Монтаж

Монтаж

Мария Колодяжная

Монтаж

Глава 1. Бык и рыба.

Она.

Я пришла чуть раньше, чтобы осмотреться. В монтажной никого не было. «Тесновато, но хоть кондиционер есть». Я сняла темные очки, собрала волосы в хвост и надела джемпер поверх открытого платья. Подумав, стерла салфеткой алую помаду. Обычно меня забавлял скептический взгляд режиссеров, делавших выводы о моем профессионализме по внешнему виду. Но теперь это начало раздражать.

Я налила себе чай и приступила к работе. «Серьезно?» – я нервно выдохнула, обнаружив хаос в организации исходников. Пролистывая клипы, попыталась отыскать начало. Сила отснятых фрагментов накрыла меня волной, несмотря на беглый просмотр. «Как красиво»...

Возьми себя в руки. Нужен план. «Нахожу примерное начало. Еще раз пробегаю фрагменты. Сортирую материал. Поехали».

За работой я не заметила, как кто-то навис над креслом. Я нехотя сняла наушники и услышала конец предложения. Глянула на говорившего. В монитор вперил взгляд какой-то парень с нахмуренными глазами. Я переспросила.

– Ты с этого начинаешь? – повторил он.

– Как видишь, – бросила я, снова надевая наушники.

– Это не точка входа.

Я посмотрела на него своим лучшим яростным взглядом. Как мне надоел этот экспертный тон. Будто любой прохожий знает мою работу лучше меня.

– Ты вообще дальше смотрела?

Я стиснула зубы и с трудом подавила желание выругаться.

– Сама разберусь, – процедила я, возвращаясь к работе, – умник.

Он требовательно похлопал меня по плечу. Я цокнула и развернула кресло к нему. Он молчал, видимо, выискивая для меня наиболее красноречивые оскорбления. С поднятой бровью я наблюдала, как его искаженное гневом лицо закипает, словно чайник. Он бы выглядел как бык, готовый ринуться на матадора, если бы не смешные взъерошенные волосы, делавшие его больше похожим на сердитого мальчишку.

– Что за народ пошел, – равнодушно протянула я и указала пальцем на огромное пятно на его футболке, – в чем попало на работу приходят.

Взгляд парня очень, очень медленно проскользил с моего лица на свою футболку и обратно. Обожаю злить людей – этого у меня не отнять. Но мой триумф отрубило топором, когда из-за двери раздался чей-то голос:

– Андрей! Ты где?

Парень выпрямился, бессмысленно отряхнул футболку и вышел, напоследок дротиком метнув в меня злобный взгляд.

Я перестала дышать. Стыд переполнил меня, и казалось, что сама комната съежилась вместе с моими внутренностями. Только что я нахамила своему боссу - режиссеру Андрею Мечникову, работать с которым считала честью еще полчаса назад.

Он.

Это утро отвратительно. Я проспал будильник. В шкафу не нашлось ни одной чистой рубашки. Пока я чистил зубы, собака стащила со стола мой завтрак. В машине загорелась лампа – пришлось заехать на заправку и опоздать ещё больше. В довершение ко всему я пролил кофе прямо на футболку.

Стоило мне войти в офис, как сотрудники налетели коршунами. «Подпиши», «Посмотри», «Реши». Тишина монтажной позволила мне спокойно вдохнуть. Но эта новая монтажерка, не слышавшая о субординации, начала дерзить – и окончательно похоронила мое настроение.

Я пугал коллег своей озлобленностью вплоть до обеда. Еда, доставленная из любимого кафе, несколько сгладила углы. А к вечеру раздражение приглушила усталость. Осталась лишь апатия – ровная и холодная, как бетонная стена.

К вечеру я вернулся в монтажную. Новенькая была настолько поглощена работой, что снова не заметила меня. Я прошел и прислонился к стене, думая, как действовать дальше. Уволить? Сделать жесткий выговор? Работать как ни в чем не бывало? Руки монтажерки порхали с клавиатуры на мышь одновременно плавно и четко. Переменчивый свет мониторов мягко освещал ее сосредоточенное лицо. Глаза ее блестели почти лихорадочно. Нет, увольнять ее я не стану.

Я прочистил горло, обращая внимание на себя. Новенькая обернулась, резким движением сняла наушники и уставилась на меня. Я прочел в ее округлившихся глазах извинение, но оно так и не было произнесено вслух - как и любые другие слова. Пауза длилась, а девушка все таращилась, открывая и закрывая рот – беспомощная, как выброшенная на берег рыба.

– Показывай, – тихо сказал я.

Глава 2. Сине-зеленый свет.

Она.

– Ну, и как там твой первый серьезный проект?

Я сделала долгий глоток коктейля. Знала, что подруга об этом спросит – не могла не спросить. И все же вопрос словно огрел чугунной сковородкой.

– Прекрасно! – наконец ответила я.

– А этот режиссер? Он как?

– Еще лучше! Мы с ним отлично спелись.

– Да? – Ульяна скептически скривила губы. – И ты с ним совсем не споришь?

– Нет… – уже не так уверенно сказала я.

– Ты – и не споришь? – получив в ответ лишь короткий кивок, Ульяна откинулась на спинку стула все с той же раздражающей ухмылкой. – Ну, ладно.

«Как будто поверила» – подумала я с облегчением от того, что тема закрыта. А сама в который раз задалась вопросом, откуда берется этот ком, сжимающий горло в момент, когда Андрей заходит в монтажную, и не отпускающий до тех пор, пока за ним не закроется дверь.

Он.

Мне всегда нравилась атмосфера монтажной: полумрак, приглушенные разговоры и почти религиозная власть кино. Но с этой девушкой тишина ощущалась какой-то неправильной. Такая увлеченная, когда думает, что одна – со мной Даша цепенела, словно я держу взведенный курок у ее затылка. Впрочем, если выбирать между ее молчанием и тем, как она вела себя в день знакомства – пусть работает молча.

Я зашел и тихо прикрыл дверь. Монтажная мерцала сине-зеленым светом. Здесь царствовало море, беззвучно разбивавшее волны у края монитора. Но там, где герой фильма должен взирать на воду с руками в карманах брюк, стояла женская фигура – живая и темная, как тень. Она повернула голову в мою сторону. И я увидел очертания профиля, опоясанного дыханием волн.