Мост Фортуны.

Глава вторая. Знакомый незнакомец.

 Теперь я шла не торопясь, спешить мне было абсолютно некуда.  Я не плакала, мой мозг почему-то сразу принял свалившуюся на меня реальность. Всеми силами я старалась прогнать прочь панику, которая все порывалась запрыгнуть на меня подобно огромной темно-зеленой жабе. Дрожащая словно отвратительный студень жаба-паника грозилась похоронить мое самообладание под своими необъятными габаритами.

Что-бы успокоиться я принялась рассматривать дома, украдкой разглядывала прохожих, читала вывески с непривычным текстом, всякий раз спотыкаясь о суровый твердый знак в конце каждого слова.

Город был знакомым незнакомцем. Улицы казалось стали просторней, прохожие были забавными в своих странных зимних одеждах. Женщины в теплых, пуховых платках или же в нарядных шерстяных шалях, мужчины в тулупах и тулупчиках, в валенках с калошами, в меховых шапках.  Проезжающие мимо лошади запряженные в сани или в крытые повозки пугали меня до дрожи в коленях. Крепкие зеленовато-желтые орехи, которые исходя белесым паром на морозном воздухе, вдруг непринужденно сыпались из-под лошадиных хвостов, заставляли меня стыдливо отводить глаза.

Я дошла до перекрестка и задумчиво потопталась на месте. Ноги сильно замерзли в моих щегольских сапожках, хотелось есть и пить, ведь позавтракать сегодня утром я так и не успела. Нос уловил запах жареных пирожков, и я словно под гипнозом двинулась в ту сторону которая так божественно, умопомрачающе благоухала. Пройдя несколько метров, я поняла, что двигаюсь прямо к городскому базару. Я невольно улыбнулась. Ну конечно же! Базар - вот, что является сердцем каждого города! На базаре обсуждаются свежие новости, передаются из уст в уста сплетни, муссируются различные слухи. Мне сейчас наверное нужен именно он!

Издалека я увидела высокие кирпичные, полукруглые арки. Они радостно выделялись на белом фоне заснеженных деревьев и крыш своим тягучим густо-красным цветом, словно замерзли на зимнем морозе. Из новеньких, ярких кирпичей на самом верху были выложены такие знакомые мне цифры - год когда искусные руки каменщиков соорудили это настоящее чудо зодчества. Цифры была мне до боли знакомые, почти родные, ведь за свою жизнь видела их всякий раз когда приходила на рынок. Правда я привыкла видеть их то белыми, то бледно желтыми, то голубоватыми от побелки. Они с течением времени словно разбухали и смазывались.

Но именно сейчас они резали морозный воздух острыми гранями темно-красных, нарядных кирпичей, навеки фиксируя год постройки базарных ворот - 1875 .

Я остановилась и выдохнула. Ну вот теперь я примерно знаю в какую эпоху занес меня коварный мост. Судя по свежей кладке,  по радостному цвету еще не успевших запылиться кирпичей, одна большая центральная и две боковых арки были построенные не так давно. Значит я попала в эпоху... Закусила губу и наморщила лоб, всеми силами стараясь вспомнить, что либо про это время. К своей радости, порывшись в сундуке своей памяти, я извлекла достаточно много информации. Все таки не прошли даром годы учебы в институте и тот короткий период когда до своего замужества я преподавала историю в школе.

Мне нравилась моя профессия, но она не понравилась Димке. Он тогда, на заре нашей совместной жизни ревновал меня буквально к столбу, именно так выразилась Серафима, когда ругала меня за очередную уступку мужу. Ведь это именно он нашел мне "тепленькое" место в библиотеке. Подальше от коллег мужчин и от великовозрастных учеников. Мне было смешно, какие ученики? Какие в школе мужчины? Ну разве, что седой, старый директор, да физрук у которого только соревнования на уме.  Как-то Дима, проговорился,что я себя со стороны не вижу. С такой внешностью мне лучше дома сидеть или же среди книжек, так ему гораздо спокойнее будет.

Я конечно выбрала общество книг.  В роли хронической домохозяйки, мне было слишком скучно. Дима часто приезжал ко мне на работу, тогда он говорил, что скучает, теперь я думаю, что он меня контролировал. А, что меня конролировать? Я своего мужа без памяти любила. Димка, он же такой благородный, такой красивый, такой честный! Успешность и богатство он своим трудом заработал, загородный дом, квартира в новостройке, автомобиль. Он говорил, что для будущих детей старается, наши дети должны иметь все самое лучшее. Время шло, имущества и денег у нас становилось все больше, а любви все меньше... На третий год нашей совместной жизни Димка, забил тревогу. Почему это у нас дети не получаются? Трудимся над этим вопросом можно сказать дни и ночи, еще и утро прихватываем, а детки упорно не желают цепляться.

Обследовались... Все у нас хорошо. Димка здоров, как тот бык, ну который осеменителем работает... Я тоже вполне себе женщина репродуктивная, способная род свой продолжить, а детки пополнять нашу семью не спешат... Несовместимость, разве такое возможно? Мы любим друг друга, мы понимаем друг друга с полуслова и с полувзгляда, а у нас несовместимоть?

Я даже не заметила когда Димка задумчивым стал, а когда заметила поздно было... С Кристиной они за один раз совместились. Муж плакал, говорил, что все по пьяни случилось и Кристина уж очень активной была в тот злополучный вечер, когда я на работе с отчетом задержалась. А моя лучшая подруга, злорадно хихикая, визгливым шепотом убеждала меня не стоять на их пути, ведь пусть и не любит ее Димка, но против ребенка не попрет. А мне, пустоцвету безнадежному надо в сторонку отойти, а лучше съехать в родительскую квартиру из загородного дома, ведь куда она своего ребенка принесет?

Я и съехала, прихватила с собой кота и опять поселилась в родной хрущевке. Хорошо, что родителей уже нет. Моя беда и мои слезы достались только сердобольной Серафиме. Димка кричал, что развод не даст мне, только в том случае это случится, если небо рухнет. А оно и рухнуло сегодня. Я горько усмехнулась и подняла глаза к серому небу, ведь сейчас надо мной оно совсем другое, не то под которым вся моя прошлая жизнь осталась...

- Барыня, ты бы в сторонку отошла, что столбом застыла? - грубый голос вернул меня на землю, острый локоть высокой, чернявой  женщины в ярко-синей, как и ее глаза шали, по которой цвели-полыхали красные розы, достаточно больно ткнулся мне в бок.