Моя любимая злыдня

Глава 15.2

Но времени осмыслить увиденное мне не дали. Подземные своды затряслись, каменный пол тоже заходил ходуном. Грег развернулся ко мне лицом и теперь уже по-настоящему зажал мои руки в своих, а потом последовало самое быстрое на моей памяти перемещение — толчок, свист в ушах, окружающие краски слились в одно длинное размазанное пятно.

Мы оба стоим в помещении, где в камине задорно играет огонь, с портретов на стенах нас разглядывают кавалеры в костюмах разных эпох, а за столом работает великая княгиня, и по совместительству — могущественная местная ведьма.

Ядвига подняла голову и воззрилась хмуро, но потрясенной не выглядела. Напротив, она откинулась в кресле, а руки положила прямо перед собой, чтобы мы их видели — словно показывая, что не полезет в драку первой.

Меня в этот момент волновало другое. Мы топчем видавший виды, но весьма ухоженный малиновый ковер с длинным ворсом. И вряд ли хозяйке это понравится, так как после прогулки по мёртвому лесу и у меня, и у Грега ноги мокрые, а башмаки облеплены в лучшем случае одной только глиной.

К тому же я навещала Ягу буквально вчера. Меня сильно отвлекал зуд в ладонях, и я полчаса держала руки в приготовленном ею успокоительном отваре. Как я полагаю, процедура носила психологический эффект, но я действительно почувствовала себя лучше. Так что я тщательно подбирала слова, чтобы принести свои извинения за этот непредумышленный визит, но вмешался Грег.

— Почему всякий раз, когда я готов поверить в искренность твоих намерений, ты снова обманываешь?

В этом месте мне захотелось провалиться сквозь землю. Значит, мы здесь неслучайно. И мой парень — согласна, дурацкое определение для Темнейшего, но остальные подходят еще меньше — готов к разборкам с женщиной, которая, как может, помогает мне вытерпеть все тяготы моей непроявленной магии.

— С самого начала предметы, необходимые для того, чтобы я мог контролировать свою тьму, находились у тебя, — продолжил Грег. — И ты даже не намекнула, а это решило бы все проблемы.

— Ты каждый раз делаешь неправильные выводы, — холодно ответила Яга.

Ох, черт. Три артефакта, сказала тогда Амалия. Неужели у Ядвиги есть то, что принадлежит их семье? И почему, собственно, нет… Ее муж как раз и управляет складом артефактов, хозяйкой которого числится Яга.

— Я не вынес боли и предпочел забыть все, что предшествовало уходу мамы. Она помешалась на том, чтобы сделать меня неуязвимым, и разделила нашу тьму на два предмета — окружность Хаоса, куда заключила чистую стихию и передала ее мне, и…

— И кольцо Власти, указывавшее на носителя первородной тьмы, — Ядвига не стала отпираться, что не понимает, о чем речь. — Также твоя мать использовала все имевшиеся на тот момент технические знания, чтобы создать искусственный разум. Всесильный фамильяр и идеального спутника для осиротевшего маленького ребенка.

— Мяяяв, мне нравится, когда ты отзываешься обо мне с таким уважением. Произноси эту часть как можно чаще, пожалуйста, — заявил тот же черный кот, что пытался поставить на место нашего Филиппа. Он словно материализовался на столе по левую руку от ведьмы, но на самом деле лишь вышел из тени и позволил себе стать видимым.

— Все три предмета сейчас у тебя, что, согласись, наводит на мысли. Когда ты согласилась взять наставничество, то собиралась хранить это в секрете? — Грег держался спокойно, и от этого, наоборот, напряжение только росло.

— План Темнейшей оказался несостоятельным с самого начала, — не дал вставить ведьме и слова Черный. — Стоило ей уйти, как ты погрузился в наиболее затяжной за всю историю наблюдений сон. Выходил из него на сотню лет, не более, и снова впадал. Было похоже, что ты не выживешь.

— Это все очень трогательно. Только Ядвига имела дело со мной уже в настоящем времени, когда я мало чем отличался от того, что сейчас… Почему ты молчала? — снова обратился он к ведьме.

— А что мне следовало делать? Сказать, чтобы забирал предметы, к которым тебе нельзя прикасаться? Я рассчитывала, что помогу вернуть память и буду иметь достаточно влияния, чтобы ты не совершил глупостей. Вот скажи, зачем тебе ГлазГора, когда у тебя Филипп?

А ведь она права… В том смысле, что сейчас отправила Грега искать ответы в детстве именно Ядвига.

— Мне не нужен предатель Глаз. Пускай сам разбирается, кому служит. Не переводи тему, покажи немедля то, что мое.

Над столом замерцали три бледные проекции: неестественно продолговатый золотой глаз, полый внутри, с крупным зеленым камнем вместо зрачка (точь-в-точь египетский, только у того камень должен быть синий) и украшение в виде серебренной змеи, свернувшейся в тройное кольцо. Ее широко распахнутая пасть снабжена двумя алыми клыками и оттуда вываливается такой же алый раздвоенный язык. А вот третья — в воздухе она скорее угадывалась. Мне показалась, что я вижу совсем уж нечеткие очертания плети без рукоятки.

И я почти уверена, что отражения засветились против намерений Ядвиги. Она сделала над собой волевое усилие, чтобы не сбросить видение и воздержаться от проявления агрессии. Я поняла это по тому, как воздух между нами и столом пошел рябью и местами вздыбился. Грег ответил на это предупреждающим шипением.

«Тотемное животное — королевская кобра. Источник силы — темная материя. Нападает открыто, не предупреждая противника. Страшен первый натиск, плохо приспособлен для длительного сражения. Резюме: не связываться», — включился в моей голове неведомый суфлер.

Яга тряхнула головой, будто борясь с наваждением.

— Теперь послушай, юный темный, и не говори, что не слышал. Права рождения и заготовок твоей матери — этого недостаточно, чтобы в Белогорье появился темный властелин. Окружности Хаоса не суждено воплотиться в этом мире. Она существует лишь наполовину.

— Ты всего лишь земное смертное существо, не тебе решать, что вершить Тьме, — опять этот странный язык, состоящий из шипящих, но вдруг ставший мне понятным.

— Если ее раскрыть, то в Белогорье вся сила уйдет в один полюс. Я этого не допущу, как и те хранители, что были до меня. Окружность замкнута между мирами, и в арсенале находится лишь условно. Ты не пройдешь к ней. Никто не пройдет.