения.

— Для приготовления зелья нужно время, а у нас его нет, — ссадил его с небес Джон Дервент.

— Как нет?! А феникс мой на что? Или он только на новый год время останавливает? — возмутился Брайан. Его возглас кое о чем напомнил Гарри. Завертев головой, он принялся всматриваться в ближние деревья, интуитивно чувствуя, что его сова где-то поблизости. Нашел и подманил. Погладил спорхнувшую на руку верную Елочку.

— Ну, пока зелье готовится, мы его по-своему поищем. Елочка, ты ведь найдешь Ричи?