Моя богиня, моя кицунэ

Глава 1. Золотое платье

1637 год, Япония, остров Кюсю

Леди Амалия Орлетон устала ждать.

Падре Фернанду всё обещал ей, что во дворец даймё – местного правителя – они поедут завтра. Но он говорил это вот уже две недели кряду…

Она решит свою проблему сама. Она – знатная дама, которую принимали при своем дворе и английский король Карл Первый, и французский король Людовик Тринадцатый.

Примет ее и Кадзухиро Фудзивара – владыка провинции Энкацу на острове Кюсю.

Падре Фернанду, португальский католический миссионер, отлучился в город. Значит, она может взять его экипаж. И его входную позолоченную бирку – пропуск во дворец даймё.

Амалия уже три месяца жила в Японии и немного освоила чужой язык. Она подготовила небольшую речь. Просьба ее очень проста – вернуть ее корабль, освободить английских моряков из тюрьмы и дать возможность покинуть эту непонятную страну. Ведь она не должна быть здесь, она попала сюда случайно…

Поднимаясь ко входу во дворец, Амалия решительно скинула свой черный плащ и оставила его лежать на ступеньках.

Леди Орлетон просто протянула бирку стражникам, не удостоив их взглядом. И ей показалось, что огромные красные двери во дворец распахнулись сами.

Она решительно ступила внутрь, в полумрак длинного коридора.

К красивым женщинам всегда относятся благосклонно. Особенно если они богато одеты.

А она, Амалия Орлетон – молода и красива. И на ней – восхитительное платье из золотого шелка – муара.

Тонкая талия затянута в корсет, глубокое декольте, пышные юбки, крошечные рукава-буфы, обнажающие плечи. Никаких кружев или прочих украшений – и платье кажется отлитым из чистого золота. А длинный шлейф тянется, словно золотая река. И даже в таком полумраке – платье сияет.

В этом платье она добилась у Людовика Тринадцатого прощения для своего свекра – английского посла во Франции, и тот смог остаться на своем посту.

В этом платье она и при английском дворе была весьма заметна.

А довершают образ ее волосы: пышные, волнистые, приятного медового оттенка. Амалия не смогла сделать себе сложную прическу – лишь немного заколола несколько прядей, но так даже лучше. И теперь ее волосы спадали красивой волной и оттеняли золотой шелк платья.

В конце коридора были еще одни красные двери – они-то и вели в тронный зал.

Да, здесь ее не ждут. Но и Золушку на балу тоже не ждали, а когда она появилась – все обомлели.

Надо просто идти вперед. Она знатная дама, она умеет идти с королевской осанкой и горделивым уверенным взглядом. Правитель, конечно же, восседает на троне в глубине зала – он ей и нужен.

В зале явно проходил какой-то совет. Два десятка чиновников сидели на полу, симметрично расположившись в правой и левой части зала. Между ними было свободное пространство, ведущее к трону.

Кажется, все одновременно замолчали, когда увидели ее. Амалия так и хотела. Стало настолько тихо, что она могла даже слышать шелест шлейфа своего великолепного платья.

Амалия шла медленно, как будто плыла. Остановилась перед самыми ступеньками, ведущими к трону. Присела в глубоком реверансе.

В зале по-прежнему стояла тишина. Леди Орлетон поднялась и бегло изучила глазами тех, кто находился выше нее. Их было трое.

В центре, на троне сидел почтенный старец в бордовых шелковых одеждах. Должно быть, это и есть сам даймё – Кадзухиро Фудзивара. На вид ему было лет восемьдесят, длинные седые волосы были частично собраны в пучок на макушке. Лицо его выглядело благородно и величественно, и в молодости этот владыка был явно очень красив. Но выглядел он странно. Сидел неподвижно, как статуя, и взгляд его был направлен на Амалию – но он смотрел сквозь нее и как будто спал с открытыми глазами.

Справа от трона стоял мужчина помоложе – лет пятидесяти, полноватый, с округлым лицом. Глаза его были узкими, как щелки, едва заметными в складках пухлых щек. Он тоже смотрел на нее – явно с любопытством. Наверно, это главный советник, потому что одет он был как те чиновники, что сидели на полу в тронном зале.

Слева от трона стоял совсем молодой мужчина, одетый как самурай. В черном кимоно, черных штанах-хакама и с двумя мечами за поясом. Лицом он был очень похож на дайме Фудзивара. Его сын? Местный принц?

Поскольку пауза слишком затянулась, Амалия набрала побольше воздуха в легкие и приготовилась произнести свою речь. И тут неожиданно вниз по ступенькам сбежал тот самый принц-самурай. Он рухнул перед ней на колени, сложил руки в молитвенной позе и произнес:

– Это чудо! Я не думал, что достоин такого счастья!

Амалия растерялась и совершенно ничего не поняла. Принц поднял на нее взгляд: его большие черные глаза светились от восторга. Он так же неожиданно встал с колен и продолжил:

– Прекрасная богиня Аматэрасу, ты явилась сюда во плоти, ты снизошла до нас, смертных…

За свои двадцать пять лет Амалия слышала немало лестных комплиментов от мужчин, но вот богиней ее еще не называли. Тем более так серьезно.

«Я вовсе не богиня, а гостья из далекой страны», – приготовилась было произнести Амалия. Но слова застряли у нее в горле. Возможно, из-за взгляда этого чужеземного принца, который буквально прожигал ее глазами.

И вдруг восторженное выражение слетело с лица принца и он напрягся.

– Зеленые глаза… Нет, ты не можешь быть богиней! Это глаза демона.

Амалия растерялась еще больше, а принц отступил на шаг назад. Миг назад его лицо светилось от счастья, а теперь его перекосило гневом.

– Ты кицунэ! Ты приняла облик богини, чтобы обмануть нас всех и убить нашего даймё!

Принц молниеносно вынул меч из ножен и замахнулся на Амалию…