Моя лазурная богиня

Когда все пути сошлись

Мирель

***

Ворота дворца распахнулись, и новая группа стражников приказала следовать за ними.

Согласна, план был безумным. Однако аура моей пробудившейся магии и спокойная уверенность шагавшего рядом Сайласа стали нашей лучшей защитой. Я черпала силы из нашей любви и чувствовала, что готова стереть в пыль любого, кто посмеет мне помешать.

Мы проследовали через бесконечные коридоры прямо в тронный зал. Он был таким, каким я запомнила его в кошмарах: огромный, холодный, с высокими сводами, теряющимися в полумраке. В центре, на возвышении, на троне восседала королева Вейс.

Высокая, прекрасная и бездушная, как ледяная сосулька. Её холодные глаза сузились при нашем появлении, но на лице не дрогнул ни один мускул. Королева буравила меня немигающим взглядом.

О! Внезапно я увидела самого лорда-командора! Деймонд Кейн стоял по другую сторону зала, возле одной из колонн. Без оков, но я сразу поняла: он в магической западне. Плечи напряжены, взгляд потухший. Деймонд тоже следил за мной и не мог пошевелиться. Что ж, по крайней мере, он жив.

Кейн смотрел на меня, на Сайласа, и в его глазах читались изумление и горечь. Он понимал: мы пришли, в том числе, и за ним. И понимал, чем это может обернуться.

– Какая трогательная встреча, – голос королевы прозвучал, как звон хрустальных бокалов. – Все в сборе. Блудная падчерица и её верные псы. Отпразднуем это? – она рассмеялась.

– Я пришла за тем, что мне принадлежит, – ответила я, и мой голос, усиленный магией, заполнил зал, заставив вибрировать воздух. – Давай отпразднуем возвращение принцессы и освобождение короля. Надеюсь, он ещё жив.

Королева усмехнулась:

– Не знаю-не знаю. Да и вообще, сам виноват. Это всё оттого, что Эльдорайн был неважным мужем.

– Ты же, конечно, была идеальной женой! – съязвила я, удивляясь собственной дерзости. Страх добавлял мне смелости.

– Ну конечно же, милая моя, конечно же, – нарочито успокаивающе согласилась королева.

Я почувствовала, что меня утомляет этот пустой диалог, и протянула вперёд правую руку, выпуская приличную порцию голубых искр. Королева прищурилась.

– Разморозь отца!

– А то что? Мирель, я тебя умоляю, ты правда рассчитываешь на свои жалкие пшики? Я позаботилась, чтобы ты долго не могла обрести силу. Или моя маленькая голубая кошечка научилась выпускать коготки?

– Вот и узнаешь.

– Узнаю? – королева Вейс рассмеялась и подалась вперёд. – Глупышка, ты, видать, совсем обезумела от отчаяния в темнице, раз одна вернулась в мой дворец. Глупый мотылёк прилетел на огонёк! Или тебе понравилось?

– Она не одна, – тихо, но твёрдо сказал Сайлас. Он шагнул вперёд, его взгляд был прикован к королеве. – Ваша игра окончена, Вейс. Вы нарушили все законы: и государства, и морали.

Именно в этот момент всё и завертелось. Королева словно ждала чего-то подобного. Её взгляд метнулся к Сайласу, потом к Кейну, и в глазах вспыхнуло торжество.

– Законы? – она рассмеялась. – Я сама закон! И я получаю то, что хочу! Начнём с тебя, дрянная девчонка!

С диким, нечеловеческим криком она резво спрыгнула с трона и ринулась на меня. В её руке, словно из ниоткуда, возник маленький сверкающий кинжал.

– Не трогай её! – взревел Деймонд.

Время замедлилось. Я увидела блеск лезвия, искажённое яростью лицо. Моё тело, обострённое магией, среагировало само: я отпрыгнула в сторону, выбросив струю чистейшей голубой магии. Я промахнулась, и заряд ударил в каменную колонну, которая тут же пошла трещинами.

Хм, даже так неплохо. Я могу дать отпор!

Внезапно я почувствовала обжигающую боль. Кончик кинжала королевы всё же чиркнул по моему предплечью!

Из глубокого разреза брызнула алая кровь, капли упали на полированный пол.

Сайлас устремился ко мне, схватил за руку, прижимая ладонь к ране. Его прикосновение было таким знакомым, таким успокаивающим…

А потом что-то резко изменилось.

Его зелёные глаза, всегда такие тёплые, словно летний лес, в одно мгновение стали… чужими. Ледяными, жутко пугающими, без капли того тепла, с каким мой книжник всегда смотрел на меня. Но почему?

– Сайлас? – я осторожно накрыла его окровавленную руку своей.

Он холодно улыбнулся.

– Уже нет.

Голос Сайласа прозвучал на тон ниже: гулким рокочущим эхом, будто из глубин его существа отвечало что-то древнее и нечеловеческое.

– Мирель, осторожно! Немедленно отойди от него, он становится безумной нежитью! – снова закричал грозовой лорд.

Я попятилась.

– Нежить? Называйте меня Лик Пустоты!

Что? Что здесь происходит? Я отказывалась верить своим глазам и ушам!

– Один отдал магию, вторая отдала кровь. Мёртвое тело с живой душой тоже здесь. Все три условия соблюдены. Теперь я уже не часть Четыреединого божества. Я свободен! – жутким голосом продолжил бывший книжник.

Королева Вейс замерла, её глаза расширились.

– Лик Пустоты… – прошептала она, и в её голосе неожиданно прозвучал страх. – Ты занял это тело? Так вот в чём заключался ритуал?

– Да, моя догадливая пташка, – Не-Сайлас насмешливо склонил голову.

– Значит, ты получил всё, что хотел! Я всё сделала, теперь и ты исполни наш договор! Дай мне вечную жизнь! Вечную молодость! – взвыла королева.

Так вот оно что! Все кусочки пазла в моей голове сложились в единую картину.

Не-Сайлас гулко и жутко рассмеялся.

– Вейс-Вейс… Глупая букашка, заигравшаяся с богом. Ты довольно пожила. Да и договоры, как и вечность с молодостью, теперь не имеют значения.

Королева в отчаянии взмахнула руками. Деймонд резко оттаял и бросился вперёд. Откуда-то он выхватил меч, целясь для стихийного удара.

– Умри!

Лик Пустоты даже не шевельнулся. Просто полыхнул магией грозы: той самой, что когда-то принадлежала Кейну. Теперь, словно в насмешку, искажённая и умноженная магия ударила в самого лорда-командора. Деймонд с хрипом рухнул на колени, тело содрогнулось, из перекошенного болью рта потекла струйка крови.