Моя кошачья жизнь

Знакомство

Знакомство

Кошка спешила обратно. Она слишком долго не была дома. Последние метры до подвала она пробежала очень быстро. Ещё быстрее. Наконец добралась!
Где же её котенок?
Обнюхав каждый сантиметр, Кошка тронула лапой грязную ветошь. Сыночка нигде нет!
Наконец чуткое ухо уловило тихий, удалённый писк. Она разглядела внизу тёмное пятно. Кошка бросилась вниз по трубам, ловко перепрыгивая с одной на другую, пока не спустилась к прежнему лежбищу. На полу распластался котенок. Душераздирающе пища, он силился встать, но сломанные лапки не могли даже немного приподнять невесомое тельце. Кошка бросилась к пострадавшему сыночку и обнюхала черную спинку.
Уголек, почувствовав знакомый молочный запах, успокоился, перестал пищать, зарылся носиком в тёплое материнское пузо и надолго замер. Боль в лапках ощутимо пульсировала. Но насытившись, он заснул.
Наступил вечер, стемнело.
Кошка осторожно взяла котёнка за шкирку, стараясь держать повыше, чтобы две сломанные лапки не волочились по земле. Вскоре она добралась до знакомой лестницы. Как ни странно, дверь до сих пор была открыта. Наверное, здесь все-таки нет дворников или они нерадивые.
Через несколько минут десяток кошек внимательно рассматривали изувеченного малыша. Детей в прайде не было. И, повинуясь инстинкту, самки с жалостью отнеслись к самому маленькому обитателю.
С этого момента Уголек стал всеобщим любимцем. Когда Кошка уходила на охоту, с детенышем обязательно кто-то оставался. Его оберегали, ласкали, грели, стоило только Кошке даже ненадолго отлучиться. Ему доставались редкие вкусности. Через две недели лапки срослись, и малыш стал бегать по подвалу. Он уже пытался открыть глазки, и скоро ему это удалось совсем.
И тогда котенок с удивлением обнаружил, что не все так его любят, как он думал. Злые жёлтые глаза с презрением следили за ним.
Василь Василич сначала спокойно воспринял появление котёнка в прайде. Да он его и не замечал сначала. Все внимание обитателей безраздельно принадлежало только вожаку. Но детёныш рос, набирался сил, стал везде совать свой любопытный нос, везде лезть. Васька терпел. Когда его кошки стали умильно любоваться этой мелочью, он тоже терпел. Но когда первый сладкий кусок уплыл из-под его, Василия, носа, он рассвирепел. Пришлось поговорить с матерью наглеца. Кошка пообещала приносить в два раза больше дани, лишь бы им с детенышем позволили остаться в гостеприимном подвале. Патриарх милостиво разрешил, но предупредил, чтобы мелкий не попадался ему на глаза.
И Кошка с Угольком перебрались в самый дальний уголок помещения, чтобы не нервировать Рыжего.