Монстры-создатели. Красота и искусство

2 глава

Если вдруг в тексте увидели такое имя, как Микаэль, то знайте, что это Мануэль. Я вроде бы всех Микаэлей убрала, но кто знает

***

Ах, господа, а ведь вы ничего не слышали о демонах этих, которые наводят лживые маски на лица. Предрешено уже с их рождения превращать землю в кровь и мучиться во имя своих предков. Но в новом мире, созданном из чистого доброго сердца, смогли даже там навести свои порядки и правила. Свод правил этих гласит, что каждый распределяется по своему статусу и уважению. Да вы знали, что пришло в их головы!? Каждый из своих округов решили притворяться творцами и создателями! А цель никто не знает, кроме них самих. Расскажем мы вам о "богах" этих, опозорим и унизим, но нам лишь рассказать.

Самый первый, появившийся на свете и заполучивший тогда больше последователей, стал Зеул - покоритель грома и молний, победивший своего великана-отца и прародитель всех богов. По преданию их, Зеул был ещё тем бегуном за женщинами ради ночи, но о его подвигах также гласят легенды. Когда он появляется, каждый раз напоминает о своих поступках и нагло ворует у всех. Зеулу было глубоко наплевать на всех, кроме как на устройство своей богатой жизни. Но верующие этого не замечали: продолжали приносить жертвы ради него, а он лишь носом пошевелит и посмеется. Приносят дары, да богатства, а он, довольный, сидит. Большой крах в его обмане стали огромные потери в войне, в которой умоляли Зеула помочь им. Но что же он мог сделать, если не сидеть на месте? Когда все твои поступки лишь выдумка и ты ни разу не брал меч в руки? Так в войне победили противники, верующие разозлились, и многие покинули его. Но всё же округ остался, и кто-то его до сих пор почитает. Были копии Зеула, такие как Юпитер, но его давно никто не видел.

Вторая округа, которая держится до сих пор и имеет больше всего верующих, это эндиши: смазливые морды, но уже с крыльями на спине. По их великому обману бог есть, но его никто не видел, а лишь главного защитника всего живого Мануэля. В их истории однажды любимец бога Люци решил предать своих последователей и изгнать их, а потом из-за своего самолюбия своего отца! Но Мануэль, как благородный рыцарь, выгнал Люци из родного дома, оторвав ему крылья. Здесь ситуация намного лучше, нежели у Зеула: Микаэль старается намного больше показываться верующим и рассказывать о мощи своего создателя, да и в целом любит больше про себя наговаривать. Якобы помогает им, уничтожая злого Люци каждый раз. Даже праздник такой есть, когда он "убивает" его, но он вновь возрождается, чтобы противостоять Микаэлю. Видели бы вы, какой же это спектакль! Верующие очень уважают Микаэля и всячески поклоняются ему, не зная, что эти крылатые вовсе не ангелочки.

Третья округа уж очень странная на вид, но кто-то им поклоняется. Диары - то ли звери, то ли на нас похожи. Тела их имеют ноги и руки, да и туловище наше, а головы у этих существ уж совсем звериные! Крокодилы, кошки, птицы, ослы - кого только нет. Бог их сначала был звездой на небе. Уж слишком напоминала она им дом. Но наслушавшись рассказов о других лжебогах, стала вдруг с головой птицы по имени Гора. Да, вы не ослышались, его зовут Гора. Однажды, тёплым утром, Ту (бог знаний и мудрости) передал известие Гору. Оно было столь печальное, что небо заплакало вместе с ним. Отца его убил дорогой дядюшка Сет, которому Гора так сильно доверял, что не ожидал такого от него. Уж тогда, чтобы свергнуть подлого дядю с трона, он назначил три испытания, которые покажут, кто достоин звания короля. Долго шла эта битва - пришлось даже в руки взять сперму дяди! Но Гора в итоге стал править своей округой вечно. Пока плохого не слышно, да и сами диары ничего не сделали. Но кто знает, что будет потом.

Четвёртая округа имеет по четыре руки и называется прямо - четырук. Бог их многообразен, каждая форма его будет близка кому-то. Но большинство поклоняются именно Вишне - охранителю мироздания. Но мало что известно про него. Да поговаривают, что никто, кроме Шивы - ещё одного бога у них, не видел. Или, может, его не существует? Много существует округ, но они маленькие и незначительные. Мы рассказали лишь о самых главных на данный момент лжебогах, которые пожирают другие разумы.

Но один мой друг рассказывал про забытый всеми пятый округ, который находится далеко в океане и омывает земли одинокого острова, и бог их был морским царем. Только правда ли это?

***

За 2 года до событий в 1 главе.

Говорят еще, господа, была у них резиденция этих гадюк: украшенная золотом и бриллиантами, огромный и вытянутый прочный стол, за которым восседали все лидеры округ в удобных креслах. В центре стола обычно сидел победитель (так называют их главного), а за ним его портрет, чтобы украсить ещё больше самолюбие. Оттенки были мрачные и в одно время сочетались с атмосферой зала. Эх, а украшения тоже были разнообразные! Но в них не было ничего великолепного, как в тех же драгоценных камнях. Каждая реликвия народа отражала их сущность и жизнь, традиции и культуру. Но что может быть замечательного в тварях?

Мануэль - победитель отброс, ждал неожиданных гостей с небес. А ведь он, как обычно для него, летал и глаголил о своих подвигах, да обманывал. Пока слуга Мануэля - по совместительству злой Люци, не нашептал очень интересный слух о одних темных духах. Он, естественно, засомневался в правдивости: много было слишком ужасной лжи. Но чем больше бездействовал, тем творцы пробегали из каждого округа в другой, и слух стал превращаться в игру «кошки-мышки». А что ещё обрадовало Мануэля, так это пропажа способностей двух темных духов. А что заставило его прыгать и скакать от сладости вкуса победы: они не в истинной облике, а на подобие бибрисов. Уж теперь план начинает свои действия.

Постепенно в резиденции становилось всё теснее и теснее. Кто же ждал создателей? Да когда они приходили в последний раз? Гора вообще пришел просто так: все пришли, что ж ему дома оставаться? Зеул, как всегда, опаздывал, а Шива рассматривала вырванное перо одного безобразника. Когда терпение лопнуло у Мануэля, тот встал с величественным видом и заявил:
- Прошу всех заткнуться. - Те, кто первый раз тут, замолчали, а другие, вроде Зеула и Шивы, усмехаясь, перестали молоть язык. - Многие тут впервые или же давно, но знать меня должны, как имя своё. Я Мануэль - победитель всех вас, неудачники. Радуйтесь, что я к вам обращаюсь на «вы», а не как к мусору на «ты». Ладно.. сейчас не об этом. Лишь приветствие и напоминание обо мне снова. Я собрал всех, чтобы объявить о развороте нового в нашем плане, о котором, надеюсь, все вбили себе в голову.

Все разом кивнули, вспоминая о своём спасении с помощью цели, которая передается по узкому кругу. Эх, господа, знал бы я о их «спасении», то рассказал бы обязательно, а так никому неизвестно, кроме них самих.
- Отлично, хотя бы память не отшибло. Я, честно говоря, думал, это снова какой-то верующий из округа Зеула наслал об этом известии. Пока слух не стал набирать новые обороты событий. Конечно, без моей помощи и тактики их бы не поймали, - он потер свой ушиб на правой руке. А ведь этот Хонс умеет кусаться! - Поэтому эти два духа останутся у меня.

Тут начал протестовать один из молодых «богов»:
- А вдруг сбежат!? Я известен самыми непробиваемыми тюрьмами, разбросанными по всей округе! Пусть будут у меня.
Встал следом Зеул:
- Да какие у тебя тюрьмы, мальчик? Вот у меня действительно темницы непробиваемые, а у тебя сопли да палки.
Тот не мог буркнуть на Зеула: всё же бывший победитель. Так и замолчал с обидой и угрозами внутри.

Шива подала голос:
- А у тебя есть нормальные темницы? - намекая на его особый вкус в ролевых играх, на что Зеул покраснел, а из ушей пошёл пар злости.
- Да как ты смеешь, шлюха!? - хотел он встать, только взгляд Микаэля не позволил. Слишком уж предупреждающим казался.
- Уж не тебе меня шлюхой называть, Зеул, - она сломала перо. - Давай вспомним, сколько у тебя было женщин? По-моему, там даже 100 назвать будет маловато. Постепенно у всех подгорали мысли, и каждый спорил и ссорился о своём, но Мануэль стоило ударить по столу с такой силой, что вновь настала тишина.
- Жалкие щенки, вы даже молчать и слушать меня не хотите! - все переглянулись, читая в своих глазах одно маленькое, но такие вызывающее два слова. - Раз настала тишина, я объявляю новый переворот наших планов. Ведите этих..

ну.. как их там.. Каджал и Хонса, да.

Слуги быстро разбежались, чтобы привести бедных темных духов. Напряжение нарастало, пока не открылись двери и в кандалах не привели близнецов. Первое, что пришло в голову, так это рассмотреть их внешность.
- А я думал, что девка красавицей будет. Всё же дух.. Да не важно какой. Уродка есть уродка. Отступаю, мне они не нужны, - Зеул отвернулся, лишь бы снова не взглянуть на Хонса и Каджал.

Мануэль устало потер глаза, собираясь с мыслями.
- В общем, мы приближаемся всё ближе и ближе к цели, а это очень хорошо. Даже прекрасно. С ними нам уже ничего не помеха. Скоро мы доберёмся до леса, дьявол, - он взял бокал, который стоял на столе, отпил немного из него вина и предложил другим чокнуться за такое событие. Многие демоны обрадовались, думая, что скоро всё закончится, а некоторые вообще ради алкоголя и пришли.

У Каджал и Хонса были завязаны рты, поэтому они не могли ничего предъявить. Дух искусства лишь оглядела всю комнату, надеясь на шанс сбежать и затеряться в каком-то забытой деревушке. Хонс же не выдерживал: так торопился всё высказать, что весь его вид кричал "добрые" слова. Мануэль, насмехаясь над двумя идиотами, которые неизвестно почему решили объявиться, произнёс:
- Так уж и быть, развяжите рты нашим пленникам.

Слуги послушались и потянулись сначала развязать рот Хонса, но видя, в каком он состоянии, передумали и развязали у Каджал. Она в свою очередь продолжала молчать, как будто её никто не оскорбил. Но Хонс был на грани терпения, и когда еле-еле руки слуг остались живы, когда освободили рот Хонса, тот начал:
- Какие вы мрази! - руки очень хотели освободиться, и он сделал шаг, но рядом стоящий "бог" дёрнул цепь сзади, что Хонс упал с разозленным видом. И какую же реакцию вы ожидаете от ядовитых змей? Лишь смех последовал за падением Хонса, но кого бы это ещё больше не разорило на гнев?

- А ты ещё не заметил? - Мануэль усмехнулся. - Я думал, дети Аелиты умнее.
- Не смей впутывать мою мать, сукин сын! Ты знаешь, что она с тобой сделает после этого? А я знаю и видел! Поэтому сейчас же нас отпусти!
- Ох, ты ещё не понял? - Мануэль специально подошёл к Хонсу, взял цепь с его оков и дёрнул на себя, что заставило Хонса встать перед ним на колени и молить о том, чтобы боль быстро прошла. - Теперь ты не дух, а обычный демон, как мы. Ты ничего не сможешь нам сделать, а уж твоя мать.. Ребята, кто-то уже видел поблизости нашего мучителя по имени Аэлита?

Некоторые сделали вид, что задумались, а Зеул, чтобы разбавить веселье, сказал:
- Ну как же? Вот она, явилась! - и указал на завязший цветок поблизости.
Многие хохотали из-за шутки, что чуть не упали. Мануэль лишь смотрел свысока на Хонса, но внимание больше обделил Каджал, которая просто без всякого интереса рассматривала каждого.
- Зачем ты вообще нас показываешь, как каких-то зверей?! - зверел Хонс, окончательно сходя с ума от безвыходности.
- Зачем? Ты сам уже ответил на вопрос, - Мануэль сел обратно, продолжая наблюдать за всем цирком в комнате. Ему нравилось наблюдать за беспомощностью своих же создателей. Ну а кому бы не понравилось? Когда творцы смотрят на тебя свысока и тут, приобретая ту же слабость, они извиваются и, угрожая, кричат, будто они подействуют. Чтобы подлить ещё масло в огонь, Мануэль обратился к Каджал. - Так уж и быть, Каджал, сжалюсь над тобой и дам мне нарисовать. Это будет наградой за послушное поведение, а плохой мальчик Хонс, - глаза блеснули от удовольствия его души, - будет наказан. Даже знаешь что? Хочу придумать сейчас твоё наказание. Как насчёт... вылизывать грязь по всей территории? Там столько бактерий, а ты дух лечения, может даже грязь превратится в лекарство для нас. Или каждый, кто не получил благословение твоего, подпустить к тебе, чтобы растоптали, как последнего жука. А я, как святой ангелок, расскажу о коварности твоей.

Хонс должным образом настолько разозлился, что хотел пролить слезу от своего жалкого вида. Рот так тянулся сказать ещё пару гадостей, но инициативу подняла Каджал:
- Лжебоги и дьяволы, насмехаясь над нашим видом и гордясь ложью своей, не боитесь кармы?
Зеул возразил:

- Карма? Карма работает только с красивыми, - он отломил кусок хлеба и начал поедать с такой жадностью, что противно стало духу искусства.
- Перед тем, чтобы распределять на красивых и уродов, сначала обратись к себе и умению своему делать что-то прекрасное.

На Зеула не подействовало это высказывание, и он лишь хохотнул.
- Хватит говорить намеками. Так и скажи: я уродка и завидую красоте твоей. Да ты лизать обувь потом будешь должна, если я с тобой пересплю.
Каджал нахмурилась, не обратив внимание на рассуждения глупца. Но всё же удосужилась поставить Зеула на место:
- Не намерена доказывать невежам, которые под юбки смотрят и на смазливую внешность свою. Но внутри таких, как ты, пусто: в них нет ни мира внутреннего, ни благородных принципов.
- И что ты хочешь сказать? - Зеул тихонько встаёт со своего места.
- Ты не достоин даже смотреть на меня, не стоя на коленях.

Зеул окончательно сбесился и, подойдя к Каджал, резко потянул цепь, и она упала с болью по всему телу и синяком на правой руке. Но, несмотря на это, она улыбнулась краешками губ.
- Можешь сколько угодно доказывать, что ты выше, но лишь истинный создатель хочет быть простым бибрисом.
Вместо того, чтобы разбрасываться словами о его величии, как самый последний дикий зверь, стал пинать со всей силой по худому телу, оставляя болючие синяки и кровоточащие раны. Но Хонс с обидой в глазах решил помочь близнецу, но цепи оковали, не дали волю совершить, упав с новой мукой в теле, проорал о ней всему свету. Но демонам было смешно. Пригласили игрушку, показали и бросили на пол.
- Довольно, Зеул, - Мануэль отбросил его от Каджал. - Они мои. И ты должен это помнить, прежде чем издеваться над ними.

Крылатый пнул Зеула по паху, а тот завыл. Но на этом не закончилось напоминание победителя о себе. Он схватил Зеула и опрокинул на стол, начав душить.
- Я здесь имею больше верующих. Я здесь смелее и хитрее. Я здесь главный, но не ты. Так помни об этом, чтобы в следующий раз не остаться без своего достоинства.
Следом Мануэль отпустил Зеула, тот начал без остановки вдыхать воздух, одновременно кидая ему "согласие" со всеми словами.

А для Каджал не было ничего больнее, чем воспоминания о Полидоре. Никакая физическая боль не сравнится с хаосом в сердце. Но даже пинки какого-то самозванца вызвали на теле искусства месиво крови и грязи. Кричать хотелось, но честь для неё всегда на первом месте. Закрывая глаза, услышав только рев Хонса и сотни демонов вокруг него, пытаясь задержать, Каджал уснула.

***

- Да как вы смеете нас запирать! - Хонс приник к прутьям, пытаясь достучаться до каждого и, может, даже имеет надежду их сломать, как палки. - Когда я приобрету истинную форму, то вы все будете гореть в моем аду! Настоящем аду!
Я к этому времени проснулась и наблюдала за всем представлением, который устроил этот дурак, и почему-то думала, что они малые дети и, испугавшись, отпустят из под стражи. За всё время, проведённое в резиденции, я тоже как-либо, но обыскивая глазами, что может помочь выбраться из их вонючего здания. Но вспомнив про Полидора и его обещания, я вмиг забыла обо всём и смирилась с участью. Лучше прожить в темнице, нежели вернуться обратно. Сейчас Хонс, разозлённый, пнул возле себя камень и облокотился спиной о стену. А сама комната не лучше какой-то фермы, и то свиньям там будет намного лучше. Вместо какого-то матраса - сено и камни, которые, видимо, было лень убрать, или же тюрьма настолько плохая, что разваливается. - Тебе всё равно? - начал сосед, надутый как помидор. - Тебя буквально избили, а твои глаза видят перед собой только Полидора!
- Заткнись, Хонс. Мне Зеула хватило.
- И сразу просишь замолчать, так не послушав меня? Да срать я хотел на твоего Полидора! - он разводит руки, показывая, как ему глубоко до него.
- Не мой.
- Да хоть чей, нам нужно отсюда уходить. Имей честь, Каджал, нами сейчас поиздевались, как над безделушкой, - Хонс резко встал, приступил к обходу комнаты с важным видом, будто выход найдет и в это же мгновение сбежит.
- Причём здесь Полидор, Хонс? - моя голова облокотилась на руку. - Тебе прошлого раза не хватило?

- Да, не хватило! - пинает сено. - Пусть хоть сейчас передо мной встанет, я вновь ему выскажу всё!
- Хватит вести себя, как дитя малое.

Я лениво обвела всё помещение, отмечая про себя, что нам не выбраться отсюда в таком состоянии. И форма тоже. Но Хонс не останавливался: сначала пытался вытащить кирпич, затем прокопался в сене, чтобы найти "тайный" включатель, а потом вовсе устал и прилёг на выкопанное гнездо. А я просто наблюдала, задумываясь о гибели и сторчании на тысячу лет в комнате без окон. И спать, и дремать, пока мир не сожмётся и не станет единым. Честно говоря, я окончательно потеряла надежду на счастье. Мне легче принять такую судьбу, нежели проснуться и увидеть его глаза перед собой. Хотя какая разница? Нас никто не найдёт.

Второй день также сопровождался поисками побега и возвращением в родимое тело. Я немного оклемалась, даже взяла в руки камень и пыталась им что-то начертить на стене, пока Хонс подглядывал из-под прутьев и ждал подходящего момента. К нам изредка приходила стража, давала прогнивший хлеб с молоком и уходила назад.
- Они совесть потеряли, что же это такое!? - опрокидывая очередную еду, Хонс больше не мог терпеть. - Мы духи, которые, причём, полезны в ваших целях, а не скот бездомных, чтобы так кормить.
Стражники на его заявления только игнорировали или же могли плюнуть в пролитое молоко и уйти. Его это не устраивало, ведь такое хамство пришло в жизнь впервые. К Хонсу до одного случая всегда относились, как к своему родному младшему брату, учила и воспитывала в нём правильные чувства. Другие в его окружении относились к нему с уважением и даже подчинялись некоторым приказам. Позже Хонс окончательно ушёл к своим братьям и сёстрам, оставив меня одну в одиночестве и утешении себя. А ещё позднее дух лечения оказывается любимчиком, забыв кто я такая. Но не все должным образом испытывали к Хонсу тёплые чувства.

Третий день близнец сам отчаялся, стал пересчитывать плитки и сено на нём. Может быть, что-то исправится, но не в нашем случае.
Четвёртый день я спала сладким и тёплым сном о вернувшемся вдохновении и плавающих облаках на небе. Как там Хонс меня в душе не тревожит, когда вокруг так красочно. Летишь себе по небу, летишь и прилетаешь на остров мечты с золотым песком, пальмами с кокосами и мольбертом, ожидающим меня. Не хочу просыпаться.

На седьмой день мои глаза до сих пор не открылись, но кто-то усердно трясёт и призывает меня проснуться. Медленно открывая, я вижу перед собой даже не Хонса, а какого-то блондина, посмевшегося дотронуться до меня. Моментально моя рука заводится для удара, но крепкая хватка запястья останавливает кулак. Вокруг всё так размыто и не видно.
- Хвала небесам, - прозвучал знакомый голос, напоминающий Хонса.
Хонс... Мой разум наконец пришёл в сознание, что этому я была не сильно рада. Комната вокруг меня не напоминала мне ту темницу, напротив, мы находимся в каком-то уютном доме.
- Что происходит? - первым делом спросила я.
- Ну, - начал блондин, но его перебил Хонс.
- Мы сбежали.
Хлопаю глазами.
- Почему я об этом узнаю только сейчас?

Эти двое переглянулись, давая понять, что они упускают некоторые детали всего происшествия.
- Каджал, мы пытались тебя там..

- Да, я согласен, пытались, очень.. Там.. Ну, - Хонс со всех сил пытался придумать сказку на ночь.
- В общем, я Лесус, - и тогда мне в мысли наконец-то пришёл тот образ из резиденции.
- Люци!? - резко встала и, схватив что-то непонятное, нацелилась на живот негодяя, но Лесус быстро среагировал и поймал мяч.
- Меня Лесусом в детстве назвали, а не Люци, - он отбросил мяч и отошёл от меня на шаг. - Я понимаю, обо мне не лучшая, наверно, репутация.
- Что ты хочешь?
- Каджал, почему сразу ему что-то нужно? Он мог помочь нам от чистого сердца.
Хонс такой болтливый.
- То есть с побегом он тоже помог?

Близнец затараторил:
- Немного.. Нет! Он.. Он..
- Ладно, я помог с побегом, отыскал жильё, так ещё нес тебя на спине, - Лесус подошёл к Хонсу и спихнул его. - Но я это делал не ради благословения вашего и сердца моего.
Я тихо вздохнула, поворачиваясь к Хонсу, который беззаботно поедал салат из тарелки.

С демонами плохо иметь дело, когда ещё знаешь правду обо всех округах здесь.
- Но ты чего-то желаешь.
- Верно, - согласился Лесус. - И только одно, - молчание. - Нарисуй крылья.