Моя любимая злыдня

Глава 7.3

Через полчаса мы сидели в комнате, где до этого принимали де Лестатов. По выражению лица Грега я прочитала, что он сам не понимает, почему они с Хранителем только что так яростно сцепились. Тем не менее, чувству вины мешала разгореться давняя неприязнь.

— Это все Амалия, — вмешался в мои мысли кот-пришелец. — Она старается сына не трогать, но тут решила воздействовать, не упускать возможность напасть на Андрея его руками — и плевать, что это грозило бы ее собственному мальчишке сотнями лет в изоляции. Ну и схватки с верховной ведьмой тогда бы не избежать.

Я в который раз пообещала себе разобраться с дислокаций призрака нашей королевы красоты. Наверняка, существует способ надежно выгнать ее отсюда.

Пользуясь своей слабостью — ну, я просто не стала отрицать, что мне нехорошо — я усовестила обоих мужчин вернуться к прерванной беседе — мол, давайте покончим с выяснениями, забудем об инциденте и возьмемся за чай с плюшками. Поедая сладости такими темпами, я сильно рискую.

Хранитель задумчиво смотрел, как я вращаю глазами, когда отвечаю коту про себя. А Грегори не сдержался.

— Вижу, за эти тысячи лет ты не изменил привычке болтать с любимчиками ментально, да, Глазик? Хотя Магду ты видишь первый раз в жизни, уже присел ей на уши.

— Я несказанно счастлив видеть, как ты подрос, поумнел и превратился в высшей степени самостоятельного юношу, — заявил в ответ кот-чужак. — Но терпением так и не обзавелся. Не надо подозревать Андрея, и уж тем более меня, во всех смертных грехах. Я был создан, чтобы служить тебе. В сложившихся обстоятельствах клятву верности не принесу, но интриговать против не собираюсь — сделаю все возможное, чтобы извернуться и помочь.

Оба кота держались насуплено, Филипп не отпускал тираду за тирадой, а все больше хмурился, его усы висели. Черный — решила про себя, что буду называть кота Хранителя именно так — тоже напряжен. Поддержать беседу решил Андрей. После того, как он не сдержался и обозвал Грега змеей, я почему-то прониклась к нему доверием.

Темнейший походил на змею только самую малость — грациозными и стремительными движениями, невозмутимым выражением лица и гипнотизирующим взглядом слегка раскосых черных глаз, в которых сложно разглядеть зрачки. А вот Амалия…

— Магда, еще раз прошу у вас прощения за неприятную сцену. Возможно, мне не стоило быть таким самонадеянным и являться сюда. Ваш дом вошел в легенды, к вашему жениху — да, я уже успел поздравить Григориуса и вас горячо поздравляю! — нельзя подступиться без соблюдения ритуалов. Одно только прочтение всех связанных с визитом правил, под роспись в Управлении магическим равновесием, заняло у меня полдня. И при этом все жалуются, что ведомств развелось чересчур много… В общем, я подумал, что раз я пришелец в этом мире, невежа и выскочка, то почему бы не сделать по-своему и не познакомиться с вами, Григориус лично. После переписки у меня сложилось впечатление, что друг друга мы категорически не понимаем.

Хранитель выпалил все это на одном дыхании, чем заслужил очередной неприязненный взгляд Грега. Вот чем-чем, а формальностями мой темный властелин пренебрегать не любил. Похоже, за эти пару дней я изучила его лучше, чем наблюдающие за ним перепуганные маги (раз бюрократии и здесь не чужды, то скорее всего в одном из департаментов у них есть целый отдел по делам Грега) за всю свою долгую жизнь.

— А ваша жена, она, хм, в курсе, что вы нанесли визит лично? — не без любопытства поинтересовался Грег. — Я всегда считал Ядвигу, пускай эксцентричной и вспыльчивой, — все-таки старейший ведьмовской род — но крайне осторожной во всем, что касается хранилища. Гаевские воспитывают наследника среди артефактов с рождения, поэтому ошибки при защите арсенала крайне редки.

Андрей замялся.

— Мы обсуждали это, когда она торопилась. Жена сказала, что со взломом необходимо разобраться и это важно. Когда я предупредил, что буду добиваться личной встречи — переписка — хорошо, но не заменит знакомства — она покивала. Скорее всего опять болтала с Василисой по внутреннему каналу.

Он снова замялся, а потом продолжил:

— Мы с вами долго обсуждали судьбу двух артефактов, на которые претендуете — причем отказываетесь идти на стандартную процедуру временного пользования. Наши переговоры зашли в тупик, и тут происходит этот странный выброс. Вряд ли случайно, что он никак не фиксируется системами защиты и его поймали только датчики на аномалии. Более того, вечером того же дня у Яги нашли следы ментального взлома. Я ни разу не слышал, Григориус, хотя про вас рассказывают всякое, чтобы вы баловались такими опасными шутками.

— Плохо, — просто ответил ему Грег. — Я получил от вас координаты выброса, сравнил с тем, что мы имеем. И должен сказать, что след идентичен тем проявлениям тьмы, которые терзают мою землю. Настроение другое: задор вперемешку с намерением сделать пакость. А вот ментальная агрессия — это уже другое дело. Она требует, чтобы сильный маг находился рядом с предполагаемой жертвой, четко сформулировал запрос, проследил за состоянием ее здоровья после процедуры и во время. Разбушевавшаяся тьма, без управления извне, на такое не способна.

— Ну, Ядвига даже не почувствовала попытки как таковой, — удивился Хранитель.

— Это нормально. Она стихийница невероятной силы и не работает с мыслями как таковыми. Опирается на внешние признаки — это и принято считать интуицией. В обратную сторону действует точно так же — ее мозг почти не поддается внешнему контролю.

Андрей поежился, как будто что-то вспомнив, а я про себя скептически рассмеялась: не поддаются, как же… Впрочем, и мне, и ведьме повезло, что не пришлось проверять, до какой степени тяжелую задачку тогда подкинула мамаша Грегори.

Наши коты вдруг пришли в движение. Черный поднялся на ноги, а то бессовестно дремал, свернувшись огромны клубком в кресле Грега. Филипп же вернулся, неся в зубах корзинку для писем.

— Сначала надо было пообедать, а потом разборки устраивать. Сейчас нас завалят посланиями, молниями в конвертах, не до еды станет, — разочарованно предсказал он.