Моя крылатая удача. Книга 2

4 Забавы судьбы

Ларсен

Первое впечатление, конечно, получилось ярким. У ошеломлённого Ларса даже в глазах на миг потемнело.

Не сказать, что он так уж часто любовался на своё отражение, но всё-таки сходство с самим собой было слишком очевидным, чтобы его не заметить. Да и взгляды старика-привратника и дайаны говорили о многом.

И всё-таки, спустя несколько бесконечно-долгих мгновений, когда способность дышать и рассуждать вернулась к Ларсену, он оглядел хозяина дома ещё раз, уже куда спокойнее и внимательнее…

И вот теперь Оллье видел, что, несмотря на невероятное сходство, имелись и явные отличия.

Во-первых, его двойник был чуть ниже ростом и, похоже, моложе на несколько лет. И глаза у него не такие тёмные – серые, а не карие, как у Ларса. И нос чуть-чуть другой, и удивлённо вскинутые брови…

– Что за блорровы шутки? – обескураженно нахмурился хозяин усадьбы. – Это что, магия какая-то? Кто ты такой?

– Ларсен Оллье, – уже в который раз со вздохом повторил он. – Простите, но я не знаю, что вам ответить! Я тоже удивлён. И, поверьте, тут никакого колдовства, скорее, какая-то странность… Мы здесь совершенно случайно оказались, просто искали людей… Кракен напал на наш корабль, мы с женой…

Ещё один окрик, на этот раз женский, сбил Ларса с мысли:

– Бертош, что там такое? Кто-то приехал? Так почему в воротах держите?

«Двойник» Ларса обернулся во двор и с лёгким укором бросил:

– Матушка! Ну, зачем вы на улицу вышли? Простудитесь! Ступайте в дом, я сам разберусь… – и добавил, уже обращаясь к старому слуге. – Бертош, проводи матушку обратно! Не ровён час, споткнётся…

Привратник опасливо покосился на странных гостей, но не решился перечить хозяину, который терпеливо ждал, пока тот удалится.

Старик исчез из виду, однако, его негромкий разговор с «невидимой» женщиной всё ещё долетал до слуха Ларса.

– Что там такое, Бертош?

– Ничего важного, сиятельная Розальда… Всего лишь путники. Говорят, что попали в кораблекрушение…

– О, боги, вот беда! – ахнула хозяйка. – Так отчего же вы их не пускаете?

– Этот мужчина, Ларсен Оллье, – замешкался с ответом старик, – он немного…

– Оллье? Ты сказал – Оллье? – в голосе женщины вдруг зазвучало нечто такое странное, пугающее, на грани безумия…

– Да, так он представился… – в недоумении подтвердил старик, – Ларсен Оллье.

Ларс уже десять раз пожалел, что они вообще решили сюда постучаться.

Что теперь не так с его именем, интересно бы знать?

Желание схватить Эйю за руку и сорваться с места становилось всё более навязчивым – не побегут же, в конце концов, за ними. Уж лучше поискать помощи в другом месте… Больно странный дом, и обитатели его тоже странные…

А дальше всё стало ещё страннее. И сбежать не вышло.

Отчаянный крик пронзил вечернюю тишь:

– Ларсен! Ларсен! Пусти, пусти, Бертош! Я должна его видеть… Ларсен!

Оллье растерянно переглянулся с Эйей и уставился на ошарашенного хозяина усадьбы. Вот теперь он вообще уже ничего не понимал.

Через мгновение в проёме ворот появилась женщина в годах… Оттолкнув сына, пытавшегося её удержать, ле-сатия протиснулась вперёд всё с тем же душераздирающим возгласом:

– Ларсен!

Её взгляд, полный отчаянной надежды, внезапно потух. Даже плечи поникли безвольно, будто она была ярмарочной куклой, у которой оборвались верёвочки. Разочарование проступило на бледном лице хозяйки так явственно, что Оллье даже стало неловко – словно в том, что он не тот Ларсен, была и его вина.

Но это длилось лишь одно короткое мгновение, а потом она окинула Ларса взором ещё раз, словно заново увидела, перевела взгляд на хмурое лицо сына, снова на гостя.

– Ларсен Оллье… – прошептала она, но не так, словно обращалась к Ларсу, а так, словно её вдруг потрясли эти два слова.

Шагнув вперёд, она протянула руку и мягко коснулась щеки опешившего Ларсена.

– Ты… Это ты…

– Это я… – растерянно кивнул он.

А сиятельная ле-сатия, внезапно покачнувшись, начала оседать прямо на землю.

Эйя испуганно вскрикнула. Ларсен едва успел подхватить женщину. Её сынок тоже подскочил…

– Мама, мама, матушка…

Но хозяйка лишилась чувств и не отвечала. Тучной она не была, однако и худощавой тоже, скорее полноватой. Да ещё все эти аристократические одежды. Удержать несчастную на руках одному мужчине было бы сложно.

– Помогите мне! Скорее же! – повелительно кивнул молодой владелец усадьбы. – Надо отнести её в дом!

И Ларсену ничего больше не оставалось, как подхватить сиятельную под ноги, в то время как её сынок придерживал голову и плечи.

Рядом причитал старый привратник. Эйя хвостиком следовала за Ларсом.

Хозяйку внесли в просторную гостиную, а затем в спальню. После чего хозяин велел Бертошу позвать какую-то служанку, а сам выпроводил их обратно в гостиную.

– Ларсен, – очень тихо окликнула его Эйя, впервые за это время подав голос. – Кто это? Почему он так на тебя похож?

– Я не знаю, милая, я не знаю… – честно ответил Оллье, покачав головой.

Здесь, в гостиной, был камин – тепло, уютно. И даже свечи горели.

Ларсен сразу ощутил, как наконец-то отогревалось закоченевшее тело. Но ему всё равно дико хотелось сбежать из этого странного дома. Что-то тревожное, пугающее, волнительное, смутное поднималось в душе.

– Ждите здесь! – велел хозяин. – Я справлюсь, как там матушка, и вернусь… А вам… сейчас велю подать что-нибудь…

– Не стоит… – Ларсен бросил короткий взгляд на окна, гадая про себя, успел ли уже кто-то запереть дверь. ­– Мы лучше пойдём!

– Никуда вы не пойдёте, пока мы не выясним, что тут такое происходит! – грозно отрезал ле-сатье. – Я имею право это знать!

– Конечно, сын мой, конечно… – в гостиную, придерживаясь за локоть служанки, с трудом переставляя ноги, вошла та самая женщина.

– Матушка! – сын метнулся к ней, помогая устроиться в широком кресле. – Зачем вы встали! Вам надо лечь!