Мотив для похищения принцессы

Глава восемнадцатая

С напутствием графини Джон Гордон, Дейр Соррен и Шорр Кан вышли под блеклый свет местного солнца, которое ничего не освещало, а только не давало теням скал, тьме ущелий и каньонов заполонить весь мир. Для летящей платформы ущелья и каньоны проблемы не представляли, и отважные путники резво летели в противоположную от города х’харнов сторону. Никакой жизни не было и в помине. Только камни и вода. Вода и камни, свет и тень. Причем, скорее тень, чем свет. Так прошло время. Гордон пытался установить мысленный контакт с таинственными аборигенами планеты, но те, видимо не желали с ним связываться, храня призрачные тайны своих призрачных натур. Наконец Гордон не выдержал.

– Мне кажется, что сегодня ничего не выйдет, – прошептал он.

Шепот разнесся над каменистой планетой.

– Не выйдет, не выйдет, – отозвалось мрачным пророчеством эхо.

– Да, – ответил Шорр Кан, – мне тоже кажется, что надо возвращаться. Что-то тут не так. И на нервы действует.

И только он это сказал, как у тележки вдруг перестала работать антигравитационная платформа, и они полетели вниз гораздо быстрее, чем кому-нибудь из них хотелось бы. Стремительно приближалось, посверкивая водной гладью, дно каньона. Гордон еле успел включить аварийное торможение. Тележка плавно опустилась на воду. Вверх уходили, тускло поблескивая каменные стены каньона.

– Попались, – констатировал Шорр Кан.

Осмотревшись, путники поняли, что это никакой не каньон, а просто трещина в каменистой поверхности. И выход из нее только один – вверх. Связь, ясное дело, не работала, чтобы проблему нельзя было решить слишком просто.

– Утесы вблизи не такие гладкие, как кажется издали, – сказал Дейр Соррен. – Я думаю, что надо только обвязаться веревками и быть очень внимательными.

Поскольку другого выхода не предвиделось, то пришлось согласиться с таким оптимистическим подходом. Но воплотить Дейровы рекомендации в жизнь оказалось не так-то просто. Магнитные присоски не держали. Металла здесь не было. Вакуумные присоски отказывали в самый неподходящий момент. Но невероятные усилия и, главное, отсутствие альтернативы делали невозможное. Дилетанты-скалолазы продвигались вперед. На середине подъема Гордон таки сорвался и повис на веревке. Как назло именно в том месте ему никак не удавалось найти опору. Он раскачивался, ожидая, что из-за него сорвутся все трое. Выход был ему прекрасно известен из прочитанных в детстве приключенческих книг. Землянин вытащил из-за пояса нож и со словами «я умею плавать и подожду вас внизу», попытался перерезать веревку.

– Да ты что, Джон, не сходи с ума – услышал он взволнованный голос Дейра Сорена – подожди секунду, мы тебя вытащим. Только не делай глупостей. Здесь какая-то пещера.

И его быстро подтянули наверх, он за что-то зацепился и, орудуя лазером, вырезал себе ступеньки, чтобы облегчить товарищам трудное дело вытягивания оступившегося товарища. Больше никто равновесия не терял. Неровности и трещины в камнях держали надежно. Под конец появилось даже что-то вроде тропинки наверх. Когда все трое вылезли из расщелины наверх, то они не могли некоторое время ничего сказать. В динамиках костюмов раздавался только хрип или свист – то, что заменило незадачливым альпинистам первоначально хриплое дыхание. Наконец вдох и выдох перестали причинять боль.

– Нам нужно спешить, – хрипло сказал Гордон, – У меня такое ощущение, что основные события происходят не здесь.

Его поняли сразу. Но не так-то просто это оказалось – спешить. Количество расщелин повергало в ужас. Лишь немногие удавалось перепрыгнуть. Остальные надо было обходить. Вверх, вниз, прыжок, снова вверх. Шорр Канн споткнулся и, ругаясь, полетел вниз в груде щебня. Далеко он не пролетел, спасла страховка, но встал не сразу. Встревоженные спутники услышали, что все в порядке, но дальше Шорр Кан хромал. Уже на закате здешнего солнца путники добрели до корабля. Он возник внезапно, после того, как им удалось обогнуть каменный выступ. Все трое замерли. Корабль был освещен мертвенно-синим светом, цветом опасности. Сигнал того, что на корабле не просто что-то не в порядке, а он в смертельной опасности. Гордон бессильно прислонился к скале, которую они только что обогнули. Шорр Кан рухнул на камень рядом.

– Нужно прорваться на корабль, – без всякого энтузиазма предложил Гордон, – если им удалось захватить корабль, то мы погибли.

– Ну уж нет, – яростно прохрипел Шорр Кан, не вставая, – главное сейчас – сохранить жизнь, а потом упомянутым вами «им» придется еще долго упрашивать меня, улететь восвояси на этом корабле.

Дейр Соррен, как обычно, молчал, а у Гордона не было сил спорить с Шорр Каном, а, тем более, устраивать атаку с целью отбить корабль. Все трое пытались отдышаться и собраться с силами. Внезапно синий сигнал сменился лиловым сигналом «внимание», затем зеленым «все в порядке», и, наконец, иллюминация погасла. Это была условленная отмена тревоги. Ничего больше не обсуждая, все трое рванулись к кораблю. Было тихо. Никаких предсмертных стонов, потоков крови, хаоса и разрушения. Шорр Кан открыл дверь каюты своей жены. Там никого не было. Тогда Гордон распахнул дверь кают-компании и без всяких мер предосторожности шагнул вперед. В кают-компании все было как всегда, если не считать того, что там тоже никого из людей не было, а в распахнутую дверь в рубку он увидел Хелл Беррела, который опустив голову, стоял на коленях перед пультом управления. Услышав шум и грохот, капитан повернул голову к ворвавшимся друзьям и попытался встать. Гордон едва успел его подхватить.