Морская невеста или Догони меня, Дракон!

29

Шум внизу становится громче и тревожнее с каждой секундой. К женским крикам добавляются сначала пьяные голоса моряков, которые порываются разобраться с тем, что творится «Под хвостом русалки», но почему-то не очень торопятся это делать. А затем я слышу и другие, совершенно новые голоса. Они звучат тверже, трезвее. А вместе с ними раздаются приказы и быстро приближающиеся шаги.

— Проклятье, — шепчу я.

Выломанная дверь в мою комнату не оставляет сомнений, что именно являлось источником шума. Мужчины, которые без сознания валяются на полу в спальне, тоже не добавляют мне очков доверия. Про громилу, который отключился от удара копытом в лоб, вообще молчу.

Он жив, надеюсь?

Привстаю с кровати, присматриваюсь… Бык точно жив: грудная клетка вздымается при каждом вдохе, моряк что-то невнятно бурчит под нос, но встать пока не может.

— Зачем ты это сделал? – осуждающе смотрю на перламутрика, который перетаптывается с ноги на ногу. – Ты мог его убить.

Конь, который до этого хоть немного выглядел виноватым, теперь фыркает и ржет.

— Ах, тебе плевать, значит?! Это бесчеловечно!

— Фы-р-р, — выдает тот и чуть отдаляет от меня вытянутую белую морду.

— А, ну точно, — вздыхаю я, вспомнив, с кем разговариваю.

Перламутрики – верные и умные животные. А этот еще и совсем молодой, судя по тому, что Ирме удалось запихнуть жеребца в жемчужину. Такой трюк возможно провернуть лишь со вчерашними жеребятами.

Однако перламутрик уже проявляет свойственные сородичам черты: гордость, стойкость и верность своему дому. А здесь, на суше, кто, если не я, ему ближе всего?

— Быстрее! Там какой-то шум! – кричат с лестницы приближающиеся солдаты.

Паника охватывает с новой силой.

Мне точно крышка!

Вокруг – полный хаос, а я в его центре. Когда моряки придут в себя, они точно поведают обо всем, что случилось. Больше ни для кого не будет тайной, что я русалка. Да и Маришка с ее девушками скоро очнется от моих чар, если не буду их обновлять. Тогда еще и хозяйка дома увеселений и все мои «коллеженьки» будут свидетельствовать против меня.

Даже представить боюсь, что тогда случится. В лучшем случае, накажут только меня. Не знаю… Заставят обратиться посреди улицы, а затем станут пытать сушей. Или просто кинут в темницу?

Но в худшем случае расплачиваться за мои проступки придется морскому народу. Ведь я принцесса, а значит – лицо Кораллового моря. Уродливое и пакостное лицо, как выяснилось…

— Тебе надо спрятаться, — шепчу коню. Он протестующе фырчит и бодает меня мордой в плечо. – У меня нет сил на побег. Ноги дрожат… Идти не смогу.

Я бы могла притвориться несгибаемой героиней, но это не так. Трезво оцениваю свои силы, и сейчас они где-то на уровне «вот-вот потеряю сознание». Ни колдовать, ни бежать не смогу. Нужна вода и долгий отдых, чтобы это исправить. А у меня в лучшем случае есть секунд тридцать прежде, чем сюда ворвется орава людей в форме.

— Я верну тебя обратно в ракушку. Может, сумею закинуть ее в воду, и тогда ты будешь свободен, — поясняю я, пока снова открываю ожерелье Ирмы.

Думаю, вернуть перламутрика в жемчужину можно тем же способом, которым его призвала. Собираюсь это сделать, чтобы спасти хоть кого-то из нас, но конь явно против.

У него на нас свои планы.

Я знала, что перламутрики сильные. Но не ожидала, что настолько!

Мой четвероногий спаситель вдруг наклоняется и зубами тянет меня за край платья ближе к краю кровати. Так, чтобы коню было удобно поднырнуть под меня, дабы оказалась на его спине.

— Что ты делаешь?! – взвизгиваю и хватаюсь за светлую гриву. Больше ничего не успеваю ни сказать, ни сделать, потому что мы скачем прямо в окно.

Точнее, летим в него одним мощным прыжком.

Звон разбитого стекла, мой крик и свист ветра в ушах. Я не вижу, с какой высоты мы падаем, потому что вокруг царит темнота ночи. И я рада, что ослеплена ее мглой, ведь иначе сердце бы точно выскочило из груди!

Все это так дико, так ново. Мало того, что я сбегаю из борделя от солдат, выпрыгнув на коне из окна третьего этажа, так это все еще и на суше!

В полете мне все же не удается удержаться верхом на перламутрике. Я слетаю с его спины, когда что-то начинает царапать кожу и будто стягивать меня со скакуна.

«Ветки. Мы прыгнули прямо на дерево!» — понимаю я.

Листва замедляет падение, пусть и приходится за это расплачиваться царапинами от веток по всему телу. Перламутрик где-то рядом ржет в панике, а потом обращается в пену и исчезает внутри ракушки. И к лучшему. Для нас двоих.

Я же готовлюсь к скорому удару о землю и жмурюсь в «предвкушении» тупой боли по всему телу. Скоро дерево отпускает меня, и я лечу вниз. Но вместо жесткой почвы падаю на что-то иное…

Точнее, на кого-то.

И этот кто-то теперь очень недовольно подо мной кряхтит.