морской узел и счастливый билет

пятая часть

Мулла выручает Анну

Встали Сергей и Анна рано, по давней привычке. Гимнастику никто и в будни не отменял, и тай-дзи, которым усиленно занималась Юйлань Ван не могло ждать. Было приятно смотреть на точные и резкие движения рук и ног девушки, которые летали, словно крылья бабочки. Ему было попроще, после того как поотжимался от пола, разогреваясь, принялся за дарёные четырёхпудовые гири. Движение за движением захватывало его, он чувствовал как мышцы наливаются силой. Прошло больше часа, и Юйлань заняла душ первой. Потом ополоснулся и Сергей.

Нет ничего лучше, чем приятная трапеза с утра. На столе был нарезан хлеб, масло и сыр и лежало по варёному яйцу на блюдечке.

- Садись, всё готово, - сказала девушка.

Он разлил ароматный чай, как вдруг в дверь квартиры позвонили. Стабров поднялся со стула, не понимая в чём дело. Было бы нечто срочное, ему позвонили бы по телефону с Петровки, как он это знал точно. Не особо думая, он положил в карман бархатной домашней куртки «браунинг» и подошёл к двери. Сергей открыл замок, оставив цепочку:

- Доброе утро, - поздоровался он. оглядев гостя.

- Доброе утро. Пустите меня в ваш дом, почтенный Сергей Петрович? Я мулла Ахмед, хотел бы с вами переговорить. Весьма, весьма важное дело.

Стабров слегка удивился, но дверь открыл и пустил раннего и незваного гостя. Мулла был с кожаной сумкой в руке. Приятный мужчина средних лет, в чалме, плаще с посохом в руке. Лицо сухощавое, с небольшой бородкой и усами, посетитель приветливо улыбался хозяину квартиры.

- Позавтракать не желаете? Чай горячий, - предложил хозяин.

- Благодарю вас, - ответил гость.

Анна всё слышала, и не мешкая, поставила и третий чайный прибор для посетителя.

- Садитесь. Чай, пышки, сыр? - предложил Сергей.

- Не откажусь.

Ахмед помыл руки, вытер их поданным полотенцем, и сел за стол. Все пили чай, никто не говорил ни слова. Мулла Ахмед заговорил, лишь когда все поели.

- Я смотрю, всё у вас хорошо, дорогой Сергей Петрович. Но вот, живёте с девушкой вне закона, - говорил он озабоченно, - Много говорят об этом среди татарской общины. Неправильно это, грех. По мусульманским законам, вы должны быть в браке. Она же ведь татарка, и было бы правильно, если бы вы жили соединившись перед Аллахом.

Стабров помолчал, ещё раз оглядел муллу, не понимая, глянул и на Юйлань. Начал припоминать слова в цирке, что мол он с татаркой пришёл на представление.

- Так не татарка она, а китаянка. Зовут её Юйлань Ван, - спокойно рассказывал Стабров, - но спасибо, что заботитесь обо мне и девушке.

- Так и есть, почтенный, - добавила китаянка, - из Китая я, моё имя Юйлань. Родных китайские боксёры убили.

Гость не показал вида, лишь кивнул в ответ, соглашаясь со словами хозяина дома.

- Но всё равно, почтенный, вы должны жить в освященном браке. Такой больший чиновник. Офицер. Должны быть примером нашим обывателям.

- Согласен. Только съездим к отцу и матери, благословят.

- Пойду я, рад что зашёл к такому почтенному, разумному человеку. Вы ведь и на такой важной службе .

Мулла Ахмед не спеша вышел в прихожую, а Стабров проводил гостя.

Сергей убрал пистолет из кармана, спрятав в ящик дубового комода. Он со вздохом сел, и с улыбкой посмотрел на Юйлань.

- Ну что, татарка, замуж за меня пойдёшь?

- Подумаю ещё...- проворчала она, - если у тебя на калым денег хватит.

Ещё один субъект

Коляска рано приехала за Стабровым, на сиденье уже сидел неугомонный Девяткин. Как всегда, хорошо одетый помошник был в отличном настроении.

- Доброе утро, Сергей Петрович.

- На Милютинский поехали, ситуация сложная намечается. Минакову я отзвонился, он поедет в трамвайное депо с билетом, который нашли в квартире убитых телефонисток.

- Вы говорят, - пряча улыбку, ехидно говорил помошник, - на татарке женитесь?

- Да хоть бы и так, господин Девяткин, - резко отвечал начальник, - Имею право, собственно.

- Да мы о Анне беспокоимся...Вся полицейская часть переживает...

И укоризненно посмотрел на начальника, даже два раза горестно вздохнул. Полицейский чиновник довольно уверенно сел в повозку, даже не посмотрел больше на развеселившегося Девяткина. Стабров только вздохнул, вспоминая свою родную деревню в Орловской области. Там, наверное, и то, не сразу всё бы узнали. С кем он встречается, как зовут, да откуда девушка, татарка там, китаянка или, может быть, даже из Германии.

Полицейский чиновник с некоторым облегчением покинул уютное сиденье, и быстро подошёл к Валиулину, подметавшему мостовую. Татарин деловито поливал булыжник из лейки, и грязь под метлой не вилась столбом, как у других. Нет, господин Шнейдер был толковый начальник, и работники у него хваткие. Да, конечно, смотреть, как работают другие, всегда занимательно, но надо и самому трудится, и полицейский подошёл ещё ближе.

- Ванир Ренатович, опять мы к вам. По поводу офицера, приезжавшего к Аглае.

- Добрый день, ваше благородие. Помню, сам вам говорил. Так служба у меня такая, всё замечать, да докладывать, - и он гордо поправил бляху на фартуке, - давайте, присядем.

Они присели втроём, Девяткин по привычке обошёл двор, проверяя, нет ли засады, стрелков или террористов. Не мог отвыкнуть с 1905 года, тех страшных боёв в Москве.

- Ну давайте, с пятницы начните. Ничего не упускайте, все мелочи могут быть важны...

***

Он вернулся из мечети, с праздничной пятничной молитвы и продолжал свою работу. Дело есть всегда, да надо и за порядком ему присматривать, чтобы околоточному было что доложить. Всякое бывает, хотя лихих людей давно никто не видел. Да и праздношатающихся не было, всё же полиции здесь много. Но вот, прикатил в коляске офицер, моряк. Ванир с удовольствием поклонился приятному человеку, тот в ответ коснулся двумя пальцами фуражки.

- Ванир, Аглая уже пришла со службы? - спросил гость.