Морриган и культ Луны

Глава 7. Ворчунья Агафья и ее гостеприимство

Состояние избушки явно кричало о том, что крепкой хозяйской руки тут не было лет 50, не меньше. На крыше восседали странные птички маленькой величины, со странным щебетанием, напоминавшее шипящее мяуканье. Ставни кривые, многие доски прогнили и покрылись мхом, на террасе и вовсе настолько все плохо, что страшно стало ступить. Доски могли провалиться в любом месте. Но что поразило, так это состояние входной двери. Целехонькая, минимальные щели, добротный замок. Джона вообще ничего по жизни не настораживает, тот с уверенностью обозначил:

- Держись позади, и ничего не трогай! – постучал три раза в дверь, не дождавшись приглашений, отворили дверь и осторожно шагнули внутрь. А в доме нас поджидал затхлый запах отсыревшего интерьера, увенчанного по углам паутиной. При каждом шаге пол ужасно громко скрипел, подбавляя уровень тревоги. Каждый второй-третий шаг Джон созывал хозяйку, все-таки в чужие владения ворвались, совесть, какая-никакая у нас имеется. Вот мы уже и на кухне. Не особо чисто, но дом жилой. Помещение теплое, утварь расставлена на всех поверхностях: миски с горстками растений, недоеденный ужин, книги в стопках и раскрытом состоянии. По всей видимости, и она знахарка, только жуть какая неаккуратная. Терпение было на исходе:

- Да не найдем мы тут никого, пес обманул. Видимо вышла она, по грибы. Давай подождем снаружи.

- Дома она, и не мешай! Слышишь? – и что я должна слышать? И без того сумасшедше страшно, а он потянул куда-то в сторону коридора. С каждым шагом хотелось бежать куда- подальше в лес, а он нагонял страху высказываниями:

- Внизу она! – и в каком низу? Зачем мы вообще сюда сунулись? Мало ему острых ощущений в жизни, еще и меня утянул, не пойми куда. Теперь еще и волочет за дверь, и судя по лестнице вниз – в хозяйский погреб. И там действительно слышались шоркающие шаги. Какой кошмар…подождать у двери не вышло, тянул ниже. Шансы, что я также вернусь на свет божий обратно наверх – таяли с каждым шагом. Учитывая романтичный лес, и прозвище хозяйки этих затхлых владений, молилась лишь о быстрой и не мучительной смерти. А Джону на все плевать, с высокой колокольни:

- Вечер добрый, хозяюшка! – спустились, идем куда-то к стеллажу с закатками, и вдруг - бабах. Между мной и Джоном образуется кочерга, которая направлялась в смелый затылок моего путеводителя. Джон быстро сориентировался, увернулся и схватил инвентарь, а вот я такой собранностью не обладала. Спотыкнулась, задела два глиняных горшка, и полетела с ними на пол. Сидя рассмотрела ту самую радушную хозяюшку. Страшно злая женщина, с вопиюще устрашающим выражением лица, огромными глазами полные злобы, оскал кривых зубов. Платье хоть и грязное, но не рваное. Неловкую ситуацию принялся разрешать Джон:

- И мы рады нашей встрече, по всей видимости, ворчунья Агафья?

- Да кто вы такие? Мерзкие и наглые бандиты. Как вы вообще меня нашли?

- Мы много наслышаны о вас. Встретиться с вами помогло жгучее желание и сильная целеустремленность. Мы отнюдь не бандиты, а отчаянная семейная пара.

- Пара, говоришь? А что ж, твоя суженная, немая? Явились сюда с этой напастью?

- Ну что вы…родная моя, иди сюда. – Подзывает «супруг» к себе. Подбежала, ради своей же жизни на волоске играю правдоподобную легенду как умею. Обнимаю, улыбаюсь, вступаю в диалог:

- Вы уж простите, что вот так без приглашения. Меня зовут Амелия, и мы по другому вопросу к вам пришли.

- А я Джон, может пообщаемся в более подходящем месте? – на лице старушки не проступило ни капли доверия. Лишь брезгливость и отвращение. Нехотя, но опустила кочергу и направляясь наверх обозначила:

- Просто так не пришли, и уйдете не сразу. И за что мне свалились вот такое долгожданное «счастье»? Мерзкие людишки…-ворчала еще что-то. Теперь понятно откуда у женщины странное прозвище.

Поднявшись наверх, она ворчала уже не на нас, а на мышей. Их я боялась не так сильно, как остальных животных. Как-то с детства бабушка приучила к тому, что это добрые соседи, и их надо уважать. Но у этой Агафьи мыши выполняли роль бытовых помощников. Те волшебным образом убирали пыль, паутину и грязь в доме. Второй мышиный отряд убирал посуду на кухне, остальной отряд разглядеть не смогла. Но судя по писку в доме, проживало не меньше пятидесяти особей. И надо же было их так приучить… Мне надо у Агафьи многому научиться, если та конечно согласиться.

А тем временем мы уселись за кухонным столом, нас отнюдь не гостеприимно принимали, угощали, не пойми чем. Странные корешки, зеленые корнеплоды неизвестного растения, желуди. Бог мой, желуди на завтрак. Видимо она нас за людей вообще не считала с таким то обилием угощений. Хоть чай имел относительно нормальный аромат, а вот вкус – полнейшая дрянь. Полынь, чистотел и сыворотка. Благо муженек подсунул флягу с чистой водой, без просьб и мольбы.

Пока я пыталась подкрепиться, муж вкратце описал нынешнюю ситуацию с пауками и намекнул о том, что хорошо бы было, чтобы Агафья помогла разрешить эту напасть. На что хозяйка ответила:

- Странные вы. Полоумные идиоты видимо, что отчаялись до таких мер. О проблеме вашей знаю, и уж тем более, где искать решение. Да вот только эта информация дорого дается, и не всем подряд. Так что уж соизвольте доказать, что вы не алчные проходимцы, а действительно те, кем вы,и так упорно притворяетесь.

- И как же нам заслужить вашу благосклонность, Агафья? – уточнил «супруг».

- Многого – не требуется. Соберите впрок шляпы мухоморов и желудей. А там посмотрим! – а не обманет ли она нас, доверия старушка совсем не вызывает. А выбор не велик, схватили льняные высокие льняные мешки и отправились на «завоевание доверия».

Ходим мы по лесу, ветки пинаю, размышляя сама с собой:

- Вот оно счастье, в льняном мешке! Ходить, собирать нелепую ерунду неизвестно еще и для каких целей – одному богу известно. Возьмет да и сварит нас на обед, вместе с этими чертовыми желудями, да мухомором закусит. Пока есть возможность надо придумать план Б, на всякий пожарный. Только собралась посовещаться с крылатыми друзьями, как молчаливый путеводитель вдруг соизволил начать диалог: