Моя драгоценная гнома

7

Этот день был удачным на покупателей, и вечером я в очередной раз отправилась за телячьими отбивными. В лавке кроме хозяина крутилась и его дочь – Свиора, и только она меня увидела, как принялась трещать, словно сорока:

- Слышал новость, Эрм?! Конечно не слышал! Сидишь дома, как затворник, и не знаешь, что в мире делается!

- Что там опять? – проворчала я, стараясь говорить хмуро и грубо, как полагается гному.

Отсутствие бороды делало меня в глазах остальных гномов почти мальчишкой, но девицы уже посматривали. Я считала, что виной тому – баснословные богатства, которые приписывали нам с отцом. Дескать, ювелиры, у которых всегда лучшие камешки на любой вкус – да у них золото по сточным канавам течет.

Но Свиора старалась больше всех. Пыш рассказывал, она хвалилась подругам, что приглядела меня еще в колыбели. Вранье, конечно. Мы с папашей жили в этом городе не так давно. И если бы Свиора увидела меня в колыбели, то больше не строила бы глазки. Я втайне потешалась над глупой девицей, но она, сама того не ведая, помогала мне поддерживать легенду лихого заправского гнома.

И вот теперь она страсно желала рассказать новости, до которых мне не было никакого дела. Но ее папаша мясник Виндальв еще заворачивал отбивные, и пришлось слушать.

- Герцог Асгобер объявил всеобщий бал! – Свиора чуть не прыгала.

- Нас туда все равно не позовут, было бы чему радоваться, - буркнула я.

- Бал устраивают по случаю помолвки принца Дагобера, - сказала гнома, ничуть не обидевшись. – Он выберет себе в жены самую красивую девушку королевства, и праздники будут целый месяц! Как бы я хотела быть в это время в столице! Свадьба! Это так волнительно!..

При этом она посматривала на меня со значением, и я без труда догадалась, на что она намекает.

- Ничего волнительного, - отрезала я, и теперь мне даже не надо было стараться, чтобы придать голосу резкости, и физиономии – хмурости. Все получилось само собой. – Вот и кончатся счастливые денечки принца Дагобера. Сначала свадьба, потом жена, дети - и прощай счастливая жизнь.

Виндальв оглушительно расхохотался, а Свиора фыркнула и ушла, зло стуча каблуками.

- Ты подумай, все-таки, Эрм, - сказал мясник, подавая мне отбивные, завернутые в чистую тряпку, а потом в мешковину. – Дочка-то у меня – что надо. И приданое за ней дам, чтобы не стыдно было.

- Сначала мне надо папашу женить, - отрезала я. – А то как я его одного оставлю? Поможешь найти невесту? Молодую и красивую? На другую папаша не согласен.

Виндальв снова захохотал и достал тесак, чтобы разделать тушку кролика.

Я не стала задерживаться, и стрелой вылетела из лавки.

Вот так новость. Принц Дагобер решил найти красотку себе под стать и устроил смотрины. Противно! Значит, рассчитывает, что будут эльфийки лучше Белладонны и Розалинды. Одну раздел, а жениться решил на другой. Бесстыжий кот. Но принцам ведь все можно, им все простят. Я растравляла обиды, хотя мне должно было наплевать, кого там раздевает принц. Но в груди так и бурлило от злости и… печали. И именно поэтому я не заметила, как дорогу мне преградили Морни и его дружки.

- Привет, Эрм!

- Привет, - буркнула я, пытаясь его обойти, но Морни встал поперек дороги, да еще сделал шаг в сторону, чтобы снова оказаться у меня на пути.

Я подавила вздох, понимая, кто этому причиной. Все знали, что Морни приударял за Свиорой. Ну, как приударял? Учитывая, что он двух слов связать не мог, скорее всего, приударял жестами. И вряд ли Свиоре это очень уж нравилось.

- Чего надо? – спросила я, останавливаясь, хотя и так было ясно – чего надо.

Прощайте отбивные, спасибо папаше за мою счастливую юность.

- Ты чего здесь крутишься? – спросил Морни грозно. – К Свиорке ходил?

- Нет, за отбивными, - ответила я вежливо.

Морни был повыше меня и пошире в плечах, и борода у него уже пробивалась, и за ним стояли еще трое крепких гномов, но мне почему-то не было страшно. Наоборот, так и тянуло вмазать кому-нибудь. Скорее всего, у них тоже настроение было не лучше.

Пока Морни соображал, что ответить, я ткнула пальцем в одного из его дружков – Барнаби, сыночка ювелира, что недавно приходил к нам. Решил, значит, поквитаться за все разом – и другу помочь, и самому душой успокоиться.

- А ты, Барнаби, чего там прячешься? – спросила я. – Пришел мстить за вывеску? Так не стесняйся. Решили морду бить - начинайте, не тяните. Только я вам уже устал говорить, что не нужна мне Свиорка и…

Так и не придумав, что ответить, Морни перешел к убеждениям посредством кулаков. От первого удара я увернулась и с размаху припечатала отбивными Морни по физиономии. И весомо, и мягко.

Барнаби подскочил и наподдал меня по ребрам – больно, ничего не скажешь, и за это получил в глаз. И ему-то я ударила со всем вдохновением– кулаком, а не свертком с мясом.

Но тут на меня навалились сразу двое, и один – сто рогов ему под дыхло! – так пнул меня по коленной чашечке, что я взвыла и рухнула на мостовую.

Морни от души пнул меня еще пару раз, но в это время из лавки выскочила Свиора и набросилась на него с веником. Мясник тоже выбежал и разразился такими проклятиями, что победа немедленно заявила, что она с нами. Морни и его друзья позорно бежали, гонимые веником и ругательствами, а Виндальв помог мне подняться. Я хромала и сильно подозревала, что проклятые влюбленные оболтусы ногу мне сломали.