"Моя головная боль" и "мой кошмар".

Глава1

Омер

Выхожу из самолёта в Турции.

Оххх... ну что за красота?! Было бы хорошо, если бы я приехал для более приятных вещей. Но так как я накосячил, надо другу помогать. Надо найти его сбежавшую незнакомку.

Так-так-так, может, и я найду себе тут ту самую?! Смешно даже, «ту самую». Зачем так усложнять себе жизнь, когда можно с кайфом жить со многими?

Присвистывая, опустив очки на нос, наблюдаю за красавицами. Оххх, сколько их тут, прямо глаза разбегаются. А я из аэропорта ещё не вышел. Мне нравится, чёрт возьми, очень нравится здесь.

Так-так, багаж, багажик, где у нас тут? Офигеть, какая цыпочка! Надел очки на голову и смотрю. Брюнетка, длинные волосы, стройная. А ноги, мммм... прям от ушей. Прямо передо мной в очереди. Думаю, тоже издалека. Там, откуда она прилетела, не так жарко было. Платье хоть и не тонкое, но её аппетитные формы не скрываются.

Присвистываю снова, глядя на проходящую мимо красотку. Меня толкают на два шага назад, и между мной и этой девушкой в очереди проходит мужчина, с кучей вещей в руках. Он только прошёл, и я возвращаюсь на своё место. Краем глаза замечаю, какая-то длинная палка, торчащая из вещей мужчины, касается её попки. Девушка поворачивает голову ко мне, недоуменно, не замечая мужчину, так как он, в теории, уже прошёл. Она одёргивает платье, смотрит на моё лицо, а потом на руки.

— Мужчина, вы что себе позволяете? Держите руки при себе, здесь вам не ваша резиновая кукла, чтобы вы трогали, когда и где захотели.

Что? — Смеюсь про себя. — Резиновая кукла?! Я разве похож, что она мне нужна?!

— Я тут ни при чём, — поднимаю обе руки вверх, как бы сдаюсь, и смотрю в сторону деда, который проходил.

— Ага, да, вы вообще ни при чём, маразматик.

— Что, прости, «маразматик»?

— Вас, походу, в детстве роняли, что плохо доходит?

— Неа, в отличие от тебя — поймали.

Она резко отворачивается, и её волосы хлещут меня по лицу. Ооо, что за аромат?! Интересно, это она так пахнет или парфюм?! Думая об этом, я замечаю, дед по тому же маршруту идёт обратно. Думаю, палка же теперь будет на моей стороне, больше не повторится это недоразумение. Оказавшись рядом, дед резко разворачивается, палка с ходу летит прямо в её пятую точку. Я дёрнулся, чтобы подставить руку, но не успел. Шлепок — палка попала прямо в цель. Она разворачивается, а я, нагнувшись с протянутой рукой рядом с её попкой, стою.

И что теперь делать?! Хм-хм... Прочищаю горло, чтобы рассказать всё, как было. Она просто вздыхает и уходит. Да, просто уходит из очереди куда-то. А я продолжаю стоять.

Через время она появляется. Я, вспоминая этого деда, при виде её улыбнулся. И она улыбается мне. Думаю, дед помог мне, не осознавая. Нам было суждено встретиться. А дед стал причиной. Сейчас возьму номерок, а потом и встретимся в более приятной обстановке.

Сейчас она договорит, сто процентов, достала телефон, намекая, чтобы номер взял. Ну что, красотка, не надо было утруждаться, я и так собирался.

— Извините, извините, — слышу позади себя.
— Да! Это вы мне?
— Да! Вы не могли бы пройти с нами?
— А в чём дело? Пройти — не проблема. Но в чём, собственно, дело? — Иду уже за двумя мужиками в форме охраны аэропорта.
— Проходите. На вас поступила жалоба.
— Что, жалоба? Да что я сделал, я только вышел из самолёта, даже багаж ещё не взял.
— Жалоба, что у вас замечено оружие.
— Что? — Я пытаюсь объяснить, что это ошибка, мои руки взлетают вверх, чтобы объяснить, что они ошибаются. Как меня схватят с обеих сторон, закрутят и придавят к стене.
— Эй, эй, вы что делаете? У меня ничего нет, можете проверить.

Они отпускают, проверив документы и обыскав меня.
— Извините, а кто на меня пожаловался?
— Не имеем права говорить. Извините, это наша работа, можете идти.
— Да, я понимаю. Но всё же, скажите — это девушка была или мужчина? — Они переглядываются и говорят. Я же уже догадываюсь, кто это был.
— Первое, можете идти.

«Первое» — значит, да. Вот сука. Сейчас доберусь до неё. Достаю телефон, набираю СМС другу, который встречает меня: «Жди, скоро буду». Иду за чемоданом и за этой курицей.

Смотрю по сторонам — её нет. Убежала, значит, трусиха. Надо было урок ей преподать, вот зараза. Беру чемодан, направляюсь в уборную. Надо хотя бы умыться холодной водой.

Оппа... В длинном пустом коридоре идёт цыпочка со своим чемоданом. Вот оно, то что мне надо. Я сам вижу двух чертёнков в своих глазах.

Проходит мимо меня, как по подиуму, задрав подбородок, даже не взглянув на меня. А я со всей силой замахиваюсь и бью её по заднице — такой смачный шлепок получился. Что даже рука зудит, а что там с попкой, я даже не представляю.

— Детка, запомни, я тихонько попки не жму. Я наступаю в открытую. — Она сначала ахает, не знаю, от возмущения или от боли. Но сразу же замахивается на меня, чтобы дать по щеке. Я ловлю её руку уже на лету, закручиваю назад, она бьёт другой, и делаю то же самое с ней. Прижимаю её к стенке, давлю весом. Смотрит на меня — как дьяволица.
— Урок не поняла? Не проблема, повторим. — Целую её жёстко, никакой пощады. Кусаю почти до крови. Она не раскрывает рот. Пытается отодвинуть меня. Я чуть-чуть отстраняюсь.
— Пошёл в жопу!
— Прямо здесь? С удовольствием, нагнись. — Снова давлю на неё весом, только толчком. И она как-то умудряется наехать на меня коленом, прямо по самое нехочу. Что даже искры вылетели из обоих глаз.
— Мужчина, держите свои руки и себя в руках. И подумайте над своим поведением. Это не больно. — Она уходит, сука, а я остаюсь там.

Выхожу уже из аэропорта, сажусь к Шаху в машину. Знаю, я весь красный, сука, не хочу сейчас говорить об этом.
— Что с тобой? — спрашивает он.
— Не будем пока, брат. Надо срочно выпить. — Вижу эту дьяволицу.
— Газуй, брат, пока я не вышел и не выебал эту наглую стерву.

Сидим уже в баре, не первый стакан пропускаю через горло. Сука, меня трясёт от ярости. Надо было там же её нагнуть, дьяволица. «Думать не больно». Хммм... У самой одна извилина, и та выпрямляется. Надо отвлечься, пока не пошёл искать её, вместо Наре.
— Бугай, что там насчёт девушки, ты видел её?
— Нет, Омер, она ещё не приехала.
— Родственники есть у неё, может, к ним поехала?
— Родных нет, но я знаю, к кому поедем.
— Уже поздно, поедем к нам, — предложил Шах.