Моя лазурная богиня

Второй поцелуй

Мирель

***

После того перевернувшего всё с ног на голову поцелуя с Сайласом, мир покатился кувырком.

Лорда-командора после этого я еще не видела и сейчас плелась в тренировочный зал боевой магии.

В воздухе тренировочного зала витал знакомый запах озона, раскалённого металла и пота. По периметру всё также стояли манекены для отработки точных ударов, только теперь некоторые были изрублены так, что едва держались на опорах. В центре на полу алым пульсировал сложный защитный круг, предотвращающий выход энергии за пределы площадки.

Кейн застыл у огромного арочного окна, освещаемый последними лучами закатного солнца. Его руки были скрещены на груди, мышцы напряжены. Идеально сидящая тёмная форма, безупречная осанка – Деймонд Кейн был словно самим воплощением власти и дисциплины.

Между его пальцев сновали и плясали крошечные молнии, готовые вцепиться в жертву по первому же мысленному приказу. Я невольно засмотрелась на них, таких одновременно красивых и страшных.

– Опоздала, – резко бросил лорд-командор, даже не обернувшись на меня. В его голосе не было явных эмоций, но где-то в подтексте, в лёгкой напряжённости его плеч, чувствовалась скрытая клокочущая буря.

«Дыши, просто дыши», – приказала я себе мысленно, чувствуя, как предательски учащается пульс. Он не имеет права так на меня влиять. Не имеет.

– Лорд-командор, прошу прощения, но я пришла даже на пару минут раньше положенного времени, – выпалила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и уверенно, хотя внутри всё сжималось.

Деймонд Кейн медленно повернулся ко мне. Его глаза – два осколка колотого льда, – пронзили меня насквозь. Под этим взглядом хотелось съёжиться, стать невидимкой, провалиться сквозь землю.

– Думаешь, я ничего не видел? – произнёс он тихо, но так, что каждое слово отозвалось эхом в тишине зала.

Сердце ёкнуло и упало куда-то в пятки. Глупая надежда, что лорд-командор промолчит, сделав вид, будто ничего не произошло, рассыпалась в прах.

– Что же вы видели? – жалко прошептала я.

– Не строй из себя дурочку, Мирель, это тебе не к лицу, – сделал он один угрожающий шаг ко мне. Ещё шаг, и между нами осталось не больше метра. – В библиотеке ты целовалась с этим… книжным червём. Здесь, в моих стенах, на моей территории.

«Книжный червь». Он назвал Сайласа книжным червём. С такой интонацией, с таким презрением, будто говорил о насекомом, которое нужно раздавить. Да как он смеет?

Я стиснула кулаки, ощущая, как знакомый щемящий жар поднимается из груди, а по коже заплясали голубые искорки. Моя магия реагировала быстрее, чем разум.

– И что с того? – выдохнула я, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза. Смотреть на этого высокомерного, самоуверенного мага, который считает, что ему всё позволено. – Это запрещено уставом школы? При всём уважении, вы не хозяин моей жизни, лорд-командор!

Деймонд Кейн неприятно ухмыльнулся, и в этой улыбке не было ни тепла, ни радости – лишь презрение и вселенская уверенность в своей правоте. Такая улыбка бывает у палача, который знает, что жертва никуда не денется.

– Мирель! – его голос прозвучал громче, ударив по стенам. – Ты бы вообще не попала в эту школу, если бы я этого не захотел. Это я разглядел в тебе искру, это я помог тебе раскрыть твою магию, это я, – он ткнул себя пальцем в грудь, – дал тебе шанс! Пока ты находишься здесь, ты будешь делать то, что я говорю. И если я говорю, что не хочу больше видеть тебя с твоим дружком, так оно и будет! Я сам здесь устав, поняла?

Каждое его слово падало на меня, как удар хлыста. Как он смеет так говорить о Сайласе? Об этом добрейшем человеке, который никогда никому не сделал зла, который прячет свою боль и просто живёт, как может?

Ярость захлестнула меня с головой, смывая весь страх и осторожность. Искры на коже вспыхнули ярче, волосы засветились тревожным голубым светом. Мне было всё равно. Пусть видит и знает, что я его не боюсь.

– Да он в тысячу раз лучше вас! – выкрикнула я, и голос мой сорвался на высокой ноте. – Он добрый, понимающий, не пытается всё и всех контролировать! Он…

Я не договорила.

В мгновение ока лорд-командор оказался прямо передо мной, нарушив все границы личного пространства. Я даже не заметила, как он преодолел это расстояние! Его пальцы, обжигающе горячие, впились в мою шею, не сдавливая дыхание, но так властно, что не оставалось сомнений: он может всё, что захочет.

– Не играй с огнём, Мирель, – прошептал Деймонд, наклонившись так близко, что наши лбы почти соприкоснулись, и я чувствовала его горячее, прерывистое дыхание на своих губах. Его глаза горели диким первобытным пламенем. – Перейдёшь черту – я тебя испепелю. Считай это последним предупреждением.

Хищник, который почуял добычу и готов её разорвать.

А дальше… дальше он меня поцеловал.

Этот поцелуй словно был актом агрессии. Захвата. Наказания.

Его губы грубо, почти жестоко впились в мои, зубы больно прикусывали губы, а пальцы с силой впились в мои волосы, не давая оторваться. Никакой ласки, только демонстрация власти, силы, полного подавления. Я задыхалась от напора этой тёмной, всесокрушающей энергии, которая от него исходила.

Я попыталась вырваться, оттолкнуть его, упёрлась ладонями ему в грудь, но его хватка была стальной, а грудь словно каменной стеной. В полумраке зала, в отсветах заката, я увидела омут его тёмных, опасных глаз так близко... в них бушевала настоящая буря. И в этой буре тонуло всё: мой гнев, мой страх, моя решимость.

Он притянул меня ещё ближе, почти придавив к себе, и по моей спине пронзительно пронёсся разряд тока. Я ощутила головокружение от, невозможного, стыдного, запретного удовольствия. Мои ноги подкосились, и если бы лорд-командор не держал меня так крепко, я бы упала.

– Заруби себе на носу, – почти прорычал он, отрываясь на секунду, его дыхание было горячим и неровным, губы влажными, глаза полыхали безумием. – Ты. Моя. И если я ещё раз увижу, как ты к нему прикасаешься, как ты на него смотришь, я его на мелкие куски порву. Поняла?