Моя любимая злыдня

Глава 11.3

Потом я уселась на колени к Грегу и подробно пересказала то, что узнала у Яги. Конечно, то и дело сбивалась на описание обеда — там присутствовали какие-то приглашенные шишки в древнерусских кафтанах, изнывающие от жары, хихикающие старухи не от мира сего, Андрей, который спустился в гостиную в запыленном фартуке и постоянно препирался с Черным. То про себя, то вслух.

В их недавно отстроенных купальнях мне понравилось. Два больших бассейна в разных зданиях — для мужчин и для женщин. Купели, комнаты для обертываний. Поразили воображение «мобильные» кабинки для ныряния — их завозили в реку на лошадях, и пациенты могли зайти в воду так, чтобы с берега было не видно.

Я даже загорелась идеей привезти туда маму подлечиться. Только как это организовать? Понадобится вся дипломатия Филиппа и сила Грега. Зато Ядвига к этому предложению отнеслась на удивление спокойно:

— Твою маму? Я буду рада с ней познакомиться. Не уверена, что уровень комфорта соответствует тому, к чему вы привыкли…

В общем, у виска она не крутила и санитаров звать не торопилась. А вот Грег от моей инициативы заметно напрягся.

— Как ты себе это представляешь, милая? Человека нельзя просто выдернуть из своего мира. Он с ума сойдет, это чревато серьезными проблемами.

Я выразительно посмотрела на него.

— Надо всего лишь сделать так, чтобы она не сообразила, что не на Земле. Например, мы с ней сели в машину, в закрытый фургон, а потом вышли уже на территории санатория ведьмы. А почему там условия под старину — так я ей все растолкую. И про экологичность, и про возвращение к истокам, и про минеральную воду, животворящую.

— Магда, золотко… Это не так просто. Человеческая психика — настолько тонкая субстанция. Хоть какие ты истории не сочиняй, органы чувств будут подавать сигналы, что все не то. Может начаться реакция наподобие морской болезни.

— Это моя мама, Грег. Никакая морская болезнь не остановит ее в желании контролировать мою жизнь. А сейчас она страдает из-за того, что в ближайшее воскресенье не сможет вынести мне мозг.

— Вы не виделись всего несколько дней. Я могу, разумеется, вернуть тебя обратно, но раз вы с Ядвигой утверждаете, что ты не принадлежишь миру, в котором родилась… Но вот зачем здесь твоя мама? Я думаю, это совершенно лишнее.

«А зачем здесь твоя?», — меня так и подмывало спросить. Впрочем, я для себя четко уяснила, о ком в этом доме говорят хорошо либо молчат в тряпочку. Если я после всех потрясений — один Влад чего стоит, затем Амалия, потом Ромул — вполне сладко сплю ночами, то мамуля тем более сможет. Что-то подсказывало, что без меня она в Питере не задержится и найдет способ явиться сюда.

Например, наш с ней первый разговор за несколько дней прошел предсказуемо:

— Мамуль. Я так и болею. Подруга с работы посоветовала один пансионат в области. Недорогой. И врачи здорово на ноги ставят. Побуду здесь недельку.

— Маша, вот что ты такое говоришь. Тебе там вколят не то лекарство, горе-медики обязательно перепутают истории болезни. Или твой мужик явится туда, решив, что ты ему изменяешь, и случайно убьет. Я знаю тебя двадцать лет — с тобой обязательно случится беда.

В этот момент мне больше всего хотелось кинуть трубку, но я не представляла, как прервать этот межмировой сеанс связи. Пришлось звать Грега и болтать дальше:

— Мам, хорошо. Не волнуйся. Я спрошу, есть ли у них свободные места. Куплю путевку и тебе. Мы сто лет никуда не выезжали вместе.

— Машка, где ты? Я приеду сегодня же. Машка?

Пошли гудки, я чуть-чуть успокоилась и стала думать, как все устроить. Наверняка, способ есть. Но перед этим надо обо всем условиться с Темнейшим, заручиться поддержкой кота.

Отсутствие Филиппа Грег принял с полнейшей невозмутимостью. По его мнению, кот не просто по кустам носится, а собирает ценнейшие сведения, будучи веками заперт в поместье вместе с хозяином. Я сильно сомневаюсь, что наш хвостатый настолько сознательный. А вот некоторые части из беседы с Ягой он заставил меня пересказать два-три раза. Переспрашивал и переспрашивал.

— Ну спроси у нее сам, что ты, как маленький?

— Это странно. Это очень странно.

— Мы договорились, что я приду снова. Задам вопросы по своему самочувствию, познакомлю с мамой…

— Магда, не начинай. Выходит, что в ближайшее время мне нужно открыть проход в замок моего детства.

— А почему ты произносишь это так обреченно?

— Боюсь, что ты не останешься в стороне.

— Эй! Я твой пропуск к самоконтролю и бесконечной силе, не забыл?

— Я уже составил план, как буду искать твой мир. Подготовил несколько заданий, которые помогли бы определить, какая работа тебе знакома. Например, подоить корову. В литературе зафиксирован случай, когда девушка-доярка попала в Белогорье, но она подходила к животному с другой стороны, с хвоста. Отсюда маг Чернопуст заключил, что ее выбросило к нам с Отмороженных земель, где это обычное дело.

— Черт, не могу понять, ты меня разыгрываешь? Может, ты нашел сборник «Рассмеши девушку за тридцать секунд» и стал кладезем острот? Или ты серьезно? А в публичный дом, или там попробовать себя куртизанкой? Может, в моем мире ширинку наоборот расстегивают или вытаскивают прямо так?

— Магда, — Грег заметно разволновался и подскочил из кресла вместе со мной. — Не шути так. — Он снова усадил меня обратно, а сам расположился на полу, упершись подбородком в мои колени. Мы, определенно, идем на сближение. — Давай еще раз. С того места, где Ядвига говорит, как мне найти себя настоящего.

Я глубоко вздохнула, но возражать и не подумала, а то еще целовать начнет. Или шутить. Жаль, диктофона у меня с собой не было, а то ставили бы Ядвигу на повтор и занимались чем-то более приятным.