Моя лазурная богиня

Дворцовая кухня

Мирель

***

Конечно же, я побежала к мадам Грете. В целом Эдельвейсе у меня, кроме неё, не было ни души. Когда к вечеру того же дня я вновь возникла на её пороге, растрепанная и покрытая дорожной пылью, при виде её я не сдержалась и разрыдалась. Мадам всплеснула руками, крепко прижала меня к себе и долго не выпускала из объятий, пока я не успокоилась.

– Милая моя, что случилось? – наконец спросила мадам Грета. – Кто мою девочку обидел?

Ни сил, ни желания вдаваться в подробности у меня не осталось, поэтому я решила ограничиться общими фразами.

– Мадам... в Школе боевых магов я навидалась всяких ужасов. Не моё это место, не могу я там больше!

– Вот как? Ну и хорошо, ну и славно. А как же магия, есть она в тебе?

– Немного есть, иначе в школе бы меня не держали. Но боевым магом я быть не хочу, ну её, эту магию, – немного слукавила я. Потому что у меня уже был план.

– Тогда милости прошу домой, дорогая! Иди умойся, поешь, да и спать. Завтра рано вставать, утро вечера мудренее! – обрадовалась мадам Грета, решив, что всё возвращается на круги своя, и мы с ней, как полгода назад, с утра пораньше примемся за хлеб да пироги.

– Мадам, простите... Я к вам ненадолго. Мы ведь с вами хорошо работали? Дайте мне, пожалуйста, рекомендации. Хочу попытать счастья на дворцовой кухне.

Грета присвистнула, вытирая руки о фартук.

– Во дворец? Дитя, ты в своём уме? Там же матерые повара, они тебя в клочья разорвут. Или того хуже: проявится ненароком твоя магия, а там донесут королеве в ту же минуту. Во дворце, знаешь ли, везде шпионы шныряют.

– Шпионы? – у меня похолодело внутри.

– А то! – фыркнула Грета. – Как думаешь, что дворцовая стража сделает с новичком, который магией владеет, а в реестре не значится и магом по званию не является? А вдруг ты против её величества злоумышляешь? Или, может, и вправду злоумышляешь? – она бросила на меня подозрительный взгляд.

– Мадам Грета, да что вы такое говорите? Где я и где королева! – постаралась я изобразить возмущение.

– Ну-ну, успокойся, милая. Видишь, ты от моих слов разнервничалась, а что будет с тобой, если за тебя стражник-дознаватель возьмется? Не надо тебе во дворец. Да и волосы эти твои...

– А я их особым зельем перекрашу. Можно ведь на рынке достать? И документы мне новые надобно. Для этого можно брошь Школы боевых магов продать, она дорого стоит! Да и проводника мне надо, который проведёт к начальству кухни, да представит.

Грета долго смотрела на меня, а потом тяжело вздохнула.

– Ох, деточка, ты хорошо подумала? Рекомендации я тебе, конечно, выпишу, работала ты на совесть. Зелье и липовые бумаги стоят бешеных денег. Пожалуй, броши как раз хватит. Но продать её непросто: вдруг кто поинтересуется, с чего бы ученица магов элитную вещь продаёт?

– Я попробую. – упрямо заявила я.

– Полагаю, уговаривать тебя остаться бесполезно, ты уже всё решила?

Я кивнула и вздохнула. Мадам Грета вздохнула в ответ и присела рядом на табурет.

– Ты ведь не просто так хочешь во дворец, Мирель? – Она посмотрела на меня с такой проницательностью, что я невольно отвела взгляд. – Девочка моя, я не знаю, что за боль тобой движет, и, видит Четыреликий, не хочу знать, если это может тебе навредить. Но я вижу, что тебя не остановить.

– И не нужно, мадам.

– Хорошо. – Она сжала мои ладони. – Слушай меня внимательно. Документы нужно делать... Брошь продавай не на рынке... А теперь иди, и пусть боги хранят тебя, глупая моя девочка.

***

Ох, эти дворцовые кухни! Это нечто неописуемое: огромные залы с высоченными сводчатыми потолками, что тонут в клубах пара. Они вечно гудят и грохочут, словно разъяренный улей, и стоят такие невыносимо душные, что одежду после смены хоть выжимай. И пахнет от нее соответственно – жиром, потом и тысячей специй.

Густой белый пар от десятков медных котлов и жаровен поднимается к закопченным балкам, смешиваясь с терпкими ароматами перца, шафрана, жаркого на вертелах и свежего хлеба. Настоящий туман, только горячий и пряный.

А я стою у глубокой каменной раковины, отполированной годами до зеркального блеска, и руки мои коченеют в ледяной жирной воде. Повара, подмастерья, служанки носятся туда-сюда, как угорелые, сталкиваются плечами, кричат друг на друга. Ни дать ни взять – муравейник, который расковыряли палкой.

Я проделала долгий путь в несколько дней, чтобы оказаться здесь. Брошь продала, волосы перекрасила зельем в каштановый цвет, документы достала. У местных дельцов нашлись бумаги какой-то пропавшей местной сироты – той, кого и искать никто не станет.

Проводник за последние деньги привел меня к задним воротам дворца. Там начальница служебного персонала, толстая потная женщина с глазами-буравчиками, окинула меня цепким взглядом.

– Рекомендации от пекарни «У Греты»? – Она придирчиво зашелестела пергаментом. – Эдельвейсская сирота, без роду без племени, город хорошо знаешь? Ты нам подходишь. Пока на должность подсобной служанки: черную работу делать и посуду мыть. А там посмотрим. И имей в виду: если что пойдет не так, церемониться никто не будет. Работай на совесть!

– Хорошо, мадам.

Она ткнула грязным пальцем мне в грудь.