Моя история 1

Продолжение

Немцы конечно чувствовали здесь себя хозяевами, но всё когда-то заканчивается. Нескончаемый поток немецких солдат, машин и техники двинулся глубже в горы, чтобы перейти через перевал, и попытаться перекрыть доступ к Черному морю Советской армии. Обратимся немного к истории: Одновременно с боями на грозненском и новороссийском направлениях в середине августа начались ожесточённые бои частей 46-й армии Закавказского фронта на перевалах Главного Кавказского хребта, где против них действовал немецкий 49-й горнострелковый корпус и две румынские горнострелковые дивизии. К середине августа части 1-й немецкой горнострелковой дивизии подошли к Клухорскому перевалу и к Эльбрусу, где 21 августа немецкие альпинисты водрузили нацистский флаг. В начале сентября немецкие войска также захватили марухские и санчарские перевалы. В ходе второго этапа немецкого наступления (19 августа — 29 сентября), несмотря на ряд неудач, в целом советским войскам удалось остановить наступления немецких войск и не дать им прорваться в Закавказье. Соотношение сил также постепенно улучшалось в пользу советских войск. В целом второй этап сражения на Кавказе стал довольно успешным для советских войск. Были полностью освобождены Краснодарский край, Калмыкия, Чечено-Ингушетия, Северная Осетия, Кабардино-Балкария, Ростовская область, Ставропольский край, Черкесская АО, Карачаевская АО и Адыгейская АО. Под контроль советского правительства были возвращены нефтяные промыслы Майкопа, а также важнейшие сельскохозяйственные районы страны. 

Когда все незваные гости ещё оставались в станице меня не было дома. Я пошла  на маслосырзавод по делам за 10 км, чтобы сдать молоко или выменять на какие нибудь продукты. Старшую дочь оставила присматривать за младшими. А несколько часов спустя прибежала старшая дочь и сказала, что отца привезли из госпиталя едва живого, но оставили его не дома, а у его родной сестры. Мы бросили все и отправились домой, а спустя несколько дней мы смогли перевести его домой. Когда я его увидела, что я была в шоке это слишком мягко сказано. Я не знаю, что было лучше толи ему умереть сразу толи так мучаться: он бредил от высокой температуры, рана не заживала и кровоточила, зловонный запах от культи шёл нестерпимый. Медсестра которая его сопровождала сказала, что он вряд-ли выживет в условиях войны и без необходимых лекарств. Лекарств так же как и денег не было. Приходилось использовать соль, травы, и мази делали сами с медсестрами.  Но спустя достаточно продолжительное  время, мы все таки смогли его выходить и поставить на ноги. Из рядов Красной армии его комиссовали по причине небоеспособности,  то есть отсутствия одной ноги.  Гораздо тяжелее было сделать ему протез, сняли мерки и заказали, ждали достаточно долго - это стоило денег. Так мы пережили наступление, оккупацию и отступление немецкой армии. 

Один из братьев моего мужа не пожелал идти на фронт. Пожалел жену и маленьких детей, сколотил себе банду и стал грабить не только местное население, но и немцев. Если в последнее время мы практически ничего не ели, кроме картофельных очисток или листьев капусты. Однажды к нам зашла жена моего деверя и принесла ведро супа, а то мои уже не едят. Ложка стояла в этом супе от большого количества куринных пупков. Нам хватило этого супа на неделю. 

У мужа были награды с фронта, но из-за нехватки игрушек сын их растерял, остался только муляж и юбилейные награды.