Морские гребешки

34.

Его звали Златан, и он говорил про шибари.
Что это философия, а не садизм. Что сам он является чистым проводником, когда связывает человека, для которого это сродни медитации и поиск ответов на вопросы.
Для меня это было новостью, потому что на тот момент я уже видела, как люди делают друг другу верёвками очень больно, практикуя не просто пытку, а её пролонгирование. Ну и про разные травмы после. А кто-то думает, что шибари - это связать и трахнуть. Красавчики, вообще.
А тут вдруг - медитация? И да, у меня был вопрос. Когда он закончил лекцию, и все разошлись, я решила поговорить.
- Мне прям зашло, - говорю. - Свяжете меня? Ну, если захотите, конечно.
- Давай на ты.
- Давай.
- Хорошо, свяжу. А зачем тебе это?
- У меня есть вопрос.
- Завтра, с утра, придёшь?
- Хорошо, приду.

Утром меня трясло от волнения.
- Привет. Готова?
- Я никогда не буду готова.
- Мне нужно, чтобы ты стала готова.
- Хорошо, пошли.
- Вопрос - какой?
- Про уязвимость. Я хочу знать, как можно жить в состоянии уязвимости.
- Запреты?
Мы говорим про запреты - чего делать со мной нельзя. Чётко очерчиваю границы, без этой мутной невнятности а-ля "делай всё, что захочешь". Кивает, что, мол, понятно.

Тест на доверие - он хватает меня ладонью за шею. Шея - уязвимое место. Я отпрянываю слегка, несильно. Надо как-то довериться. Он - проводник. Я пришла за ответом. Я пытаюсь расслабиться. Здесь безопасное место, я сама захотела, мне страшно получить то, за чем я пришла, но когда это останавливало? Давай же, детка. Отдай контроль.
Он берёт моток верёвки, легко распускает её, дёрнув за конец, и обматывает мне руки в запястьях. И привязывает их к туловищу. Выключая моё сопротивление. Это не туго и, в общем-то, чисто символически даже, но оно отпускает меня, даёт отмашку, что думать-бояться-переживать достаточно. Вот твоя дверь с отгадками, иди и открой её. Просто впусти ответы, которые рядом. Вдох - выдох.
Я зажмурилась и увидела.
Структуру мира. Всё обрело трёхмерность, стало прозрачным, остались лишь атомы, между которыми была пустота и связи.
Что их держало вместе?
Я смотрела сквозь пол и маты, устилающие его, и не понимала, почему это всё так держится, не рассыпаясь в прах? В чём их дхарма, предназначение, почему эти атомы построились в виде бетонных плит, а эти - в синие мягкие маты?
И тогда я увидела тело. Там тоже всё держалось на связях. И при этом всё функционировало. Органы взаимодополняли друг друга, позволяя организму быть в гомеостазе. Всё двигалось, жило, и это тоже было удивительно - почему все эти атомы не только слепились в тело, причём исключительное, но оно ещё и было живым! Что их держит, какое ядро?
- Душа.
Это энергия?
- Всё есть энергия.
Я стала мысленно ощупывать всё. Кожа на пальцах звенела от ощущений. Я могу прикоснуться своими атомами к атомам этого синего коврика. Или шершавой верёвки. Почему ощущения разные?
За счёт чего всё такое разное?
Перед глазами замелькали яркие краски. Я могу видеть. Разный цвет. Вдыхать воздух, и он всосётся через альвеолы кислородом и побежит по венам внутри меня! Счастье какое - дышать!
Тут же пришло ощущение запаха. Я могу чуять. Могу ощущать. Я живая. Это так удивительно. Это - моё. Я могу, я здесь. Охуительно! Вау!
Перед глазами возникло странное, как вопрос:
- Сколько раз ты давала людям понять, как можешь нежно обнять их? Дотронуться. Дать Любовь. Ты же всё ждёшь этого. А сама?
Это было всё без укора сказано.

Тут же возникла сцена, где меня били.
А, прошлое, ну привет.
Люди так применяют свою способность взаимодействовать. Нежность? Ничуть не бывало.

Златан меня уже развязывал в тот момент.
Я уткнулась ему в плечо и зарыдала.
Он обнял меня и держал, пока я не измочила ему плечо слезами, выплакавшись до дна.
.......
О, это был не конец. Такие практики, похоже, имеют только начало.
В тот день я не смогла уехать домой из города, пошла к другу, у которого всегда ночевала в таких ситуациях, и мы... поругались.
- Я просто не хочу причинять тебе неудобства, - сказала я, топчась в прихожей.
- Что ты здесь тогда делаешь? - буркнул он.
И в полночь я оказалась на улице. В красном платье. Дул ледяной ветер, и шёл дождь. Я осознала, что мне некому больше звонить. Совсем, совершенно. Что мой телефон разряжен, денег нет, и сегодня суббота вечер - пик гуляния долбоёбов. К тому же я была адски, просто чертовски голодной.

Как тебе такое испытание уязвимостью, а?
Забегая вперёд, просто скажу, что я его выдержала. Это был ночной автостоп. Я приставала к людям - водителям разных машин на стоянках и автозаправках - и все мне отказывали. Я получала отказ за отказом, снова и снова, и кто-то даже не открывал окно, когда я подходила спросить. И тогда я шла вдоль дороги дальше. 60 км до дому. 10 часов пути. Только вот от ветра коленки заледенели. А так - ничего.

Потом я орала. В голос прямо орала. Никого же вокруг нет. Что мне все эти люди, которым похуй? Их для меня нет, как и меня для них.
За развязкой на стоянке машин были четверо дагестанцев - они сидели в старой четвёрке.
Спросила у них дорогу.
Уязвимость? Ага, она. Их было четверо, чёрт возьми. Я помню, как один из таких держал мою подругу Наташку на руках, вытянутых с балкона тринадцатого этажа. Она боялась высоты, он знал. Он хотел её заполучить вот так.
Дагестанцы меня не тронули, только двое вышли из машины, показали дорогу, и у них был странный, испуганный вид.
Снова развязка, крытый мост-переход, идущий поверху. Я спряталась там от ветра, сползла по стенке и стала рыдать от бессилия, растирая коленки руками. Уткнулась лицом в ладони.
Никому. Не было. До меня дела. Никто не хотел помочь. Мог. Могли, почти они все. Но не захотели.
Пока я рыдала, мимо прошёл какой-то парень. Он, не останавливаясь, спросил:
- Девушка, у Вас всё нормально?
Я отняла лицо от ладоней, но его уже как не бывало.

Дальше дороги перестали ветвиться, я нашла нужную и снова махала рукой. Машины мчались мимо, не притормаживая. Телефон сел. Ночной автостоп - это мрак, мне говорили, и всё же это было хуже, чем я представляла себе. Ладно, хоть дождь прекратился.
Я упорно стояла с вытянутой рукой, прося милостыню у мира. Мыж не привыкли просить, да? Мыж гордые. Мы всё сами, мы можем. Решай свои проблемы са-мо-сто-я-тель-но.
Ааааа..... Памагити.... Прошу.... Пажалыста....
Уязвимость. С меня сняли кожу и оставили замерзать, и ощущать, как безразличен, в сущности, мир. И как он чувствителен, если уметь просить.
Я обернулась и увидела, как ко мне задом подъезжает проехавшая было машина.
- До Гатчины довезёте? - хрипло спросила я в приоткрытое окно.
- Садитесь.
Водитель - мужчина средних лет - параллельно говорил по телефону с женщиной. Похоже, они ссорились. Он звал её приехать, она ревновала, и речь в том числе зашла обо мне.
- Женщина, стояла на остановке, - пояснял он. - Ты приедешь домой?
- Автобус последний не пришёл, - шептала я, жестикулируя.
В итоге она бросила трубку.
- Ну? - мужчина обернулся ко мне. - Не стрёмно так тормозить? Долбоёбов-то вокруг столько!
- Стрёмно, - созналась я. - Но мне только хорошие люди попадаются.
- А они бывают такие? Хорошие? - хмыкнул он.
- Конечно, - с жаром закивала я.
И мы надолго замолчали.
Он ехал не в Гатчину изначально.
Но он доехал туда, довёз.
И через час я уже была дома.
.......
Уязвимость. Это про умение отпустить контроль. Про храбрость остаться без толстой кожи. Перелинять. Сдаться всему тотально. Суметь просить, когда тебе отказывают раз за разом. Уметь всё равно просить.