Моя дочь от тебя

12.

— Что-то случилось? — спросил он, заметив, как забегали мои глаза, пока я пыталась понять, как же выкрутиться. Но вариант тут только один, и я, естественно, быстро приняла верное решение.

— Я буду, конечно, — ответила я, навесив на лицо вежливую улыбку. — Не беспокойтесь, всё сниму в лучшем виде.
Работа есть работа, а все личные переживания мне придется учиться оставлять за дверью. Я привыкла быть с Аней почти каждый день рядом и, конечно, сейчас пока слишком остро воспринимаю разлуку с ней и отсутствие возможности быть с ней и поддержать дочку на таком первом осознанном празднике, где она будет читать Дедушке Морозу не три строчки стишка, а уже целое стихотворение, которое мы с ней прилежно учили вечерами. Ну что ж… Посмотрю по фото и видео в чате родителей в мессенджере. Попрошу их снять Анечку. Не всегда всё получается, как мы того хотим, увы. Таковы реалии жизни.

— Только камеры хорошей у меня нет, — поспешно добавила я, вспомнив наглухо разбитый модуль камеры в стареньком телефоне, который к тому же еще и зависнуть мог и не снять дорогое сердцу Саши мероприятие. Мне ли не понимать его в этом вопросе…

— Камеру я вам выдам, — ответил он, когда мы уже ехали в машине обратно в дом, где мне предстояло изучить расписание дня мальчика, где что находится в доме. В общем, перенять эстафету, так сказать, “няньства”. — У нас есть хорошая камера для подобных событий.

Кто бы сомневался, что у них есть такая камера! Сложно найти то, чего в этом доме не найдется. Не семья, а прямо маленькая Греция — найдется всё!

— Только не разбейте ее, — покосился мужчина на меня, а потом опустил глаза на мои руки.

Что он так смотрит? Руки у меня, что ли, кривые лапы напоминают и недостаточно хороши для его камеры?

Я уж и сама догадалась, что его камеру бить не стоит, лучше даже свою голову разбить, чем дорогущую зеркалку Баженова. За нее потом вовек не расплатиться. Я, конечно, не ас фотографии и видео, но примерно понимаю, в каком ценовом сегменте такой бизнесмен, как Александр Баженов, приобретает себе игрушки. Мне на такую год копить, и не скопить.

— Почему вы так смотрите? — не удержалась я.

— У вас такие маленькие руки…

— Которыми, по-вашему, я не в состоянии удержать вашу дорогую зеркалку? — снова не сдержалась я.

— Да нет, я… — закашлялся он. Именно это он и подумал, у него на лбу бегущей красной строкой загорелся вопрос: Как такими маленькими кривыми лапками можно вообще что-то держать? — А почему вы решили, что это зеркалка?

— Ну не мыльница же.

— Мыльница? — не понял Саша.

— Ну раньше такие были фотоаппараты, не помните? С пленкой. Их называли мыльницами. Они были дешевыми и почти в каждой семье имелись. У нас тоже такой был.

— А-а… — протянул он. — Да, как-то уже совсем забыл. У нас такой был очень давно. Потом на смену им пришли первые цифровые. И мы приобрели такой.

Ну конечно. А мы вот себе цифровой так и не смогли позволить. Все фото сделаны на телефоны уже нового поколения. Ну, или на мыльницу, которая жива по сей день у нас… Только пленок уже к ней не делают на данный момент.

Я не то чтобы виню Сашу за его достаток. Просто даже такая мелочь, как фотоаппарат, лишь подчеркнула пропасть между нами и то, насколько мы с ним разные, словно из параллельных миров.

— Значит, вы разбираетесь в фотоаппаратах? — спросил он, когда молчание затянулось.

Саша так красиво и уверенно вел машину, сжимая сильными руками руль, что я невольно загляделась на это действие. Красивый мужчина красиво ведет красивый автомобиль — что может быть сексуальнее?

Но слюнки мне пришлось немедленно собрать обратно. Не хватало еще, чтобы мой новый работодатель подумал, что я им увлечена. Еще выгонит меня, а этого никак нельзя допускать. Теперь, получив это место, я готова была зубами за него держаться — маму надо было спасать, да и счета с долгами только увеличивались каждый месяц…

— Ну, я не профи, конечно, — ответила я, заставив себя оторвать взгляд от мужественных рук и смотреть вперед, на праздничный пейзаж за окном. На календаре уже двадцать пятое декабря. — Но знаю, что зеркалки в плане съемки хорошие. Не беспокойтесь, я умею с ними обращаться. Доводилось попользоваться чужой.

— Понятно, — потерял он ко мне всякий интерес и стал слушать новости по радио.

Так мы и доехали до дома Максима.

— Кларисса будет ждать вас внутри, чтобы проинструктировать, — повернулся ко мне Саша, не заглушая мотора. — Слушайте всё внимательно, потому что завтра бывшая няня Максима уже не сможет вам помочь.

— Да, хорошо, — кивнула я, закидывая сумку на плечо. — Вам не о чем беспокоиться, Александр Николаевич. Хорошего вам дня! Спасибо, что подвезли.

Я вышла из машины и захлопнула за собой дверь салона.

Авто тут же сорвалось с места и, скрипя шинами по снегу, умчалось вдаль.

Я проводила его взглядом и пошла в сторону дома.

Я со всей серьезностью отнеслась к этой должности и буду стараться выполнять эту работу достойно. И пусть это всего лишь няня, но сколько в этой работе нюансов, сколько всего нужно помнить и везде всё успевать, я даже и не предполагала, пока сама не начала вариться в этом.

Очень надеюсь, что у меня всё получится, ведь раньше няней я никогда не работала.

А еще я очень волновалась перед разговором с Сашей.

Я планировала дождаться его с работы сегодня и поговорить насчет аванса. Он сам мне его обещал, а мама так страдает без новых лекарств.

Гордость — это хорошо, но не в моем случае.

Надеюсь, что Баженов еще не успел зачерстветь сердцем и не посчитает слишком большой наглостью, когда я озвучу ему свою просьбу…