Морган: Забвение

Глава 15.

Такой уж у него был характер: Морган всегда слишком сильно переживал из-за мелочей. И с каждым пришедшим воспоминанием, он все чаще находил сходство в характере его прошлой жизни, и бытности уже вампиром. Все больше узнавая о себе и своих делах в этом мире, Морган стал скрупулёзно собирать по крупинкам собственные действия, из которых пытался вывести главное: зачем он провел ритуал памяти прошлой жизни? Эта мысль мучила его уже давно, но лишь сейчас к нему вернулась часть информации, из которой он выяснил: проведенный им обряд должен был помочь в расследовании.

Оказалось, что «официальный приказ» от клана был скорее дополнительным прикрытием со стороны закона империи для тех дел, которые Морган уже давно пытался раскопать. По сути, благодаря документам от шпионов Эллеорданов, лорд Блэквуд масштабно продвинулся в своих исследованиях.

Второй личной загадкой стал поиск той самой нарытой им же информации. Вот куда он, будучи вампиром в полном сознании и при полноценной памяти, мог запрятать все материалы и бумаги по собственному расследованию? Вампир чувствовал, что за всем этим скрывается нечто большее, оставалось лишь вспомнить.

Возможно ритуал прошел не так или закралась ошибка в его расчётах, ведь прошло уже довольно много времени, а полного восстановления памяти все еще не наблюдалось. Морган все еще надеялся на что-то, однако надежда угасала с каждым днем. Однажды Лорд-вампир отчаялся настолько, что пошел и вывалил свой страх прямо на Кангу. К чести его брата, он не стал отстраняться от Моргана и даже высказал предположение о том, что мешает восстановлению его памяти собственный туман вампира. Туманники были вообще личностями не постоянными, да еще и с постоянным риском - сойти с ума, поэтому любые ментальные проблемы среди владельцев такого дара не становились новостью среди вампирского населения.

Тем временем шёпоты и слухи о загадочных исчезновениях все громче разгорались по округе Сангерры, плавно выплывая за ее переделы. В кулуарах уже ходила сплетня о том, что сам Лорд-вампир из Эллеорданов взялся за расследование исчезновений людей и вампиров, которых с каждым витком становилось все больше, а это могло означать только одно: все бало гораздо серьезнее, чем все думали изначально.

Промедление становилось все опаснее. Символ из комнаты Ады, они все таки обнаружили спустя целый виток непрерывной работы в библиотеке замка Гроуверг. Когда дело перевалило за вторую вегилию, к Моргану и Канге, шуршащим среди древних фолиантов, присоединился сначала Ноктум, а потом и Бриллар, тихонечко притулился рядышком со старшими вампирами. Мальчик всегда старался помочь и лорду, и остальным жителям замка. Юный вампир очень быстро привык и к гнезду, и к своей новой семье. Поэтому всеми силами молодой Блэквуд пытался быть полезным.

После возвращения взбудораженных Миро и Моргана с горячих источников, принесших множество новостей, все в замке знали, на кого было направлено основное внимание, и кого хотели вырвать из родового гнезда. Больше ни у кого из домочадцев не вызывало сомнения кого собирались забрать из замка. Бриллар тоже это прекрасно осознавал, и был безумно благодарен своей семье за защиту и заботу. Он искренне хотел оправдать их доверие, вот только пока не знал как, поэтому помогал по мере своих сил везде, где получится. И он же обнаружил недостающую информацию в потрепанном томике маленькой, с ладошку, энциклопедии символов и знаков Нокториума.

Моргану не нужно было пояснение. Более того, наконец-то все становилось на свои места: все его вопросы уже, кажется, имели ответ. Название символа, что был нарисован на месте похищения Ады ему было хорошо знакомо, однако раньше - в его прошлой жизни, он видел этот знак в совершенно ином исполнении, иначе бы узнал его сразу. «Жертвенник Хаоса» использовали чернокнижники в его прошлом мире, чтобы вызывать катаклизмы на земле, и прорезать ход для Хаоса. Но тогда культ использовал человеческие жертвы, видимо, за неимением других - и символы больше напоминали кривое изображение уробороса, чем такой угловатый многогранник. Может это зависило от жертвы? На этот вопрос могли ответить только сами «черные культисты», как теперь выяснилось, существующие и здесь: в мире вечной ночи, среди множества разных рас. И что самое дурное - судя по всему, одним из последователей «Пламени Хаоса» был Высший вампир.

Моргану все еще было интересно, откуда он-вампир узнал о своих собственных знаниях в прошлой жизни? Конечно, то, ради чего он решился на сомнительный обряд памяти его оправдывало: сейчас лорд Блэквуд знал, чего ожидать от культа, и более того, он уже встречался с его представителями, о чем напоминала его память. И все же... куда он спрятал все документы?

За всеми этими поисками и озарениями, Морган чуть было не забыл о еще одном своем открытии: о существовании площадки, а в теории и площадок - во множественном числе, с порталами. Благо у него была семья, которая всеми силами поддерживала своего Мастера в трудную минуту. Поддержка выражалась в мелочах, но все более явно, вампир осознавал, что они действительно были семьей: такой разношерстной, слегка странноватой, но все же семьей. Настоящим сплочённым гнездом Лорда-вампира. И Гроуверг был с ним совершенно согласен: ему очень нравилось все, что происходило в его стенах. Он благоволил своим домочадцам, постепенно раскрывая маленькие тайны и секреты своих мощных стен.

Поэтому пока мужчины-вампиры покрывались слоями пыли, перекапывая многочисленную библиотеку Гроувергов, а верный Крагмор нес усиленный патруль по всему периметру замка, слегка подпинывая своего родственника, Миро с Элиазарией взялись за вопрос порталов. Для дроу было удивительно, что не эльфы умудрились наткнуться на такую необычную находку в священном лесу. Отдельно она возмущалась тем фактом, что лес ни разу не сотрудничал с ней, пока она там бывала, зато с радостью и настойчивостью заманивал вампиров. Эльфийка была в темном недоумении, и собиралась выяснить причины такого поведения духа леса. Поэтому, отгородившись ото всех, девушки довольно быстро собрали всю имеющуюся литературу по теме порталов, коей было совсем немного, и принялись штудировать предоставленный фолиантами текст.