Моя любимая злыдня

Глава 4.2

Ночью — маменька, днем — вампиры. Все смешалось в доме Облонских. Так, а я ведь даже не знаю фамилию Грега, да и мне ни к чему, собственно. Я в панике смотрела на него, а он тоже одними глазами отвечал мне недоуменно: мол, дорогая, а что случилось?

Филипп попытался меня успокоить. Он, как и утром, изобразил обычного представителя породы кошачьих и начал неистово тереться о мою ногу. Ромул продолжал бесцеремонно меня разглядывать, а его женушка, кажется, пыталась загипнотизировать Грегори.

Во всяком случае, она подсела к нему на диван, почти вплотную, и принялась шептать что-то на ухо. Потом она высоко запрокидывала голову и имитировала смех. Это у них так принято вести светскую беседу?

— Там откуда я родом начинают шептаться только в том случае, если не хотят, чтобы их услышали остальные — причем те, кто в беседе не участвуют, воспринимают такую ее форму как оскорбление, — я понимала, что чересчур завожусь, не исключено, что не соразмерно ситуации, но остановиться уже не могла.

Ромул вскинул свои огромные брови почти к линии волос. Он ожидал, что я буду вести себя, как тихая овечка? Да, я одета не так кричаще, как его Стефания, но уступать инициативу гостям не собираюсь.

— Какая забавная малышка, — сказала вампирша и оскалилась. Язык не поворачивается назвать движения ее губ и челюсти улыбкой. — Мы с Григориусом — старые знакомые и сохранили дружеские отношения. Муж все понимает и позволяет нам маленькие вольности.

— А я нет. Я не позволяю, — неожиданно ляпнула я. Но на попятную не пойду, не дождется. — Не будете ли вы так любезны отодвинуть от Грега свою задницу?

— С какой стати… Да кто ты такая? — ее лицо исказила гримаса чего-то, что можно было бы даже принять за ненависть, имей это чувство в молодой жене другого мужчины малейшие основания.

Хотя не такой уж молодой и, судя по слегка ожившему лицу графа, предвкушающего представление, не такой уж любимой.

— Я случайно перенес Магду в дом во время …

— Его невеста!

Мы с Грегом произнесли это практически одновременно.

Когда сказанное дошло до него, он побледнел, но отказываться от меня не спешил. А ведь я не отдавала приказ. Он теперь будет соглашаться со всем, что я говорю? Для мужа качество, безусловно, ценное — только где я, а где замужество.

— Дело в том, — маг тут же принялся спасать ситуацию, — что Магда перенеслась в дом, когда я проводил поисковый обряд. Все настройки слетели у меня, а у нее отшибло память. Я должен выяснить, из каких она земель, чтобы рандомные перемещения оттуда сюда не стали нормой.

— Мы поженимся на моей территории. У меня так мало воспоминаний, но я вижу, что для моих родственников это важно, а Грег меня полностью поддерживает, — я подошла к нему, приобняла и неожиданно для себя чмокнула два раза, попав в шею и в ухо. Для наглядности самое то.

Вампиры выглядели озадаченными. И если Ромул размышлял, как эта ситуация может отразиться на нем, как на крупнейшем местном помещике, то Стефания откровенно загрустила: даже два ее разреза стали менее вызывающими.

— Поиски продолжаются, — слегка нервно произнёс Грег. Но было видно, что эта фраза его успокаивает. — Мы делаем все возможное.

— Темнейший, вы не представляете, как мы с женой рады это слышать. Сама судьба соединила вас с девушкой, которую вы сможете… готовой с вами…

«Готовой дать тебе по зубам. Может, ты умеешь читать мысли, мышка летучая?, — скрипела я про себя, но держалась. — Почему Грег разрешает ему нести этот бред?»

— Граф, я уверен, что вы переживаете, как маг-дворянин, как гражданин. Но сейчас вы допустили оскорбление в адрес Магды.

В подтверждение его слов в комнате заклубилась уже знакомая мне горячая тьма. Она не была раскаленной, но жар от нее проникал везде. Чем сильнее ярость Грегори — тем выше температура, поняла я.

Щупальца проворно выползали из-под картин, змеились из-под плинтуса. Вот постепенно они заполняют потолок. А дальше что? Бросятся на нас, забьют все пространство так, что станет нечем дышать? Вампиры не визжат от страха — значит, не видят то, что вижу я.

Тем не менее, мы на пару с графом попытались утихомирить Грега. Что-что, а опасность Ромул почуял сразу:

— Прости, Григориус. Прошу простить меня, прекрасная леди. Всему виной врожденное косноязычие, к тому же мы со Стефанией почти не покидаем поместье. Я уже разучился выражать свои мысли, как то положено вампиру моего ранга. Я всего лишь неловко описал свой восторг — еще бы, продолжатель первородной Тьмы встретил ту, которая составит его счастье.

Я в свою очередь обняла расстроенного темного еще раз и заворковала ему в ухо, точь-в-точь как Стефания. Несла какую-то ерунду о том, что первый раз вижу вампиров, испугалась, хочу кофе, хочу, чтобы он меня успокоил.

Не знаю, на кого из нас двоих среагировал Грег, но полыхающие язычки начали утихать. Стефания по-прежнему хлопала глазами на диване, не соображая, почему все так разволновались.

— Наверное, сегодняшний день не подходит для деловых обсуждений, — медленно сказал де Лестат. — Милая, нам пора. Темнейший желал бы побыть вдвоем с невестой.

Я решила вмешаться. Да и кот всячески намекал снизу, что с вампирами необходимо разобраться. Не зря же он вытащил меня сюда.

— Минуточку, граф. У нас с Грегом нет секретов друг от друга. Как будущие супруги мы все вопросы рассматриваем вдвоем. Что за проблемы возникли с Кипарисовым парком?

Ромул офигел, но постарался взять себя в руки. Он и так наговорил достаточно, чтобы снова повторить ту же ошибку. Я злорадно подумала, что со Стефанией обсуждений на равных у них не бывает, и жена пришла сюда исключительно, чтобы отвлекать Грега.

— Ох, леди, если вы настаиваете. Это долгий территориальный спор, которому уже несколько веков…

Я подобралась — а вот это уже по моей части. Думаешь облапошить Грега, хлыщ предпенсионного возраста?